Босс и серая мышь (СИ) - Платонова Ксения - Страница 5

Нет! Ангел явился в принципиально ином облике. В виде невысокой темноволосой девицы в несуразном, но вполне приемлемом деловом костюмчике, который, правда, шел девице, как корове седло. Начала она с того, что запнулась о порог и едва не влетела прямо в объятия Натальи Ивановны, старшего менеджера по персоналу, которая с недавних пор занималась поисками личного секретаря для Ларина. Прежняя секретарша, Маша, уже физически не могла работать, так как живот налезал ей на нос и мешал дотянуться до клавиатуры компьютера, не говоря уж о походах по всем этажам и ношении большого количества макулатуры в папках.

Наталья Ивановна впоследствии признавалась в кулуарах, что новая секретарша и понятия не имеет, как помогло ей ее неловкое появление. Только тот факт, что в результате девица подвернула ногу и Наталья Ивановна была вынуждена предложить ей присесть, дал возможность девице — Полине Зиме — представить свое резюме, а

Наталье Ивановне — все же переговорить с несуразной соискательницей. Как ни странно, менеджеру по персоналу, старой грым… Полина Зима понравилась, надо думать, тоже не без участия высших сил.

А потом наступил рай. Евгений, правда, по старой памяти, немного по расстраивался, что новенькая такая страшная — эстет всегда остается эстетом, — однако уже через неделю и думать об этом забыл. А через месяц не мыслил себе жизни без Полины.

Она волшебным образом навела порядок на его столе, все бумажки перевела в электронные аналоги, в считанные дни создала персональную компьютерную базу босса, распланировала все его встречи и звонки на три месяца вперед, договорилась с авиакомпанией о предоставлении Ларину постоянного билета с открытой датой, вызвала сервис-службу для починки кофеварки в приемной, на первую зарплату приобрела новенький кофейный сервиз, заказала десяток чайных кружек с логотипом компании — одним словом, бурное море успокоилось, и глазам Евгения открылась цветущая равнина, где он мог резвиться без помех, всячески реабилитируясь в глазах бизнес-сообщества. И надо сказать, за три года преуспел в этом. Корпорация Ларина преодолела кризис, а молодого Евгения стали воспринимать всерьез.

Все, кроме старика Свиридова! Этот успокоиться не мог, все подозревал Женю в запудривании мозгов общественности, и потому — а также из чистой вредности — назначил сегодняшний совместный деловой завтрак на несуразное время, в восемь утра в отеле.

Отель располагался ровно напротив офиса, завтракал старикан исключительно зеленым чаем и сухариками, так что в девять утра Ларин, сонный и сердитый, оказался на своем рабочем месте практически в полном одиночестве.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Нет, разумеется, в здании было полно народу. Все отделы уже приступили к работе, сотрудники чинно сидели по своим местам, но Евгению заняться было решительно нечем. Полина должна была появиться только в десять.

Он полюбовался на свои автомобильчики, подразнил тупорылых зверюг, плавающих в шикарном аквариуме — полгода назад бразильский партнер во время прощального ужина преподнес ему этот двусмысленный подарочек, даже не похвастаешься никому, полный аквариум пираний, а их, между прочим, нельзя держать в общественных местах! — потом немного потренировался в забрасывании бумажных шариков в напольную вазу (сидя за столом, сидя на столе, стоя у окна) и к половине десятого окончательно заскучал. Подошел к зеркалу, высунул язык — нет, никаких симптомов тяжелой болезни! Чем же заняться?

Ларину недавно исполнилось тридцать лет. Был он невысок, зато прекрасно сложен, изящен, элегантен, носил отличные костюмы, а его симпатичное лицо всегда сохраняло доброжелательное выражение. Темно-серые глаза никогда не приобретали того стального блеска, который обычно выдает жесткость характера, и не зря: Евгений не был жестким.

Шалопаем — да, плейбоем — до недавнего времени, балагуром и бабником — сколько угодно, но никто и никогда не назвал бы его злым или жестким. Он привык любить этот мир и не обижался даже тогда, когда мир отказывался платить взаимностью.

Воспитанный матерью, тетками, бабушками и многочисленными старшими сестрами, он с детства научился любить и уважать женщин, понимал их лучше подавляющего большинства мужчин, а кроме того очень ценил женскую красоту во всех ее проявлениях. Именно поэтому Женю всегда окружали красотки. Одно время Евгений набрал себе целый отдел таких цыпочек, что ах…

С тех пор многое изменилось, большинство девиц вынуждены были уволиться со слезами на глазах в связи с профнепригодностью, да и Евгений с годами стал ценить в женщине не только высокую грудь и тугую попку, но тяга к прекрасному нет-нет, да и прорывалась наружу. Во всяком случае, в отдел по связям с общественностью (тот самый, который он когда-то возглавлял) по сей день набирали красавиц. Правда, теперь учитывался еще и интеллект, но от этого эффект выходил и вовсе сногсшибательным. Представляете: шестнадцать ослепительных красавиц, каждая из которых способна извлечь корень квадратный, процитировать Лонгфелло или Шекспира, самостоятельно рассчитать и представить предварительную смету на презентацию и отличить лобстера от филистера? С ума можно сойти, и именно сейчас весь этот цветник подтягивается на рабочие места. Ларин воспрянул духом, поправил галстук и решительно направился к дверям. Большой босс просто обязан быть в курсе всех событий на фирме!

Аккуратно сложив пакеты с покупками в нижний ящик своего рабочего стола, Полина смело вошла в кабинет босса. В такое время боссы в своих кабинетах не водятся.

Она его не боялась, нет. Просто Полина совершенно искренне считала, что такая серая мышь и белая моль, как она, может служить красавцу Евгению Ларину исключительно мебелью. Оргтехникой. Но уж никак не равноценным партнером в работе.

Она и ухаживала за ним все эти три года исключительно из-за неосознанного желания быть нужной хоть одному человеку на Земле. Это желание было настолько сильным, что перевешивало даже смущение и стремление спрятаться под плинтус в присутствии других людей.

Короче говоря, Полина вошла в кабинет шефа вполне решительной и уверенной походкой человека, который точно знает, что ему ничего не грозит.

После утреннего посещения зоомагазина она чувствовала себя истинным знатоком-аквариумистом и потому со знанием дела сразу же направилась к мягко светящемуся кубу в углу кабинета.

Аквариум был большой и аляповато украшенный — в глубине души Полина ничуть не удивилась бы, окажись эти зеленые камешки на раме настоящими изумрудами. А рама, соответственно, золотой.

Воздух, несомненно, в аквариуме присутствовал — о нем свидетельствовали как крупные пузыри, так и с трудом пробивающееся, но отлично чувствующееся сквозь крышку зловоние. Кстати, пахло тухлым мясом…

Девушка наморщила носик и пошла вокруг аквариума, пытаясь понять, какое же устройство, непосредственно, булькает. Видимо, вот этот пластиковый камешек посреди аквариума — пузыри идут прямо из его вершины…

Она подтащила к аквариуму стул и попыталась задрать ногу. Узкая юбка зловеще затрещала. Полина стыдливо оглянулась на дверь и решительно подтянула юбку вверх. Этого показалось недостаточно, и Полина решительно задрала юбку до пределов разумного. Теперь нога отлично поднималась, и через пару секунд девушка уже стаскивала тяжеленую крышку с аквариума, высунув язык от усердия.

Отвратительный запах ударил даже не в нос — в голову. Наверное, все дурацкие рыбки сдохли, и уже давно. Ах нет, вон одна… вторая… Это же надо было таких уродин подарить? Буро-серые, со скошенными черепами и воинственно выдвинутой вперед нижней челюстью. Точь-в-точь Семенов из ее класса в школе. Полина фыркнула и попыталась дышать ртом. Надо просто сунуть руку внутрь и нащупать камешек…

Евгений шел по коридору и вертел головой то влево, то вправо. Объяснение этому странному поведению было простое — справа Маша, слева Даша, блондинка и рыженькая, обе модельной внешности, обе хохотушки и болтушки. Бель щебетала что-то об офигительных туфельках, Маша — о том, что ей очень хочется в китайский ресторан. Прелесть, что за утро!