Отвали, Босс! (СИ) - Светлакова Евгения - Страница 3

— Ну, а куда ты его предлагаешь? В мусорку? Бонсай, особенно такой, это тебе не мусор, деточка, — Уля пренебрежительно скривила губы и закатила глаза, что мне надо было понимать за ее любимую фразу в отношении меня «Думай, Соколова», будто бы я не думала…

Ульяна Громова, она же ответственная за всю движуху в компании, не помню, как называется ее должность, то ли пиар менеджер, то ли еще как. На ней была вся реклама, общение с прессой, соцсети и прочее, а также организация любого мероприятия тоже висела на ней, ну и по совместительству она помогала мне наводить красоту в приемной.

Мне такое поручать нельзя, сделала она вывод после того, как я нечаянно разбила дизайнерскую вазу в первую же неделю работы в компании. А я уже пять месяцев и десять дней я работаю в этой фирме, продающей все возможные информационные штучки, а также помогающие с бизнес-аналитикой компаниям на грани банкротства, а также решающие вопросы по обучению кадров и вроде как даже разрабатывающие какое-то программное обеспечение под нужды компаний — мно-ого всего, что они делали. Только один черт, я в этом ничего не понимаю, а если честно я и не пыталась, как бы сказал один мой знакомый мне за это, не платят.

Вывод, который я сделала еще в первый месяц работы, прост — мне ближе бизнес папы и брата, а тут все очень умные. Все четко по плану, а креатив разве, что разнообразии галстуков. Скукота и неудивительно, что отношения с коллегами не заладились мы говорили на разных языках. Притом, если я их еще пыталась понимать они меня нет. После двух месяцев таких попыток, я оставила этот неблагодарный труд и довольствовалась тем что несколько сотрудников я даже могла назвать друзьями.

Улея, она же Ульяна Громова, бойкая миниатюрная брюнетка, что на вид как куколка, но стоит ее разозлить… В общем, в моем блоге есть ролик «Плотоядный кролик в деле», сняла один безобидный рабочий момент… Лица-то ее, конечно, не видно, но то как она строит всех ух… Хоть бы она не узнала, а то от меня останутся только рожки да ножки…

Второй человек в этом улье, сисадмин Филип. Странный вечно веселый парень. Вот у кого жизнь всегда прекрасна.

Ну и, конечно же, был еще Рома, милый парень из отдела разработки. Он прекрасен — мил, обаятельный и такой застенчивый. Лапочка, а то как он смущается, стоит его случайно задеть…Ох, и как вот его в кино пригласить? Хотя какое мне кино сейчас? У меня вон, фикус…

— Ладно, как скажешь, — я пожала плечами и вернулась за свое рабочее место. Вот, правда, кто я такая, чтобы спорить с самой Ульяной Громовой? У меня вон уже на "ферме" урожай созрел, поработаю немного.

— Так, Соколова, это тебе, — мне вручили бумажку, вернее, стопку бумаг с пометкой инструкция, с подробным описанием, как ухаживать за уродством в горшке. — Все четко по инструкции, не дай бог — это махина подохнет…

— «Требует ежедневных опрыскиваний. При этом нужно следить…» Блин, а менее прихотливое они могли подарить? — возмутилась, забрасывая инструкцию в стопку важных бумаг, потом дочитаю, что любит это чучело.

— Так, нас с тобой это не касается, все что нужно я закажу у снабжения, ну, а на тебе самое важное не дать ста тысячам бездарно умереть. Все я работать, придет Павел Петрович, напомни ему, что надо позвонить и сказать Олохину «спасибо», и да вот открытка, подписанная им собственноручно.

— Какая честь, — обречено вздохнула и закинула открытку в папку для бумаг на подпись. — Еще пожелания?

— Не усни от усердия, — улыбнулась «подруга» и тут же потеряла ко мне всякий интерес. — Что значит они не могут предоставить страницу в сентябрьском выпуске, — переключилась на звонок Уля и тут же унеслась. Чертова гарнитура, вот всегда Уля так, то тут-то ее нет, а иногда и вовсе смотрит на тебя, а разговаривает с кем-то другим. Неприлично, между прочим.

— Не усни от усердия, — я передразнила женщину, — А вот и не усну у меня есть занятие получше.

Через пять минут я организовала себе футбольное поле. Корзина для бумаг стала воротами, а один из черновиков приказов, что мне пришлось набирать, по просьбе Павла Петровича сегодня утром, и тексты менялись три раза, теперь у меня стал прекрасным футбольным мячом.

— … Великолепный пас, обходит нападающего, удар и го-ол! — комок бумаги залетел прямо в корзину. — Да! Да!

— Так, а где вратарь? — раздался веселый голос Павла Петровича, что стоял на пороге и улыбался, наблюдая за моей игрой. Я испуганно замерла, попалась теперь еще папе все расскажет…

— Павел Петрович, извините, — бросилась убирать учиненный мной бардак, но меня остановили жестом.

— Подожди, не торопись. Я тоже не прочь сыграть в футбол, если уж я стар для поля, хоть тут-то не отказывай старику! — мне лукаво подмигнули, и я рассмеялась в ответ.

И как я посмела сомневаться в Дяде Паши, так я звала его до прихода в фирму, папин хороший друг, а тут он стал моим шефом, протянув папе руку помощи в моем воспитании. Постоянный контроль, что мне компенсировался мороженым, шоколадом и пирожным, а также билетами в кино и театр. Так что мне повезло, что на роль моего воспитателя папа выбрал Самойлова, могло быть и хуже. Мой обожаемый с детства дядя, папины методы воспитания, не понимал, поэтому сделал условия моего пребывания в его компании мягкими. Минимум обязанностей, и полная свобода в одежде, в пределах разумного, конечно. Звонки ему поступали в кабинет редко, большую часть проблем решали без него. Да и нечасто он появлялся, так как сейчас.

Я посмотрела на папиного друга, вид у него явно нездоровый. Опять пропустил прием лекарства? Может опять попытаться записать его к врачу?

Самое полезное, что я делаю в офисе это слежу за тем, чтоб мой обожаемый дядя употреблял меньше кофе, принимал выписанные лекарства, дышал свежим воздухом и вовремя обедал., а вот три мои попытки записать его к врачу закончились неудачно, Павел так и не попал туда. Некогда. И что вот мне делать с упрямым стариком?

— Хорошо, но после вы должны позвонить Олохину и поблагодарить за подарок, — я указала на монстра в углу, отчего генеральный присвистнул.

— Более уродливого кактуса не нашлось?

— Видно, нет, но стоит сотню, спасибо сказать продеться, а то обидится, — я скорчила гримасу. Не люблю я этого Олохина, неприятный тип… А его шуточки и взгляд в мою сторону? Гадость.

— Хорошо, позвоню, но сначала обыграю тебя в футбол, — покорно согласился генеральный.

— А вы еще обыграйте, — приняла вызов. Обыграть старика в футбол? Да легче, чем отнять конфетку у ребенка!

— А вот и я выиграю, — смеясь, ударила по комку бумаге, «забивая» в корзину отрывая счет, с этого начинался наш матч, что продлился еще минут двадцать.

— Вот же ты малявка, а подыграть старику? — тяжело дыша, спросил Павел Петрович, после очередного «гола».

— Ну какой вы старик? — весело я посмотрела на мужчину.

— Не подлизывайся, — сказал мой шеф, держа руку на груди, при этом он побледнел и выступил пот. — Ох, уморила старика, ох, тяжело то как, ох… — проговорил Павел, морщась от боли и почти падая на диван.

— Павел Петрович? Что с вами? Павел Петрович! О, Господи, я сейчас скорую вызову…

— Все хорошо, я просто посижу… Не надо скорую, — хотел отмахнулся Павел Петрович, но я не дура, чтоб его слушать в такой ситуации. Господи, господи, хоть бы все было хорошо… Хоть бы они успели вовремя.

— Футбол значит? — поинтересовался брат, опускаясь на скамейку напротив меня. Я уже час куковала в больничном коридоре около дверей стационарного отделения, куда привезли дядю Пашу.

— Я не хотела, — виновато отпустила голову. Кто же знал, что мой невинный «матч» таким обернется? Не первый раз же играла.

— Да понятно, что не хотела, — Серега улыбнулся. — Ладно, все хорошо, что хорошо кончается, но папе мы не скажем о причине попадание в больницу дяди Паши, правильно?

Я неуверенно кивнула, только представив себе, что же скажет мне папа на мою выходку. — Не кисни, но ты сама должна понимать, что он это затеял тебя воспитать и приучить работать, а не для того, чтоб ты дурака валяла, а то что дядя Паша тебе потакает я прекрасно знаю. Хотя думаю папа и сам догадывается о том, что его план идет не так, как надо, но скажи спасибо, что папа не знает про твой канал на ютуб…