Академия Огненной Марии (СИ) - Май Ари - Страница 36

— Я… Меня действительно воспитывала темная фея, Адалина. Я не знаю, откуда она взялась в моей жизни и почему оказалась на земле: единственное, что поведала мне моя фея — то, что её изгнала родная дочь. Адалина была очень сильной феей, не смотря даже на её огромный возраст. Она никогда его не говорила, но по ней было видно… Одно её крыло было треснутым, а ноги очень болели, из-за чего она почти не вставала из инвалидного кресла. У Адалины был небольшой дом, старый и потрепанный, как его хозяйка. Тем не менее, фея была очень гордой. Она относилась ко мне, как к собаке, всегда давила на самые больные точки, насмехалась и унижала. Но… Пусть она всегда говорила гадости, её глаза говорили совсем о другом. Да, она жутко любила ругаться, но она меня учила. В четыре года я уже умела читать и писать буквы, а так же имела очень развитое мышление. Адалина по чуть-чуть приучала меня к боли, сначала вот такой моральной, но зато после её насмешек было уже почти не обидно слышать жестокие слова моих одногодок. Меня даже хотели из школы выгнать, так как считали не совсем психически здоровой. Я никогда не скрывала о своем даре… В восемь я сорвалась и впервые поссорилась с феей. После того, как мы помирились, она наконец смогла признаться, что любит меня. Тогда я была такой счастливой… Отношение Адалины ко мне изменилось, исчезли вечные обзывания. Потом, уже намного позже, она рассказала, что мои нервы достаточно закалились, а делать из меня бездушную тварь она хотела в последнюю очередь. Я начала учить латынь и несколько языков фейри, изучала растения и магических существ вашего мира, вызубрила этикет и танцы, научилась управлять магическим зрением.

Мое зрение… Все знают, что я Видящая. Сначала это было жутко: мир для меня был как будто гнездом разноцветных пауков, повсюду были разнообразные магические нити. Но, как я уже говорила, я смогла укротить это безумие: сейчас я вижу только заклинания, которые как-то связаны со мной, или же запрещенную магию. Адалина начала знакомить меня с теми, кого считала нужными, так в десять лет я попала к оборотню, что был учителем боевых искусств, Джею. Он сначала упирался, не хотел меня брать. Именно тогда Адалина рассказала ему о том, что я имею дар, а я случайно подслушала. Джей всё-таки взял меня в ученики, но гонял намного больше других. Я тогда от радости столько предметов нахватала, еле домой ноги волокла. Кроме этого Джей учил держать в узде чувства, заставляя по много часов медитировать. В это же время Адалина начала меня мучить. Это происходило так: она заколдовывала меня и просила терпеть как можно дольше, но всегда говорить, когда я уже не смогу сдерживаться. Честно говоря, это было намного тяжелее для меня, чем тренировки Джея. Чего я только не испытывала… Адалина всегда выбирала заклинания, что не могут навредить, но ужасно болючие. Я горела и замерзала, разрывалась на куски. У нее была специальная комната для этого, с ковром с замысловатым, трудным узором. Этот узор я, кажется, не забуду никогда… — от воспоминаний по телу пробежали мурашки, я обхватила себя за плечи. — Сколько раз мяла его в руках, крича от боли. Но Адалина своего добилась: свой болевой порог я значительно повысила. Хотя в такие моменты я начинала её ненавидеть. Остальные уроки тоже никуда не делись, но позже добавились еще и занятия магией. У меня никогда не получалось что-то намагичить, но Адалина упрямо заставляла меня зубрить скучные руны своей расы. А еще я стала замечать, что стала безумно похожа на любимую фею: походка, осадка, манера речь. Когда я злилась, то прищуривала глаза так же, как она, когда смеялась, то подсознательно уподоблялась ей… Теперь меня тяжело было вывести из себя, я с улыбкой встречала любые выпады в мою сторону. Хотя дома всё равно рыдала в подушку. Мои движения стали точнее, а сама я сильнее. Адалина мной гордилась…

Наружу вырвался судорожный всхлип. Ну да, это тогда, под постоянным присмотром я была железной леди, но многое уже забылось.

— У тебя вообще было время для самой себя? — тихо спросил Слава, по его интонации не было ничего понятно.

— Редко, если была свободная минутка, я читала фантастику. В школе я общалась с подружками, потом бежала на тренировку, а потом до самого вечера уходила к Адалине. Это было очень тяжело… Иногда мне хотелось всё бросить и прекратить так себя мучить, но в глазах Адалины жила надежда, и я не могла её подвести. Я очень сильно привязалась к моей фее… Мне было четырнадцать, когда её не стало. По официальной версии умерла от старости. Но на самом деле её отравили. И это сделала я. Наивная дурочка… Когда в магазине полнощекий продавец с бегающими глазками пошутил, что печенье, которое они завезли, считается лакомством у фей, я с радостью купила его и понесла угостить Адалину… Она заварила чай, и мы обе попробовали эту новинку… Но я успела сделать только маленький кусочек — Адалина выбила его у меня из рук. А потом упала на пол… Из её рта потекла кровь. Единственное, что она успела прошептать: «Я признаю тебя, Мария. Ты сможешь всё». Падая, она инстинктивно схватила тряпичную куклу, что сидела на подоконнике, мой последний подарок. Наверное, она хотела сказать что-то еще, но в тот момент яд подействовал и на меня. К счастью, о покушении узнали несколько доверенных лиц, и меня спасли. Фею нельзя было спасти… Она умерла. Шикарный похорон… Белая статуя, так не похожая на МОЮ темную фею… Дело об отравлении замяли, слишком важные личности были в этом замешаны. Мир магии исчез из моей жизни так же, как и моя темная фея. И не появлялся больше до того, как я сюда попала.

Глаза уже давно не болели, но я не спешила их открывать: слёзы снова водопадом катились из моих глаз. Как же больно это вспоминать! Отчаянье, что тогда так сильно затапливало, многие часы медитации… Тяжело потерять того, кто был для тебя всем. Последний урок Адалины я усвоила намного лучше всех остальных. Никогда не доверять не проверенным людям. Ну что мне стоило присмотреться к продавцу?! Но что толку об этом думать теперь, когда ничего уже нельзя изменить…

Я всё-таки приоткрыла глаза, с удивлением заметив склонившееся надо мной лицо Данте. Перед глазами все расплывалось, но даже так я увидела разноцветные ниты, что плотно укрывали стены и пол пещеры. Какая крепкая защита! Теперь я видела и плетения своего щита, такое мелкое, что его можно было рассмотреть, лишь уткнувшись носом. На Данте тоже было очень много разных заклинаний, большинство из которых я не знала. Я взяла в руки кулон и поднесла к глазам: он тоже был оплетен. Ментальная защита, маячок на случай опасности (что-то типа одностороннего Эха) и заклинание правды. Значит, я действительно могу узнать, когда мне лгут. Очередная удача…

Вокруг головы, к моей радости, и правда появился синий щит. Не то что бы я не доверяю Славе, но да — не доверяю, и пусть всё мое естество помалкивает. Как бы там ни было, я его почти не знаю, да и спокойней так, когда мои мысли принадлежат только мне.

Прическа опять растрепалась, а потому волосы покрывали мои плечи и ниже. Я с удивлением заметила, что в магическом зрении они белые. Да и вместо одежды на мне оказалось уже знакомое синее платье без бретелек, созданное из чистой энергии. Ладно, хватит. Потом глаза болеть будут.

К переходу в нормальное зрение я подготовилась сразу, проблем не возникло. Всё снова стало привычным, но я мяла в руках свитер и не отваживалась поднять глаза на ребят, зная, что теперь увижу их выражение лица. Теперь они знают обо мне всё…

— Я не жалею, что поделился с тобой своим секретом, Маша, — мои маленькие ручки оказалась в широких ладонях Данте. — И я рад, что ты всё рассказала.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом: Дантаниэль был серьезен, его снова зеленые глаза смотрели на меня по новому.

— Кто бы мог подумать, что на такую девочку, как ты, с самого детства навалится столько всего! — Слава зевнул и покосился на котелок, в котором что-то радостно булькало. Весело пылал костер. — Но, наверное, это твоя судьба, ты же Последняя Высшая. Ничего в этом мире не делается просто так.