Права и обязанности некроманта (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 8

— Лира, — девушка поднялась, но отходить к своему столу не спешила, — ты, конечно, извини…

Она замялась.

— Ну, что еще?! — недовольно подняла голову я в лучших традициях хамоватой Лиры.

— Ты, когда ночью упала, головой точно не ударилась? — выдохнула Мери и вжала голову в плечи, будто ожидая, что я ее стукну.

— Точно, — кое-как сдержав хохот, отозвалась я и снова уткнулась в книгу.

«Головой не билась. Померла тут, правда, немножко. Но это такие мелочи», — промелькнула ехидная мысль, и я закашляла, маскируя смех.

К счастью, девушка ничего не заметила и наконец вернулась к своим делам. Решила ли она, что это очередная блажь взбалмошной аристократки, или что у голубокровной действительно взыграла гордость, я так никогда и не узнала. Но, так или иначе, настороженности у нее в глазах больше не было, и я поняла, что первый экзамен на сомнительное звание Лиры Мэй таки сдала.

«Дальше будет легче», — подумала я, переворачивая страницу.

Это был первый раз, когда я серьезно ошибалась и даже не подозревала об этом. Первый, но далеко не последний. Впрочем, и об этом я не знала. А потому спокойно погрузилась в увлекательный мир чужой магической науки. В конце концов, узнавать что-то новое я любила всегда.

Глава 3. Вписаться в рамки или остаться собой

— Тиса Мэй, — высокая статная женщина неодобрительно пождала губы, — встаньте, пожалуйста.

Я мысленно выругалась. И ведь думала же, что не стоит пытаться разобраться с непонятными терминами прямо на уроке!

— Я жду, — холодно напомнила о себе профессор.

Скрипнув зубами, я поднялась, пытаясь незаметно удержать под столешницей учебник.

— И поведайте нам, что такое интересное вы читали? Я звала вас трижды, прежде чем вы соизволили обратить на меня свое внимание.

— Я… Э… — заблеяла я, решая, спалить ли учебник к бесам собственной магией или попытаться выкрутиться.

Спалить, а точнее, заставить истлеть до невесомого праха, я могла в доли мгновенья. В конце концов, я некромант, и Зеленого дара меня перерождение не лишило. Но, во-первых, любую некромагию всегда сопровождает зелень, которую ни с чем не спутаешь. Мы даже камешек с места на место без этой зелени перенести не способны. А я до сих пор так и не разобралась, некромантия в этой стране под запретом или вообще не существует. А во-вторых… Могла-то я могла. Но это было еще в той, прежней жизни. Здесь же я пока не рискнула экспериментировать со своим даром. Слишком хорошо помнила, какую цену платила за развитие магических каналов в прошлом.

— Не тратьте мое и свое время на изобретение подходящей лжи, — поторопила меня профессор Вердан. — Давайте сюда.

Она требовательно протянула руку. Я со вздохом вытащила учебник по Общей теории магии, которому совершенно нечего было делать на «бытовухе», как студенты назвали уроки тисы Вердан. Но мне-то что оставалось, если я четверть терминов, которые она использовала в своей лекции, не понимала, потому, как настоящая Лира Мэй пропустила «скучные» разъяснения мимо ушей?! И плевать, что вчера почти до утра читала учебник. Тоже тупо повторять висящую в пространстве модель магической конструкции для чистки ковров, не соображая, почему она выглядит именно так, а не иначе? Бэ-э-э… Разумеется, я полезла в книгу. Благо, после вчерашнего общения с Мери и ночных посиделок хоть примерно представляла, где могут найтись объяснения. За что и поплатилась. Бесы бы сожрали мое любопытство! Вот что мне стоило подождать всего полчаса?!

— Однако… — несколько удивленный голос тисы Вердан прервал сеанс самобичевания на середине. — И? Что вы здесь искали?

— Обоснование нижнего магического контура, — махнув рукой на конспирацию, призналась я. Профессор и так не больно-то высокого мнения о моем умственном развитии. От того, что это самое мнение покорит новую анти-вершину, ничего не изменится.

— Да? — приподняла бровь профессор. — И что же вас не устраивает?

«Хех… — мысленно посетовала я. — Похоже, меня выпорют прилюдно…» Ничего нового. И в Обители некоторые наставники предпочитали при всех тыкать адептов носом в их невежество. Мол, так лучше запоминается. Другой вопрос, что в последний раз я попадала в подобную ситуацию еще на первом году посвящения, и снова чувствовать себя глупой напортачившей малолеткой оказалось очень неприятно.

— Нижний контур слишком громоздкий. Напрашивается более простое решение. Но раз модель выведена именно так, то этому должна быть причина, — сказала я наконец, упорно глядя в стол.

— И что же у вас напрашивается? — не отставала зануда. — Прошу на возвышение.

«Ох, ты… Не просто порка, а сразу на эшафоте, — промелькнула в голове бредовая мысль. — Интересно, Вердан сама по себе такая, или Лира успела ее допечь своей тупостью еще до моего появления?» Но копаться в чужой памяти возможности не было — у меня перед носом уже маячила светящаяся всем цветами радуги модель плетения.

Я припомнила то, что мне удалость только что прочитать под столом с риском заработать косоглазие, и потянула нижнюю часть контура.

— Вот здесь. Я подумала, что это можно было бы заменить петлей Риса-Пьетро. Но вы упомянули конструкцию Вьера. А я не помню, почему должна быть именно она.

— Потому что Петлю Риса-Пьетро вы будете изучать только на втором курсе, тиса Мэй, — смерив меня задумчивым взглядом, ответила профессор. — И не на моих уроках. Садитесь.

В полной тишине я вернулась на свой стул. Поначалу я даже не поняла, что именно произошло.

— Ты откуда это знаешь? — прошипела Тори.

— Да вчера учебник читала, — попыталась выкрутиться я, осознав, насколько в очередной раз выпала из навязанной обстоятельствами роли. — Завтра домой ехать. Надо же отцу продемонстрировать успехи в учебе.

— А учебник-то тебе зачем для этого? — возмутилась девица. — Светлячка им зажги да невидимость на что-нибудь накинь. Им хватит. Они же бездари!

— Мало ли, — неопределенно пожала плечами я.

— Глупость, — поморщилась Тория. — Выше головы не прыгнешь. Тем более что было бы зачем. Вон они, — она мотнула головой куда-то назад, — будущие научники сидят. Но у них другого выхода нет — как еще простолюдину хоть чуть из своего болота подняться? Но тебе-то это зачем?!

— Не хочу быть в чем-то хуже простолюдина, — огрызнулась я. С Мери намек на гордость аристократа сработал, может, и тут прокатит?

Ага, как бы не так. Тория смотрела на меня с тем же недоумением, что и минуту назад.

— Мы по определению не можем быть хуже простолюдинов, — сказала она наконец. — Просто потому, что мы лучше уже в силу рождения.

— Тиса Ребарн, уймитесь, — прервала натянутую беседу профессор.

Я с трудом сдержала вздох облегчения. И опять рано обрадовалась. Минуту спустя под руки мне сунулся листок бумаги.

«И имей в виду, Рой твое выступление тоже не понял».

«Плевать», — написала я и, отодвинув бумажку, с преувеличенным вниманием уставилась на модель плетения. Но Тори не так-то просто было смутить.

«Вечером идешь со мной. А то выставишь себя не только заучкой, но и брошенной подружкой. А это куда хуже».

Под недовольным взглядом профессора Вердан я молча смяла обрывок в кулаке, но мысленно все же ответила: «Если бы твой бесов Рой меня сам бросил, я бы с тобой точно не пошла!»

Вечер, который придется потратить на такую ерунду, как картинное «заставание» моего якобы парня за неблаговидными делишками, было безумно жаль. С куда большим удовольствием я бы посидела над книгами, чем играть оскорбленную невинность в поставленном Торией спектакле. Но других возможностей притушить энтузиазм Роя, как раз положившего руку на спинку моего стула отвратительно собственническим жестом, я не видела.

Поклон Последней Гостье, сегодня мне хотя бы удалось не присутствовать на новой стычке Корве и Орлея. Я банально проспала, засидевшись за книгой. Раньше у меня таких проблем не возникало: поднятая еще на первой ступени обучения мышь исправно будила меня каждое утро, если я не способна была проснуться сама. Зато сегодня ее отсутствие сыграло мне на руку. Пока парни обменивались оскорблениями, я лихорадочно носилась по своей спальне в поисках учебника, который, как выяснилось, уже засыпая, сунула под подушку. В класс я влетела за минуту до профессора Вердан. При ней выяснять отношения задиры не посмели.