Призракам не платят сверхурочные (СИ) - Томашева Ксения - Страница 30

Музыка наконец-то оформилась в мелодию, гитара повела ее за собой, а присоединившийся к “теплой компании” голос оказался подозрительно знакомым.

Точно. В полумраке закутка, отведенного под сцену, маячила знакомая шляпа. Заметив наше внимание — вслед за мной обернулись и Лейк, и капитан Боум — Каэл сверкнул клыкастой улыбкой и отсалютовал, коснувшись полей шляпы.

Я не верил — зашел взглянуть,

И пропал, утонув в глазах,

В ее песни простых словах,

Что сумели мир пошатнуть.

Стряхнув с себя наваждение — все-таки, голос у карни потрясающий, с таким и на большую сцену не грех выйти — я вернулась к Боуму. Руку его я так и не выпустила, и со стороны наша парочка смотрелась, наверняка, весьма романтично.

— Капитан. Я знаю вас давно, — начала примирительным тоном. — И только поэтому я даю вам шанс объясниться.

— Вы о чем? — капитан попытался сделать вид, что предыдущую мою реплику он не расслышал. Что ж. Могу и повторить.

— Вы были последним человеком, которого видела перед своей смертью Пэм. Видела и запомнила. И это было именно здесь, в этом баре.

— Откуда у вас такие сведения?

— Я все-таки детектив, — усмехнулась.

Подозреваемый готов разговаривать, это хорошо. Догадка моя тоже оказалась не пустой — хорошо вдвойне. Сообщать капитану о том, каким путем я раздобыла сведения о последних воспоминаниях Пэм, пожалуй, не стану. Во-первых, не хватало еще, чтобы он меня за сумасшедшую принял, а во-вторых… доказательств-то у меня нет. Так что будем делать хорошую мину при плохой игре и надеяться, что сработает.

— Так я жду. Как получилось, что после вечера, проведенного в вашей компании Пэм потеряла голову и оказалась в офисе Дэя Готлиба? Кстати, и почему вы выехали на это убийство. Это ведь не ваша юрисдикция, насколько я знаю, — блефовать так блефовать.

Видел бы меня сейчас Сэл: в порыве вдохновения я заставила шестеренки собственного мозга шевелиться активнее, и разрозненные кусочки, щелкнув, вдруг встали на свои места, складываясь во вполне цельную картинку. Поэтому обвинениями я сыпала с таким уверенным видом, что за игорным столом вполне сумела бы ввести в заблуждение соперников.

Микал говорил об ищейках с двух участков. А адрес, которым так торжественно преподнес мне на обертке от сэндвича Лейк, я не узнала потому что, это был адрес офиса галереи. У которого вход с другой улицы. Уж не потому ли вышла путаница с юрисдикциями, что один из трупов оказался не на территории галереи, а в ее офисе?

— Наша. Мы утрясли с “шестерками” это недоразумение, — скривился Боум.

Ага. Значит, офис в юрисдикции шестого участка. Жаль, я оттуда никого не знаю. Нужно будет у Сэла поинтересоваться, может, у него там есть концы. Кажется, у Большого Босса на их территории какой-то бизнес имеется, значит, должны быть и свои люди в участке.

— Я рада за вас, — я постаралась подбавить в голос побольше яду. — Но все еще жду объяснений, как так вышло, что вечер, проведенный в “Меланхолии” в вашей компании стоил моей секретарше жизни.

— У вас нет доказательств, что девушка провела этот вечер со мной.

— Хуже, — я медленно кивнула и перевела многозначительный взгляд на музыкантов. — У меня есть свидетель.

А вот почему этот свидетель мне ничего не сказал… Не мог же он не заметить Пэм в зале и не узнать потом эффектную, яркую блондинку. Пусть она и поблекла слегка, став призраком.

Но еще хуже другое: прахом рассыпается вся стройная теория о том, что охоту на меня начали, увидев Пэм с Дэем Готлибом, и предположив, что я ввязалась в поиск артефакта. Или не рассыпается? И сейчас передо мной — не только главный подозреваемый в убийстве моей секретарши, но и… конкурент в охоте за “лицом бога”?

— Блефуете, — Боум даже не глянул в сторону карни, словно был уверен, что с той стороны подвоха может не опасаться. — Но мне и в самом деле скрывать нечего. Я не убивал Памелу.

— Правда? Тогда, может, расскажете, как прошел последний вечер жизни моей подруги? С чего вы вдруг решили за ней приударить? Вы ведь давно знакомы, но не припомню, чтобы вы оказывали ей знаки внимания. Да и вы… Простите, но вы не во вкусе Пэм. У вас больше шансов понравиться мне, чем этой привереде.

— А у меня есть шансы?

— Никаких. Об этом я и толкую.

— Умеете вы воодушевить мужчину, — усмехнулся Боум.

— Умею, — согласилась я. — И на случай, если моя речь вас недостаточно воодушевила, имейте в виду, что заряженный револьвер уже нацелен под столом в ваше, хм, колено.

В подтверждение своих слов я щелкнула рычажком предохранителя, переводя оружие в боевую готовность. Звук получился достаточно тихим, но в музыке как раз случилась пауза, и щелчок расслышали все: и Боум, и Лейк, который заметно сбледнул и постарался отодвинуться подальше от ищейки.

— Уверяю вас, в этом дополнительном стимуле нет нужды, — капитан все так же улыбался, на его лице не дрогнул ни один мускул. — Я и без того собирался вам все рассказать… Только вы как-то очень уж невовремя решили умереть.

И все-таки Пэм во что-то вляпалась. А еще, призраки, оказывается, тоже умеют лгать.

После того, как девушка, хлопнув дверью, заявила, что работа у меня не окупает потраченные на нее нервы, она не нашла ничего более умного, чем попытаться поработать в одиночку. Почему клиента, встреченного буквально на пороге нашего офиса, она не направила ко мне, Пэм Боуму не сообщила. Возможно, сочла, что сама справится, а возможно, решила, что не стоит ему встречаться с людьми Сэла, все еще околачивавшимися поблизости. Насчет личности клиента блондинка капитана Боума просвещать не стала, а может, и сама не знала. Задание было простым: следовало познакомиться с неким влиятельным господином, довести знакомство до приглашения на чашечку кофе в постель, а уходя, прихватить одну безделицу, висевшую на стене кабинета жертвы.

На этом моменте я не удержалась и присвистнула. Пэм согласилась на кражу? Моя Пэм, которая лекции мне мне каждый раз читала о незаконности копания в чужих мусорных баках без разрешения их владельца? Вот уж действительно, довели белокурого ангела до ручки. Выскажу Сэлу при нашей следующей встрече все, что думаю о методах работы его ребят. Ладно, мне пусть представления устраивают, но секретаршу-то зачем так запугивать? И главное — когда успели? Я ведь пришла минут через пять после того, как эта милая компания завалила к нам в офис, чего такого они умудрились Пэм наговорить, что девушка впала в панику?

— Хорошо, предположим, Пэм и в самом деле вам рассказала такую историю. Ту странность, что рассказала она это вам, а не мне, мы пока оставим в стороне, — прервала я рассказ капитана Боума. — Но возникает вопрос, почему между вами вообще речь об этом зашла?

— Потому что встречались мы по просьбе вашей секретарши. Она позвонила в участок, по уверению дежурного, была в слезах, и попросила передать мне просьбу о встрече. Сказала, что это важно, и что ее жизни угрожают. Я был вне досягаемости, и к тому моменту, когда дежурному удалось передать сообщение, время приближалось к полуночи. Не думал, что Пэм меня дождется. Но она была здесь. Напуганная и, к сожалению, уже очень пьяная. Поэтому за связность ее рассказа ручаться не могу. Мне показалось, что часть нестыковок и бреда в нем можно смело отнести на счет третьего бокала шампанского, которым она запивала виски.

— Давайте, вы просто перескажете мне все, что узнали от Пэм, а я уже решу, шампанское с виски в ней говорили, или что-то другое, — покачала головой я.

Сдается, Боум и помыслить не в состоянии, какая огромная часть того, что он счел бредом, может оказаться чистейшей, неприукрашенной, правдой.

Пэм времени даром не теряла. Договорившись с клиентом о цене, она направилась прямиком в места, где можно повстречать жертву. А именно — на этом месте капитан сделал многозначительную паузу, предлагая мне поугадывать, куда пошла Пэм. Я играть в угадайку отказалась.

— В галерею “Готлиб”, - а Лейк, о котором, честно признаться, мы с Боумом за нашими пикировками слегка позабыли, отказываться не стал.