Призракам не платят сверхурочные (СИ) - Томашева Ксения - Страница 7

— Ох, давай с этого места поподробнее? — Вернувшись к туалетному столику, я присела и выжидающе повернулась к Пэм.

Призрак замерла в нескольких шагах, настороженно косясь на зеркало.

— Ну что еще?

— Не знаю.

— Пэ-эм? У меня времени мало, работа ждет.

— Зеркало. Закрой зеркало, а? Мне не по себе от него.

Кошмар. При жизни Пэм не была такой слабонервной. Видимо, визит ребят Сэла, а потом и собственная смерть все-таки пошатнули ее обычную невозмутимость. Я раздраженно захлопнула трюмо, не обращая внимания на подозрительный хруст, донесшийся из-за деревянной створки. Зато Пэм вздрогнула. И побледнела. Если это слово вообще применительно к призракам. Во всяком случае, она стала заметно более прозрачной.

— Так как ты умерла? Кто тебя убил? Где это произошло?

С каждым моим вопросом Пэм все больше сжималась и странно вздрагивала.

— Ри, я же сказала — не знаю. Я когда с тобой поругалась, расстроилась сильно. Ушла, сама не своя. Не домой поперлась, а в бар. Напиться хотела… А там — он… Дальше ничего не помню. Следующее воспоминание — вхожу в офис, а вы там все сидите. И понимаю, что я только что прямо через дверь закрытую прошла. А потом мысль такая страшная: “Где моя голова?” — я аж похолодела.

— А где твое тело, тебя не беспокоит? — вкрадчиво поинтересовалась я. Не стоит выливать свое раздражение на ни в чем не повинную девушку, к тому же, и так пострадавшую, но… бесит же. Я всегда была для нее кем-то вроде “старшего брата”, как бы абсурдно это ни звучала. Крутой детектив Риин Каро и ее милашка-секретарша. Пэм была настолько до мозга костей женщиной, что на ее фоне мое отсутствие женственности больше не выглядело жалким, превращаясь в фирменную фишку, визитную карточку главного — и единственного — детектива “Р. Каро и партнеры”. А теперь она мертва, и, кажется, это всецело моя вина. Хоть я пока что и не знаю, кому могло потребоваться передавать мне столь своеобразный привет.

— Тело? — Пэм выглядела слегка удивленной. — А, точно, тело. И где?

— Ты мне скажи.

— Без понятия. Сказала же: я ничего не помню.

— Хорошо… — я призадумалась. — Тогда давай зайдем с другой стороны. Кто он?

— Он?

Вот же. Смерть на Пэм плохо влияет. Или это из-за того, что голова в морозилке лежит, она так тупит?

— Тот парень из бара. С которым ты напиться собиралась.

— А, он… — Пэм мечтательно закатила глаза, — Не помню.

— Пэ-эм! — я с ума сойду с этим призраком. — Если ты хочешь, чтобы я разобралась с твоим убийством, ты должна вспомнить хоть что-то, хоть какую-то зацепку. Как он выглядел?

— Не помню, — девушка отвела взгляд. — Кажется… нет, точно! Гитара у него была.

— Он на ней играл? — Упоминание гитары мне сильно не понравилось. Был в моей жизни уже один. С гитарой. Как раз в нужное время появился.

— Не помню, — призрак окончательно потухла, сделавшись почти совсем незаметной.

Ладно. Пусть вспоминает. Мне пока что и без ее амнезии хлопот хватает.

— Твою…! — Сама не заметила, когда успела выхватить револьвер. Рефлексы не пропьешь, хоть я вчера и очень старалась.

Темная тень отделилась от мутноватого проема окна в глубине длинного, плохо освещенного коридора и направилась ко мне, неслышно ступая по покрытому потертым зеленым ковром полу. Выстрелить я не успела.

Когтистая рука перехватила мою кисть у запястья и осторожно, но твердо отвела пистолет в сторону.

— Не стоит. Соседи, — веско произнес карни.

— Какого ты тут делаешь? — взвилась я.

— Работаю, — Каэл пожал плечами — очень характерный жест, который я, кажется, скоро буду ненавидеть. — Я твой дух, не забыла?

Вот уж что не забудешь. А еще я помню, что нанимала элитного охранника не я. И это мне категорически не нравится.

— Я с этим не согласна, — спрятав револьвер обратно в сумочку, я развернулась и зашагала вниз по лестнице.

Каблуки делали ступени неприятно далекими, приталенное платье с приподнимающим бюст лифом жало подмышками, а юбка противно липла к ногам. Правое бедро ощущалось неприлично голым из-за отсутствия на нем кобуры. Рука то и дело тянулась поправить прическу, а о ярком макияже и вызывающе красной помаде я старалась вообще не думать.

— А ты симпатичнее, чем мне показалось вчера, — пока я, щурясь от пронзительного оранжевого солнца, пыталась сообразить, как стану передвигаться по городу без автомобиля, карни меня нагнал. И теперь скалился из-под неизменной шляпы наглой клыкастой улыбкой.

— Послушай, Каэл, — повернулась к нему. — Вчерашняя шутка удалась. Считай, я поверила. Но не стоит ее затягивать. Я не могу позволить себе нанять духа. Но и не могу расхаживать с охранником, которому платит неизвестно кто. А вдруг ты не на моей стороне играешь?

— Резонно. Но тебе нечего опасаться. С ЭТОЙ стороны, — с нажимом произнес карни.

— Я этого не знаю, а предоставить доказательства, назвав имя нанимателя, ты отказываешься. Так что, прости, но дальше я без тебя, — я махнула рукой проезжающему такси. Судя по шашечке, парень уже в депо едет, но вдруг не откажется подхалтурить под конец смены. — Я могу сама за себя постоять, — обернулась к и не думающему никуда уходить карни.

Сегодня он был без гитары. Одежда вчерашняя: костюм, надвинутая до бровей шляпа. Интересно, где он ночевал? Было у меня одно предположение, но как-то не по себе от него…

В зеркале заднего вида уже минут пять маячит одно и то же черное авто. Конечно, это может быть совпадением. Однако такое совпадение мне совершенно не нравится. Оглянулась на Каэла. Да, он увязался за мной. Просто невозмутимо уселся на сиденье такси позади. И что я сделаю? Спорить с карни при таксисте казалось зазорным. А теперь я почему-то ищу подтверждение своему беспокойству в невозмутимой тени под шляпой. И успокаиваюсь, не находя.

Полицейская лента, перегораживающая вход в галерею “Готлиб” стала для меня сюрпризом. Неприятным до холодного пота вдоль позвоночника. Невольно оглянулась, ища черный автомобиль, но улица была забита полицейскими машинами и толпой зевак — не подберешься. Таксист высадил нас за квартал до пункта назначения. Люди перешептывались, взволнованно поглядывая на суетящихся за лентой ищеек.

— И правильно, развели тут притон, рано или поздно допрыгались бы, — монументальная тетка в попахивающей нафталином шляпке визгливо обратилась к щуплому мужичонке — явно мужу, судя по подобострастному, но затравленному взгляду. — Это наверняка мафия! — с видом эксперта вынесла она вердикт. Судя по тону, это утверждение обсуждению не подлежало. Мужичонка намек понял, посему молча кивал и спорить не пытался.

Пока я высматривала среди ищеек знакомые лица, прикидывая, как бы разжиться сведениями о происходящем из первых рук, карни куда-то подевался. Лиц знакомых не находилось — тут район седьмого участка, с тамошними у меня не очень теплые отношения. Шеф чересчур принципиальный, и ему не слишком нравились наши прошлые встречи. Но предъявить он мне так ни разу ничего не смог: да, детектив Риин Каро действует жестко, но рамки полномочий, предоставляемых лицензией на частный сыск, знает хорошо.

— И почему меня совершенно не удивляет присутствие вашего очаровательного носика поблизости от места столь дерзкого преступления? — густой бас за спиной прокрался в мои мысли, наглядно иллюстрируя поговорку “про волка промолвка”.

— Понятия не имею, — обернулась, улыбаясь, как можно более очаровательно. — Гленн, вы, как всегда, умеете сделать даме комплимент.

Капитан Гленн Боум поморщился с таким видом, будто гигантский лимон увидел, а не симпатичную девушку. Уж в том, что сегодня выгляжу на все сто, я не сомневалась: Пэм постаралась на славу, раздавая полезные советы. Однако этот импозантный, молодой еще мужчина, которого не портили ни ранняя седина, ни слишком тяжелый, “волевой”, подбородок, смотрел так, будто у меня все волосы клочьями повылезали — как минимум.