Принцесса для вампиров (СИ) - Рыськова Светлана - Страница 24

ГЛАВА 11. Попытка уйти.

Естественно, остаться одной мне не позволили. Я переехала, но вместе с Владом. Он назвал это вынужденной мерой, так как в его ванной теперь предстоит делать ремонт. Влад решил, что справедливо будет, если он поживет в моей комнате, так как это я сломала раковину. Но я прекрасно понимала, что он просто не хотел оставлять меня без присмотра. Слава богу, что разрешили самой выбрать комнату.

Все спальни, что были на первом этаже, я отмела сразу, так как на всех окнах красовались автоматические жалюзи. А вот на втором этаже я нашла подходящую комнату с балконом. Окна тоже были оборудованы солнцезащитными жалюзи, но балкон просто закрывался плотными шторами. Вид с него открывался безумно красивый даже ночью. Я часто по вечерам, как только солнце скрывалось за горизонтом, стояла, держась за мраморные перила, и смотрела на чудесный сад. Там изредка прогуливались парочки вампиров, часто сновали люди из персонала дворца, и не было ни одного животного. Ни кошек, ни собак я за все три дня после переезда не видела. Не то, что домашних, даже диких. Из комнаты я не выходила, как и не стремилась покинуть дворец. Мне не запрещали этого делать, просто сама не хотела. Просто не видела смысла.

С Владом мы постоянно ругались. В первый же вечер, когда он заявил, что будет спать со мной в одной постели, я честно старалась испепелить его своими новыми силами. Но, увы, ничего не вышло. Либо я не могла использовать их на прародителе. Либо Влад что-то сделал, чтобы я была не в состоянии ими воспользоваться. Либо была не достаточно зла на него, чтобы они проявились. А может все вместе взятое? Чтобы спросить Влада, как ими пользоваться, надо было с ним разговаривать, а я или игнорировала его, или кричала, когда он переходил все границы дозволенного.

И хотя спать мы ложились отдельно, еще в предрассветных сумерках, когда небо только-только начинает окрашиваться в розоватые лучи просыпающегося солнца, но просыпались всегда вместе в одной постели. И утренний, точнее вечерний скандал ничего не менял.

Я категорически отказывалась кормиться людьми. Питалась кровью либо из пакетов с донорской кровью, приносимых Владу одним из его вампиров из его больницы, так как не оставлял надолго меня одну. Либо вином, в которое кто-то из вампиров по просьбе Влада добавлял теплую кровь кого-то из человеческой прислуги.

Я всю ночь стояла на балконе и смотрела в ночное небо или на сад, с красиво подстриженными кустами, с клумбами, усеянными ароматными цветами, на резные деревянные скамейки, на неяркие огни фонарей. Влад в это время сидел в комнате позади меня в удобном мягком кресле и проверял какие-то бумаги, отдавал распоряжения по телефону или задумчиво смотрел на меня. Все его попытки поговорить по душам разбивались о стену моего молчания. Я даже не оборачивалась, когда он заговаривал, чем бесила его неимоверно.

На третье утро после нашего переезда он привычно дождался, когда я усну, и лег позади меня. Я притворялась. У меня уже давно созрел план. Я нашла лазейку, как обмануть его приказ. И теперь осталось лишь ждать, когда он заснет крепче.

Владу для этого потребовалось полчаса тихих тяжелых вздохов, и закинуть руку на мою талию. Затем его рука потяжелела, а дыхание стало ровным и глубоким. Я подождала еще полчаса для верности и осторожно сползла с кровати.

Обернулась. Влад спал. Едва ступая и дыша через раз, я вышла из спальни. В комнате было темно, но мои новые способности, доставшиеся от ночных кровососущих хищников, вполне позволяли видеть все. Причем я даже цвета предметов различала, словно горел свет, только они были приглушеннее раз в десять.

Невидимая петля на моей шее дернулась, когда я подошла к зашторенному балкону, но не поспешила затянуться. «Ты никогда не выйдешь на солнце, пока я пребываю в здравом рассудке и в сознании. Это приказ!» — вспомнила я слова своего прародителя.

Что же часть приказа не нарушена. Да, Влад до сих пор пребывал в здравом рассудке, но вот спал, а значит, можно утверждать, что был без сознания. Небольшая лазейка, которую он не заметил, но за которую ухватилась я. Честно говоря, я не была до конца уверенной, что это сработает. Но, видимо, здесь все выстраивалось на моем восприятии приказа и моем отношении к нему.

Чуть отодвинув штору в сторону, я резко отпустила ее обратно. Вдруг подумалось, что не зря ведьм сжигали на костре заживо. Наверное, это самая страшная смерть. Но, отринув трусливые мысли, я решительно одернула шторы в стороны, впуская в гостиную солнечные лучи просыпающегося солнца. На миг зажмурилась от бьющего яркого света, и смело переступила порог балкона. Сад был безумно красив в алых лучах поднимающего светила. Во дворе царила тишина, нарушаемая щебетом птиц и дуновением легкого утреннего ветерка.

Я еще долго стояла, облокотившись о перила и наивно надеялась, что когда солнце полностью взойдет на небо, придет моя смерть. Но вот солнце уже полностью появилось на ярко-синем летнем небосклоне, полностью вступив в свои права и уже ощутимо пригревая кожу.

Я резко упала, словно у меня вынули штырь из спины, на котором держалось все тело. Села, облокотившись на дверь балкона, и заплакала. Просидела я так довольно долго. Природа радовалась жизни, а у меня в душе было пусто и темно. Я бездумно сидела и смотрела на тонкий сучок на стволе ветвистого дуба, что рос прямо в двухстах метрах напротив балкона, не обращая внимания на слезы.

В спальне послышался вздох и какой-то шорох. Затем я расслышала, как мягко спружинил матрац, когда Влад сел на кровати. Невидимая удавка начала затягиваться на шее, медленно перекрывая мне доступ к кислороду. Но мне было все равно. Я лишь повернула голову и посмотрела на дверь, ведущую в спальню.

Время словно растянулось, как в мелодрамах, когда показывают особо трагичный момент. Я слышала, как спешит ко мне Влад, тихо матерясь. Как на улице весело щебечут птички, а в фонтане, что находится в глубине сада, весело журчит вода. Слышала свои надсадные хрипы, когда пыталась вдохнуть сжатым спазмом горлом спасительный воздух. Так, наверное, пытается дышать рыба, выброшенная жестокой волной на берег. Я увидела, как испуганный Влад остановился на границе тени и света, шокировано смотря на меня. Он не рвался больше спасти меня. Просто стоял с открытым ртом и смотрел, как я задыхаюсь.

По моим щекам сильнее потекли горячие слезы. Не от обиды на бессердечность вампира. В конце концов, я самого искала смерти. Нет, я-то надеялась, что сгорю в лучах родного светила, а оно коварным образом ласково согревало меня своими теплыми лучами, не причиняя вреда. Оно предало меня. Все стало расплываться перед глазами. То ли от слез, то ли от нехватки воздуха. Горло и грудь внутри уже горели огнем. Тем самым, который должен был сжигать меня снаружи на солнце. А потом я провалилась в беспамятство.

— Идиотка! — рычал над ухом взбешенный Влад, когда бережно укладывал меня на кровать. Затем нежно коснулся моего лица, убрал прядь волос и резко встал с кровати.

Я открыла глаза. Без особо интереса пронаблюдала, как вампир стягивает с себя скафандр или что-то на него сильно похожее и при этом не сводит с меня злого взгляда своих синих глаз. И вновь закрыла. Я не хотела ничего. У меня больше не было ни прежней жизни, ни любимой семьи. Меня лишили выбора. Мой внутренний огонь потух, не оставив даже углей. Мне было все равно, что со мной будет дальше.

— О чем ты думала? — Влад подлетел ко мне, встряхнул меня за плечи, отчего у меня клацнули зубы, всмотрелся в мои глаза. Ярость, тлеющая красным в зрачках, быстро гасла, сменяясь обеспокоенностью. Он передернул плечами и отпустил меня. Я вновь легла на кровать и отвернулась от него. Мне почему-то не хотелось видеть жалость в его глазах.

— Я отменил свой приказ, — раздалось глухое из-за спины. Затем в голосе Влада послышалось ехидство. — Если хочешь, можешь выходить на солнце. Как оказалось, ты вполне можешь гулять и днем. Ты легко можешь сойти за человека и жить рядом с близкими людьми. Ты, наверное, очень рада этому?!