За что демону ангел, или работу не выбирают (СИ) - Ф Татьяна - Страница 42

— Амбиции? У тебя есть амбиции? И в чём они заключаются?

— Сейчас — в том, чтобы как можно скорее отвести тебя в одно госучреждение, после чего я смогу с полным правом закрыть тебя в своём доме и не выпускать, ради твоей же безопасности. Тем более, прибавилась очень весомая причина.

— Знаешь, что…

— Знаю, — он накрыл её губы поцелуем, чувствуя, как она расслабляется. — Буду считаться с твоими желаниями.

— Мне кажется, кто-то ушёл от темы, — недовольным голосом вставил Дорнакс.

— Точно. Так вот, не отвлекай. Мы учились вместе, преодолевая трудности и помогая друг другу. Управление энергией на начальном этапе требует поддержки, её использование — страховки. Изменение судеб людей только на первый взгляд простой трюк. Видела, как устроены звонницы? Дернешь за одну веревочку, а звенят несколько колоколов. Дёрнешь слабо, выйдет пшик, дёрнешь сильно, не получишь нужный звук. Так и с людьми. Ладно, не буду углубляться, в конце концов, ты видела мою работу. Вернёмся к молодым и бестолковым демонам. Да, Алекс, данное определение к тебе относится тоже. Мы любили летать по ночам, летать на скорость, устраивая гонки и пугая случайных прохожих, да так, что потом приходилось возвращаться и редактировать воспоминания. Марк всегда приходил первым, и если для нас с Алексом это была игра, то для него было жизненно важным побеждать. В чём-то мы были сильнее, например, в вопросах иллюзий у меня всегда получалась более качественная картинка, что невероятно его злило. Алексу лучше давались боевые искусства. Кстати, шрам его рук дело.

— Что-то не поделили? — Вера на секунду нахмурено взглянула на Дорнакса.

— Нет, испытывали изобретение Марка. Тот самый меч.

— Которым его лишили крыльев?

— Да, — Берестов нахмурился, видимо воспоминания были не из приятных. — Регенерация после него не работает. Марк много времени уделял учёбе, стремясь вникнуть во все области науки. Он изучал нашу внутреннюю энергию с точки зрения физики, пытаясь разобраться в её природе. Заочно окончив два университета, один по физико-математической направленности, второй — мед, он уехал в США, уверив наших наставников, что это необходимо для его практики. Вернулся через два года совершенно, если можно так сказать, другим человеком. Искренне уверенный в своей власти над другими существами по причине большой силы, он попытался изменить саму систему функционирования конторы. Марк был убежден в том, что контроль над метаморфами должен был быть ужесточён и необходимо было досконально изучить возможности каждого магического существа. Поначалу мы воспринимали всё как забаву, пришедшую в голову сумасшедшему учёному в фильме — а Марк был убеждён, что наука может объяснить всё, — но он был настолько погружён в свою идею, что это перестало быть смешным. Довольно быстро его поставили на место, указав, что мы живём в стране, где главным законом является конституция, которая распространяется абсолютно на всех граждан государства. Поняв, что здесь ему не дадут свободы действий, он покинул страну.

— Больше вы не виделись?

— Алекс неоднократно пытался убедить его, что предназначение демона в мягком направлении, что свобода выбора определяет существование личности в этом мире, но Марк верил, что, только контролируя всё, он сможет добиться идеального общества. Я до конца не понимал, каким он его видел, но его методы казались мне неправильными, о чём и сказал ему. Назвав меня дураком современности, он поклялся, что добьётся своей цели, но без нас.

— И получилось, что без вас, но у вас под носом, — печально отметила Вера.

— Он создал целую сеть лабораторий, где Лашук был лишь пешкой, причём не самой важной. Водяной занимался исследованием способов уничтожения каждого из живущих существ. Знание слабых мест — лучший рычаг управления. Фей травили газом, в море искусственно увеличивали популяции определенных хищников.

— Хранители умирали от специфического вируса, истлевая и превращаясь в прах в течении часа, — добавил Дорнакс.

— А чтобы убить тебя, нужно удалить крылья? — сердце Веры сжалось, когда она вспомнила в каком виде нашла ловчего в подземелье.

— Не совсем, — он сжал её ладонь. — Меня надо ослабить, убив мой несгибаемый иммунитет. Потом можно и крылья срезать, а дальше да — смерть.

— Жуть какая этот ваш Марк… А девочка? Ты же говорил, что дети не могут трансформироваться.

— Я по-прежнему придерживаюсь этого мнения. То, что случилось с Ликой — продукт научных исследований Марка. Первый удачный опыт. Сколько до этого детей прошло через его лаборатории, сейчас выясняют.

— Если не получится у ваших, — зло проговорил Дорнакс, — я выпотрошу из него всю информацию при помощи его же оружия.

Берестов внимательно посмотрел на англичанина.

— Алекс, она останется здесь.

Рычание.

— Она гражданка России. Ты подданный британской короны. До её совершеннолетия она останется здесь под контролем конторы.

— У неё даже семьи нет! Она … orphanage! Как это по-русски? Сиротский приют?

— Так даже проще, не надо никому ничего объяснять. Алекс, ты же понимаешь, что я прав?

— Прррредельно…

Вера с интересом наблюдала за беседой.

— А почему такой интерес к девочке? — спросила она.

— Ревнуешь? — на лице Дорнакса появилась хищная улыбка.

— На его пути тоже повстречалась чокнутая ведьма, — вставил Берестов.

— Если бы! Чёртова горгулья изъяснялась стихами, словно Нострадамус: «In cold country, White Angel, Your salvation, Your redemption» ("В холодной стране, Белый Ангел, Твоё спасение, Твоё искупление", — с ухмылкой тихо произнес Дорнакс.

— Всё понятно, — улыбнулась девушка. — Дело не в хранителях, а в предсказании. Вот почему ты здесь. И встретив первого же ангела на своем пути, решил, что это я.

В палате наступила минутная тишина.

— Ты сама хоть понимаешь, что ты такое для него? — вдруг с надрывом спросил Дорнакс у Веры. — Я ведь сам смеялся, когда читал хроники мира, где говорилось об ангелах и демонах и их проклятии.

Вера удивлённо подняла брови и перевела взгляд на Берестова. Ловчий упёрся локтями в колени, устало опустил лицо в ладони.

— Ровно до того момента, как увидел тебя, — продолжил британский демон. — Чёртово белое платье! В одно мгновение я чуть рассудок не потерял, когда ты расправила крылья. И ангел, предначертанный мне судьбой, был с моим лучшим другом! Ты знаешь, что испытывает путник, когда вдалеке наконец видит свой дом? Или пустынный странник, перед которым предстал оазис? Или альпинист, достигший вершины Эвереста? Всё, что демон делал раньше, становится неважным и несущественным, в тот миг, когда он встречает ангела, тем более свою пару. Признаюсь, в тот момент я был готов убить любого, кто попытался бы помешать мне. Если бы был помладше, так и сделал. Димитрий, ты понимаешь, скольких усилий мне стоило сдержаться?

Берестов молчал, глядя в потолок.

— Честно говоря, я вообще удивлён, что он терпит всё, что ты творишь и ещё не увёз тебя на край света, — добавил успокоившийся Дорнакс и на его лице появилось немного мечтательное выражение. — С Ликой подобных проблем не будет.

Вера улыбнулась как кот, наевшийся сметаны.

— Ну-ну, — слегка изменив голос, произнесла она. — Вот вырастет твой белокурый ангелочек в сексапильную красотку, посмотрим, как ты запоёшь.

— Язва… — прорычал Дорнакс, перехватывая трость и решительно поднимаясь.

— Она же твоя пара, я права? — продолжала издеваться Вера. — Сколько ей? Пять? Тринадцать лет выдержки и будешь делать всё, что она пожелает. Правда, любимый?

И повернувшись к Берестову, невинно захлопала ресницами.

— Язва, — согласился ловчий. — Точно запру дома.

— Эээ… — Вера открыла рот, чтобы возмутиться, но с ней провернули широко известный в узких кругах фокус с леденцом.

Проводив Дорнакса, ловчий вернулся в палату.

— Дим, давай рассказывай, что за проклятие, — Вера поудобнее улеглась на кровати, выражая готовность слушать.