За что демону ангел, или работу не выбирают (СИ) - Ф Татьяна - Страница 70

— Надо свозить тебя в Урюпинск, — добавил Берестов. — С удовольствием послушаю твои восторги.

— Опоздал, любимый — мечтательно-воспоминательно произнесла Вера, поднимая глаза наверх влево.

— А поподробнее? — Берестов напрягся.

— Дело прошлое, — Вера повернулась к мужу и хитро улыбнулась. — Дело молодое.

— Молодое значит… — повторил себе под нос ловчий, глядя на дорогу.

Машина остановилась перед светофором. Рядом затормозила ещё одна, пассажиры которого, несмотря на ночную прохладу, не стесняясь ехали с открытым верхом.

— Ну, блииин, — послышался недовольный голос.

Вера повернулась к источнику разочарования. Водитель виновато пожал плечами, развёл руки и указал в сторону Дворцового моста.

— Разводят уже, не успел.

И правда, в нескольких метрах от них начинался мост, который, судя по графику, начинал своё движение, раскрывая объятия для проходящих паромов и кораблей.

— Ух ты! — явно обозначила свое не питерское происхождение Вера.

Машина зарычала, когда загорелся зелёный свет и Берестов, вместо того, чтобы плавно уйти налево, втопил педаль газа в пол. Когда машина рванула вперёд, Вера схватилась за перекладину у потолка и закричала:

— ААА!!

Словно в замедленной съёмке, внедорожник влетел на мост и быстро наращивая скорость, несмотря на всё увеличивающийся градус подъёма дороги, мчался вперёд. Лика припала к окну, стараясь не пропустить тот самый момент. Секунда и машина отрывается от асфальтового покрытия, перестают шуметь шины, волосы слегка взлетают и кажется будто везде невесомость. Где-то внизу виднелся искрящийся светом паром, ожидающий своего прохода. На корме стоял человек и весело махал экстремальным автомобилистам руками. Поприветствовать его Лика не успела. Машина ощутимо приземлилась на все четыре колеса на другой половине моста и продолжила свое триумфальное шествие прямо в объятия питерского ДПС, так же радостно махавшего им полосатыми жезлами.

Берестов послушно остановился. Дверь со стороны пассажира открылась, и Вера согнулась пополам, давая возможность желудку сполна выразить восторг по поводу поездки.

— Так что там по поводу Урюпинска, родная? — спокойно спросил ловчий, протягивая сотруднику полиции водительское удостоверение.

— Этнографическая экспедиция от университета, — прошипела Вера, выдёргивая протянутую салфетку из рук мужа и вытирая рот.

— Ааа, ну и как?

— На поезд опоздали, пришлось всю ночь проторчать на вокзале, заедая горе пирожками из местного буфета, — тут до Веры дошло, что над ней натурально издеваются и набросилась на Берестова с кулаками. — Ты!!! Чёрт лысый!!! Демоняка хвостатый!!! Клоун московский!!!

Полицейский выразительно посмотрел на визжащую Веру, сочувственно на ловчего, выписал штраф и попросил так больше не делать. После чего козырнул и быстренько убрался. Лика просунулась между сиденьями и ляпнула на свою голову:

— Пап, это было круто!

— И ты Брут?! — воскликнула Вера, оборачиваясь к Лике. — Ну вы вообще!

— Хочу заметить, — начал ловчий, выруливая на дорогу. — Что все обвинения голословны и не имеют под собой никаких оснований. Кстати, не без твоего участия.

— Это была месть? — в глазах Веры промелькнула догадка.

— Ага, — не стал отказываться Берестов.

Вера шмыгнула носом.

— За люк?

— И за него тоже.

— А за что ещё?

— За прекрасные ночи в Урюпинске без меня.

— Так это было больше двадцати лет назад!

Берестов улыбнулся и ничего не ответил. В его телефоне тренькнул сигнал, сообщающий о том, что искомый объект найден и направляется в сторону медицинского университета имени академика Павлова. Лика положила руку на голову спящему рядом Егору и погладила непослушные тёмные волосы. Тот шевельнулся, потянулся и открыл сонные глаза. Вот это нервная система!

— Уже приехали? Я ничего не пропустил? — мальчик принял вертикальное положение и всмотрелся в ночной пейзаж за окном. — Мам, а пирожки остались?

В салоне послышался сдавленный смех.

Прошу прощения за долгое ожидание. У меня новая работа, отнимающая сейчас много времени. Но я помню о нашей истории, которая медленно, но верно идёт к своему завершению. Мне очень приятно читать ваши комментарии, они сильно мотивируют. Поехали?:-)

Алекс стоял перед входом в большое бело-серое здание учебного заведения с обшарпанными колоннами, просящими свежей краски уже не первый год. Глубокая ночь давно вступила в свои права, что совершенно не мешало демону сканировать пространство. Живых душ в помещениях практически не было, лишь парочка охранников, мирно посапывающих в своих служебных каморках. Зато в изобилии душ неупокоенных, что в принципе весьма характерно для подобного заведения. Знали бы местные студенты о том, сколько на самом деле у них «наставников», сбежали бы все в один день. Порой нерадивого студиоза «учат», подсказывая и направляя, а тот становится в себе более уверенным, что положительно сказывается на учебном процессе и дальнейшей карьере. Так что, мир не без добрых приведений.

В основном души в таких местах были сконцентрированы на нижних уровнях, включая подвальные и бассейны с рабочим студенческим материалом, что тоже было понятно — ближе к телу спокойней. Но не здесь и не сейчас.

Алекс искал Марка, но пока ничего не чувствовал, но понимал, что может ошибаться. Тому примером был случай в изоляторе. Где-то этот прохиндей научился техникам, о которых Алекс только читал в древних летописях и недоступных для изучения по причине отсутствия живых учителей. То, что Марк был в институте, Алекс был уверен. Потому что здесь жил тот, кто наверно единственный имел для Марка значение.

Тихое дуновение ночной прохлады и он скорее почувствовал, нежели увидел её присутствие. Запах? Нет. Шаги? Опять нет. Но что?

Стук сердца.

Отчётливый, немного быстрый, вследствие каких-то едва заметных гормональных всплесков.

Тук-тук.

Тук-тук.

Тук-тук, тук-тук.

Понимание, что его собственный орган быстро подстраивается под новый такт, пришло не сразу, и вызвало не только удивление, но и странное ощущение правильности. Так, словно у него теперь два сердца, работающих наконец-то верно, в едином ритме. Так, будто две части идеально совместились и механизм наконец был запущен.

Он сделал глубокий вдох. Он не понимал почему, и что это такое, но казалось будто это его первый вдох в этом мире. До этого он и не дышал вовсе.

Мягкое прикосновение, которое он почувствовал сквозь рубашку и его обняли, прижавшись щекой к спине. Ладошки проскользнули вперёд и тихо легли на грудь мужчины.

— Подглядывать чужие мысли не хорошо, тебе мама не говорила? — Алекс постарался придать голосу серьёзность.

— Не перекладывай с больной головы на здоровую, — спокойно отозвалась Лика. — Ты же знаешь, ангелы видят лишь то, что им позволяют. Забирать силой — задача других.

Намёк был явно непрозрачным, но Алекс решил не реагировать на выпад, а постарался «наставить» девушку на путь истинный. Он повернулся к Лике и схватил её за плечи:

— Я же просил тебя остаться там! Здесь опасно! Марк отсюда не уйдет и будет драться до последнего!

Лика лишь улыбалась, что разозлило Алекса, не понимавшего, почему его приказ не выполнен.

— Ты слышишь, что я говорю? Где твоя рассудительность и адекватность?!

— Можно ли назвать девушку адекватной, если у неё на футболке мужик со скальпелем в руке? — внезапно весело спросила она.

Алекс перевёл взгляд на указанный предмет одежды. На коротенькой — простудится же, — облегающей футболке был изображён Михаил Булгаков с сигаретой в зубах, действительно держащий в правой поднятой руке медицинский инструмент, названный выше. Образ дополнял белый халат, стетоскоп и галстук-бабочка на шее. Надпись под картинкой гласила: «Правду говорить легко и приятно».

— Врачи всегда казались мне самыми нормальными людьми, — проговорил Алекс, поневоле, но с удовольствием, отозвавшимся в теле, оглядывал хлопковый, как он назвал бы скорее удлинённый топ, моментально вспомнив то, что под ним скрыто. — И вот сейчас у меня появилась реальная причина в этом усомниться.