Дом с порталами (СИ) - Гапанович Наталия - Страница 34

Гигантский полированный кристалл. От подсветки он переливался и отбрасывал множество лучей на стены, окрашивая их всеми цветами радуги.

— Этот кристалл — гордость моего народа, — выпятив грудь, произнес Минтос. — Когда-то это была просто колонна, пока от нее не отвалился кусок камня, открывая это сокровище. Наши мастера его отполировали и оставили стоять в этом зале.

Ришар, громко восторгаясь, бегал вокруг кристалла. Да я сама еле сдерживала восторг. Думаю, мой горящий взгляд и неровное дыхание красноречивее тысячи слов.

— Продолжим, — галантно предложил Минтос, и мы пошли дальше гулять по городу.

Он рассказывал истории из жизни некоторых особо отличившихся персон. В его голосе было много любви к своему народу, искреннего переживания за их будущее.

Вот тут-то и закралась мыслишка — а чего это он так переживает, как будто он в ответе за жителей. Может он вовсе не простой горожанин. Но ведь столько прохожих встречали, никто не падал ниц и никак не выражал своего почтения. А может, у этих пещерных так не принято? Да и владыка ничего о нем не говорил, никак не выделял.

Так, мило беседуя, мы обошли немаленький город и вернулись к нашим апартаментам.

— Вот и закончилась наша экскурсия.

— Я так устал, — простонал Ришар.

— Спасибо за уделенное нам время, было очень интересно.

Только теперь поняла, что еле волочу ноги, и есть хочется зверски. Нос моментально учуял запах еды. Мы с Ришаром вошли в комнату, а там нас ждал накрытый стол.

«Благослови господь тех, кто о нас позаботился!» — мысленно произнесла я и села за стол.

Мы с Ришаром отдали должное еде и разошлись по комнатам. Положив голову на подушку, я сразу же уснула.

Сквозь сон почувствовала, как кто-то меня толкает и тихо пыхтит рядом, будто боится разбудить. Приоткрыла один глаз — Ришар.

— Прости, что разбудил, — он виновато опустил взгляд. — Я не хочу быть один.

Откинула одеяло.

— Ложись рядом.

Он с радостью забрался на кровать и устроился рядом, я его обняла и под мирное сопение уснула.

Проснулась я от чувства, что на меня кто-то смотрит. Открыла глаза — перед нами стояли Теодор и Шарон. Ощутив, что я проснулась, открыл глаза и Ришар.

— Папа! — вскочил он, бросился к отцу в объятия и расплакался.

— Ришар, сынок, — обнял его Шарон, не пряча слез. Взял его на руки и вышел из комнаты.

Не успев встать, оказалась на коленях у Тео. Взглянув в его глаза, увидела мольбу не отталкивать. И я не оттолкнула, прижалась покрепче, спряталась на широкой груди. Почувствовала себя маленькой потерянной девочкой. Все это время так хотелось поддержки, чтобы обо мне позаботились. Его губы нашли мои, впились, моля о прощении, выплескивая боль, тревогу, отчаяние и безграничную тоску. И я вторила ему, потому что испытала точно такие же чувства. Мы слились в поцелуе, вкладывая в него все накопившиеся эмоции.

После стольких тревог оказаться в спокойной гавани объятий Тео — настоящее блаженство. Мы сидели, прижавшись друг к другу, боясь отпустить, боясь проснуться и узнать, что это всего лишь сон, сладостный мираж в пустыне души.

Чтобы убедиться, что это реальность, спросила его:

— Тео, мы далеко от тех пещер, где провалились?

— Как же приятно, когда ты меня так называешь, — уткнулся он в мои волосы. — Я так скучал.

Его губы дотронулись до уха, и от этого по телу прошлась волна мурашек. Он наклонился и нежно поцеловал меня. А я его и не торопила.

— Очень далеко, — ответил он наконец.

— Как тогда вы так быстро прибыли?

— Порталами, — пожал он плечами. — Как только узнали, где вы — перешли порталами. А вот дальше пришлось добираться своим ходом, здесь же магия не действует. Это и заняло основное время. Поверь, мы ту же секунду хотели оказаться рядом с вами. Время, потраченное на дорогу, для нас растянулось в вечность… Я безумно скучал, — прошептал Тео проникновенно, затем отстранил меня, приподнял мой подбородок, чтобы смотрела ему в глаза. — Я люблю тебя.

А я… обрадовалась и расчувствовалась одновременно. Глаза наполнились слезами, те брызнули и потекли по щекам.

Никто. Никто и никогда не был настолько откровенным передо мной и не обнажал свои чувства. Искренние и нежные чувства ко мне. Именно ко мне. Простой девушке. Неудачнице. Не умеющей выбирать мужчин. И вот передо мной мужчина моей мечты, он обнажил свои чувства, а я смотрю на него и не могу поверить, что он может любить такую, как я. Несовершенную, со своими недостатками, даже не красавицу. Обычную девушку.

— Ты уверен? — смогла вымолвить, все еще не веря его признанию.

— Более чем, — ответил Тео хриплым голосом, заглянул мне в глаза и снова поцеловал. Я растаяла, расплылась лужицей перед ним, тонула в его жарком поцелуе, отвечая со всей страстью. Не надо слов, не надо. Поцелуй раскрывает все. Обнажает чувства. И это волшебно.

Хм-м, а ведь магия здесь не действует. По-моему, для магии любви нет никаких преград.

Мы не могли оторваться друг от друга. Так и сидели, не в силах разорвать объятия, боясь снова познать боль разлуки.

— Я так хочу поскорее вернуться домой, — промолвила я, обнимая Тео.

— Придется немного повременить с возвращением, — услышала голос Шарона. Не заметила, когда он тут появился.

— Что?! — не могла поверить его словам. Да я готова домой бежать вприпрыжку, а меня задерживают.

— Понимаешь, Сандра, — севшим голосом произнес Шарон. — Все имеет свою цену.

Он замялся и замолк, опустив глаза.

Сердце так и ухнуло вниз. В чем подвох? Сверлила его взглядом ожидая пояснений.

— Старый пройдоха во всем ищет выгоду и за вашу свободу требует, — Шарону явно было не по себе, — три тысячи приспособлений из затемненных стекол. Говорит, ты знаешь, о чем речь.

Вот же гад!

Я к нему всей душой, думала, как помочь! А он шантажом. Да, я бы ему сама помогла, а он…

Стало так обидно, словно меня облили помоями.

— Сандра, не переживай, — моментально уловил мое настроение Тео и обнял меня. — Мы тебе поможем.

— Спасибо. Мне просто обидно, что он с нами так…

— Не волнуйся, ведь все решаемо. Это всего лишь стекла,

— Очки, — поправила я, — это очки от солнца.

— Тогда это объясняет его дерзкий выпад против нас, — задумчиво произнес Шарон. — Он пытается спасти свой народ. Вот только способ выбрал не самый приемлемый.

— И не говори, — выдохнула я, смиряясь с условиями свободы.

Ришар, бывший у отца на руках, только сильнее обвил его шею, не намереваясь ни на секунду его покидать.

— Пойдем, закрепим договор об условиях вашего освобождения, — сердито промолвил Тео.

Слово «освобождение», неприятно резануло слух.

— Мы что заложники? — вскипела от возмущения.

— Не то чтобы… — замялся Тео. — Сандра, успокойся. Передадим мы им очки и мирно разбежимся.

— Но как он так может? — не унималась я.

— Сандра, мы можем развязать войну, — вмешался Шарон. — И поверь уж, выиграем. Но это больше похоже на выпад от безысходности, чем на ультиматум. Чтобы ставить условия драконам, надо быть в полном отчаянии.

— Похоже, так и есть, — присоединился к нему Теодор. — Мы бы ему этого не спустили, будь он с нами в равных условиях. А пинать лежачего не в нашем характере.

Мы с Теодором направились к владыке. Теодор шел твердым шагом, а я пыхтела негодованием.

Вот как так можно? Нормально общались, и на тебе! Кто бы мог предположить, что моя чистосердечная забота о них обернется историей с заложниками. Обидно. Такое обращение может напрочь отбить желание помогать.

Мы вошли в зал, где, сидя за письменным столом, нас уже ждали владыка и не скрывающий радости Корнелий.

Мое же настроение было не столь радостным, но я только поджала губы и не комментировала их поведения. Думаю, они не понимают, что делают, лишь слепо идут к цели. Хоть и пыталась оправдать их действия, себя чувствовала заключенной, которую отпускают на поруки. И это крайне неприятно.