Арма (СИ) - Годына Виталий - Страница 93

— Это противостояние будет длиться столько, сколько будут жить обе семьи, — перебил её тот. — Я раз и навсегда закончу этот многовековой конфликт между нашими основателями! В вашем же доме!

— Путем уничтожения Люмийских? — обратился к нему Ричард. — Не ожидал, что ты настолько спятил!

— Я выполню свой долг, даже если это будет стоить мне жизни!

Глава Калингемов отозвал свое оружие и сложил воедино ладони, попутно бормоча себе что-то под нос. За его спиной сверкнула красная вспышка. Он призвал в этот мир сильнейшее существо из всех, что были. Адское отродье было огромным и почти дотягивалось до потолка. Вместо рук у него было два гнилых и заостренных когтя, а ступни ног ему заменяли массивные копыта. Плоть демона кипела, за спиной прятались отрубленные крылатые отростки, а из рта доносились громкие мучительные крики, как из глубин Преисподней.

Ричард ненадолго потерял дар речи.

— Не могу поверить, что ты отважился призвать второго по силе монстра после Диаболуса. И все это ради того, чтобы убить нас?..

— Не только вас, но и ваше наследие! Величественный замок Люмен, таящий в себе истоки светлой магии! Все, что отстраивал сын Мундоса, будет разрушено! — Рональд не стал сдерживать эмоций и залился безумным смехом.

— Мама! Папа! — детский голос, раздавшийся позади, застал родителей врасплох.

— Мироэн! Уходи! Живо! Здесь небезопасно! — приказал король.

Но было слишком поздно. Существо взмахнуло заостренными конечностями, разрушая последние уцелевшие опоры. Потолок не выдержал, покрылся трещинами и обрушился. Люмийские ничего не успели сделать.

Большая часть тронного зала превратилась в руины. Приспешник Диаболуса укрыл своего хозяина от камнепада, в то время как потерявшего сознание Мироэна спасла мать. Мария закрыла сына собой, прижала к себе изо всех сил, взамен жертвуя собственным телом. Её ноги придавило огромными каменными обломками.

Рональд не мог натешиться проделками чудовища. Мечта всей жизни практически стала явью — осталось покончить с последними представителями рода Люмийских. Стоящий позади него приспешник Диаболуса завывал от злости и бил заостренными когтями по груди.

— Сегодняшний день я запомню на всю оставшуюся жизнь и назову его как «День падения рода Люмийских»! Ха-ха-ха! — безумно хохоча, кричал лидер Калингемов.

Отец Мироэна не на шутку разгневался от причиненной их семье боли и унижения. Он давно не практиковался в колдовстве, а потому не знал наверняка, сработает ли этот призыв.

— Смейся-смейся! И не забудь помолиться своим демонам, ведь это последнее, что ты сделаешь перед смертью!

Король свел ладони воедино.

— Милый, неужели ты хочешь воспользоваться этим заклинанием? — из последних сил прокричала Мария.

— У меня нет иного выхода.

— Тогда… — растерянно продолжила женщина. — Тогда давай я покончу с ним!

Рональд Калингемский не дал противникам времени на раздумья. Указав пальцем на семью Люмийских, он отдал адскому существу приказ атаковать. И оно беспрекословно принялось его выполнять.

— Явись, Четырехкрылый обитатель Небесного царства и выполни долг перед нашим родом! — выкрикнул Ричард.

Над руинами сверкнула еще одна вспышка, призвавшая в этот мир второе после Деуса по силе создание. Облаченный в серебряный доспех ангел расправил свои пышные крылья и плавно спустился с небес, закрывая собой хозяина.

Яростные взгляды враждующих существ встретились, пробуждая у них ненависть и отвращение друг к другу. Небесное существо обнажило клинок нечеловеческих размеров и устремилось к черту. Тот отскочил назад и заблокировал атаку гнилыми когтями. Представители светлой и темной сил, после многовекового затишья были «рады» встрече.

— Только ты и сможешь с ним покончить. Тебе придется применить это заклинание.

— Запретный Дар? — испуганно спросила Мария.

— Да.

— Зачем ты тогда призвал его? Отзови его немедленно! Ты же умрешь вместе со мной!

— Я выигрываю тебе время, разве ты еще не поняла? — озлобленно выкрикнул Ричард, ощутив последствия примененного им заклинания.

— Но… Как же наш сын? Ты хочешь оставить его совсем без опеки? — к глазам женщины подступали слезы.

Ноги короля подкосились — он едва не упал на колени. Боль, пробиравшая его изнутри, усиливалась.

— Если мы этого сейчас не сделаем, то умрем втроем!

Битва божественных существ вышла за пределы тронного зала. Они дрались, толкали и бросали друг друга, круша на своем пути стены, постройки и высокие башни.

Рональд неторопливо двигался в сторону Люмийских. Каждая секунда пребывания адской твари в этом мире стоила ему нескольких часов жизни. Старческое тело будто бросили в кипящее масло: его плоть медленно разъедалась. Но он продолжал стоять на ногах.

Ричард испытывал нечто подобное. Эта боль была ужасной и невыносимой. Единственная причина по которой он её терпел, — дать жене закончить все приготовления.

— Т-ты г-готова? — тяжело дыша, спросил мужчина.

Мария молчала. Она не хотела, чтобы все вот так вот заканчивалось, и боялась представить, что станет с её ребенком, когда они умрут. Ведь он будет расти сам, без родительской любви, поддержки и советов. И если у Ричарда может появиться шанс увидеться с ним, то у неё его никогда не будет.

По щекам женщины покатились слезы. Глава Люмийских понял, что она готова. В этот момент очнулся Мироэн.

— Мама, что с тобой? — испуганным голосом спросил сын.

— У меня не так много времени, поэтому я скажу тебе кое-что…

— Подожди, я вытащу тебя отсюда!

Поднявшись, принц попытался освободить прижатые камнями ноги матери. Усилия беспомощного юноши были напрасны.

— Миро, остановись же! — хватая руку своего дитя, выкрикнула женщина. — Я не выживу. Как и твой отец.

— Что ты такое говоришь! — мальчишка отрицал услышанное.

— Просто послушай! Из нас троих сможешь выжить только ты. Поверь, это решение далось нам нелегко, но другого выхода нет.

— Мама, это плохая шутка! — сквозь слезы продолжал твердить сын. — Я обещаю быть послушным, делать все уроки и есть все, что подадут!

Она схватила Мироэна за руку и подвела к себе. Взглянув ребенку прямо в глаза, Мария едва держалась, чтобы вконец не разрыдаться.

— Этот мир порой бывает таким жестоким… Ты не раз будешь разочаровываться в людях и их поступках, но это не значит, что тебе стоит быть одиночкой. Тебе могут разбить сердце, но найдется и та, кто залечит его и восполнит пустоту теплом и любовью. Впереди тебя ждет много трудностей, от которых мы всячески пытались тебя оградить… Прости нас за то, что мы к тебе не прислушивались. Я знаю, ты не желал стать принцем, а хотел выбрать свой путь: изучать магию и сражаться на мечах. Поэтому… Доверяй зову сердца. Не отрекайся от людей. Будь добр и честен с самим собой. И найди ту самую, с которой проживешь до самой смерти. Миро… Ты сильный. Потому что ты наш сын. Береги себя…

Это были её последние слова. Мария Люмийская щелкнула пальцами и замерла. Король посмотрел на главу семейства Калингемов, упавшего рядом с ним и окончательно убедился в том, что тот умер. Он не думал, что запретное колдовство, которое его жена изучала десятки лет в целях защиты собственной семьи, подействует вот так просто.

Существа, призванные заклинателями, исчезли, так и не закончив своей поединок. Мироэн заревел, нарушая тишину своим скорбным криком. Карие глаза продолжали смотреть на мать, а руки схватились за женскую ладонь. Он чувствовал, как тепло, гревшее его все эти годы, покидает её. В ней уже не было души. Он не мог в это поверить.

Ричард не успел приблизиться к сыну и упал на половине пути. Королю было тяжело дышать, а говорить — тем более. Он был истощен, слаб и походил на больного неведомой хворью человека. Колдовство забрало у него все силы, без остатка. Последнее, что он хотел сделать, — попросить прощения у сына. Но не успел.

*

— Я еще долго пытался привести их в чувство, разбудить. Но они уснули навсегда. Ранним утром я собрал вещи и покинул эти земли. Я не стал обращаться за помощью к деревенским. Мне было страшно. Я хотел отойти от этого всего. Позже кто-то пустил слух, мол, это я убил родителей, призвав какое-то существо из ада. Клятые ублюдки… Я вычитал, что Запретный Дар, которым воспользовалась моя мать, убивает заклинателя и её жертву, а их души словно распыляются. Они не попадают ни в рай, ни в ад, ни в чистилище. Они больше никогда не переродятся, ни в одном обличии… Таким образом, Мария и Ричард Люмийские, ценой своей жизни защитили собственного сына. Последнего из своего рода, — закончил рассказ принц.