Новогодний P.S. (СИ) - Монакова Юлия - Страница 40

Новый год они встретили вчетвером (если считать Алину) — тихо, спокойно, очень вкусно. Стол буквально ломился от разносолов: морепродукты, грузди в сметане, салат с копчёной курицей и ананасами, голубцы, мясной рулет с грибами и черносливом, фаршированная запечённая утка, картофель с чесноком и укропом… Алина уснула задолго до наступления полуночи. Галинка снова нацедила в бутылочку молока, и мама забрала внучку к себе в комнату, пробормотав, что и сама устала за день, а молодые могут продолжать веселиться и развлекаться…

Едва дождавшись, когда тёща уйдёт, Белецкий тут же впился в губы Галинки поцелуем.

— Ну наконец-то, — выдохнул он, — весь день не мог этого дождаться. Ты такая соблазнительная в этом платье…

В это время зазвонил Галинкин телефон, и она с явным сожалением высвободилась из объятий мужа. Тот выразительно закатил глаза, изображая мимикой, как невыносимо страдает, и умоляя её поскорее закруглить разговор, кто бы там ей ни звонил… пусть даже сам президент Российской Федерации.

Переговорив, Галинка немного виновато взглянула на Белецкого.

— Это Тим Солнцев звонил. Поздравлял с Новым годом. Тебя, кстати, тоже.

— Спасибо, — отозвался муж. Тот факт, что именно дочка Тима вместе с сыном Илоны обнаружили похитительницу Алины, несколько примирял его с действительностью, но всё равно до полного дзена ему было пока далеко.

— Не ревнуй, — попросила Галинка, улыбнувшись. — Он по делу звонил. Снова напомнил мне о том проекте… ну, о ледовом шоу “Снежная королева”, я тебе рассказывала. Саша, я очень… очень хочу спеть эту песню, — запнувшись, призналась она.

— Галюша, не надо передо мной оправдываться и извиняться, — он, продолжая сидеть на стуле, притянул жену к себе и уткнулся лицом ей в живот. — Если ты хочешь, то сделай это.

— И ты не будешь против? — она рассеянно поглаживала его затылок, глядя на мужа сверху вниз.

— Господи, ну конечно, нет. Не такой уж я и Отелло… Я буду только гордиться своей умницей и красавицей женой. Такой талантливой, — его рука скользнула ей под платье и стала пониматься от коленей всё выше и выше, — и такой сексуальной…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Маньяк, — засмеялась Галинка, запуская пальцы в его волосы. — Может, хотя бы в спальню переберёмся?..

Светлана

— Я впервые в жизни завтракаю отбивной с картошкой, шашлыком и салатами с майонезом, — засмеялся Давид. — Мне определённо нравятся русские новогодние традиции!..

— Ну, скажем так, эта традиция соблюдается лишь раз в году — первого января, — весело подхватил отец. — В другие дни мы завтракаем, как обычно.

Это было чудесное, душевное, по-настоящему семейное и уютное утро. Светлана переводила взгляд с одного любимого лица на другое. Даже Давид за эти пару дней стал ей практически родным, близким, простым и понятным.

В новогоднюю ночь молодой человек попросил у Светланы прощения.

— Я… заигрался в свою обиду, — честно признал он. — Мне было шестнадцать, когда вы с отцом собрались пожениться. Я тогда всё воспринимал в штыки, и тебя просто возненавидел. За что?.. Дурак. Полжизни в себе это носил. И во имя чего?.. А папа… я никогда не видел его таким счастливым, как с тобой. Прости меня, пожалуйста.

Светлана дружески обняла его за плечи.

— Мне не за что тебя прощать, Давид. От тебя лично я не слышала ни одного грубого слова в свой адрес. Я рада, что все сомнения и недопонимания разрешились. Надеюсь, мы теперь станем чаще видеться. Всегда помни, что наш дом — это твой дом.

Нынешним вечером Давид улетал домой, в Израиль. Наташкин самолёт был завтра. Все бодрились и шутили, но в воздухе уже витало ощущение предстоящей разлуки.

Светлана изо всех уговаривала себя не грустить. Ведь они расстаются не навсегда…

После завтрака молодые люди отправились прогуляться во дворе. Светлана собирала со стола посуду, искоса поглядывая на парочку в окно.

— Тимофей звонил, — сообщила она Даниэлю мимоходом. — Передавал тебе привет. Представляешь, снова приглашал меня сняться в его клипе… Угадаешь, в роли кого?

— Даже предположить боюсь, — улыбнулся Даниэль.

— Снежная королева, — Светлана рассмеялась. — Он делает какое-то ледовое шоу… ищет персонажей в клип для заглавной песни.

— Ну и что смешного? — Даниэль пожал плечами. — По-моему, ты отлично справишься с этой ролью. А музыкальный вкус у Солнцева неплохой…

— Ну какая из меня Снежная королева, Даня? — она всплеснула руками. — В моём-то возрасте!

— А сам Тимофей что сказал?

— Что ему нужна зрелая, красивая, уверенная в себе женщина.

— Льстец, — Даниэль беззлобно усмехнулся. Крепкая искренняя дружба Светланы и популярного певца Тима Солнцева была предметом их вечных шутливых пикировок. — Но я бы на твоём месте не отказывался вот так, сгоряча. Подумай. Мне кажется, это — твоё…

Светлана снова перевела взгляд за окно, где вовсю дурачились Давид с Наташкой. Они кидались снежками, молодой человек таскал девушку на себе, валял её в сугробах, а она со смехом визжала и отбивалась.

— Как ты думаешь, — осторожно спросила Светлана, — реальны ли отношения на расстоянии?.. В смысле… такое в принципе возможно? Или заранее обречено на провал?

— Давид говорил мне вчера, что его друг открывает юридическую фирму в Канаде, — заметил Даниэль как бы между прочим. — Приглашал Давида поработать, если тот решится на переезд.

— Канада? Это же совсем рядом с Америкой! — обрадовалась Светлана, сразу подумав о Наташке. — Как ты думаешь, они будут приезжать друг к другу?

— Не знаю, Ветка. Правда, не знаю. Мне бы очень этого хотелось. Но тут уже мало, что от нас с тобой зависит. Это их жизнь. Их будущее. Пусть уж дальше они — сами…

Не сговариваясь, Светлана с Даниэлем вновь повернулись к окну. Было видно, как Давид, подойдя к Наташке, осторожно счищал снег с её пальто, бережно стряхивал белые хлопья с её волос… Она уставилась на него сияющими глазами. Давид что-то негромко сказал ей, а затем нежно погладил по щеке.

— Они прекрасно смотрятся вместе, — проглотив ком в горле, сказала Светлана. — Мне даже иногда кажется, что это не Наташка с Давидом, а я и ты. Словно со стороны на нас молодых смотрю. Даже страшно…

Даниэль подошёл к жене сзади, обнял за плечи, поцеловал в висок.

— Чего же страшного? У них, молодых, всё только начинается. Как и у нас с тобой когда-то начиналось.

…Они резвились, валялись в снегу, хохотали весело и беззаботно, как дети.

И не было впереди ни разлук, ни предательств, ни потерь, ни афганского плена — ничего…

Только любовь. Много безграничной, всепоглощающей, безусловной любви.

А ещё огромная, долгая, счастливая и бескрайняя, как мировой океан, жизнь.

В самой великой, самой могучей и самой лучшей в мире стране…