Милый, единственный, инопланетный (СИ) - Монакова Юлия - Страница 11

А вот песня с тех самых пор стала для меня напоминаем о нашей первой ночи — где бы я её ни слышала, щёки мои против воли начинали предательски краснеть. Когда же несколько месяцев спустя на экраны вышел фильм “Богемская рапсодия”, это и вовсе приобрело для меня тайный, сакральный смысл — стоило нам с Кариком услышать, как кто-то обсуждает нашумевшее кино, мы многозначительно переглядывались и улыбались, как заговорщики.

___________________________

*“Bohemian Rhapsody” (“Богемная рапсодия”, “Богемская рапсодия”) — песня британской рок-группы “Queen” из альбома “A Night At The Opera”. Написана Фредди Меркьюри в 1975 году и имеет необычную музыкальную форму: её можно разбить на шесть разных по стилю частей, которые не делятся на куплеты и припевы, а представляют отдельные музыкальные направления: оперу и балладу, пение а капелла и хэви-метал.

*“Nothing really matters, nothing really matters to me” — “Ничто на самом деле не важно, ничто для меня не важно” (англ.)

15

НАШИ ДНИ

Илья, сентябрь 2019

Работа действительно всегда успокаивает и притупляет чувство тревожности, придаёт уверенности в себе. Мысль о предстоящей вечеринке в клубе больше не кажется мне ужасной. Точнее, я и вовсе об этом не думаю: на всякий случай ставлю будильник, если вдруг заработаюсь и забуду обо всём, включая обед (со мной это периодически случается), и вскоре на самом деле забываю, погрузившись в написание нового кода и его комментирование*.

Мне совершенно очевидно, что мои коды не нуждаются в подробных комментариях, ведь, как известно, хороший код — это самодокументируемый код**. Однако я не забываю о разнице мышления у таких “инопланетян”, как я, и у земных людей. То, что лично мне кажется ясным, у других программистов часто вызывает растерянность и недоумение. Они могут часами сидеть над тем, что я написал, но так ни в чём и не разобраться. Мы можем высказывать абсолютно противоположные мнения по поводу корректности и чистоты одного и того же кода, однако руководство “Google Россия” доверяет мне и ценит то, что я делаю.

Многие интересуются, как мне удалось устроиться на эту работу, и выражают безмерное удивление, когда я честно отвечаю: изучил вакансии на официальном сайте, подал заявку онлайн, мне позвонили, пригласили на собеседование, я его прошёл. Всё! Что тут сложного или непонятного?

Да, отправляясь на интервью, я не забывал тот факт, что в реальности обычно произвожу на незнакомых людей менее благоприятное впечатление, чем при виртуальном общении. Помню, в детстве мама иногда просто совала мне блокнот с ручкой и просила сформулировать мысль в письменном виде, это помогало ей лучше понять меня, отбросив эмоции, и избежать многих конфликтных моментов и спорных ситуаций. Когда я пишу то, что думаю, я более убедителен, чем когда говорю. И всё-таки, собираясь на встречу с работодателем, я был уверен в успехе и в своих силах.

Поначалу ко мне предсказуемо отнеслись с изрядной долей настороженности, но это не стало для меня сюрпризом, я давно привык, что моя манера общения многим кажется странной. К примеру, я не могу смотреть в глаза тому, с кем общаюсь, а, как разъяснил мне однажды Рус, человек, избегающий прямого взгляда собеседника, имеет нечистые помыслы или что-то скрывает.

Нет, я абсолютно ничего не скрываю, но поддерживать контакт глазами не могу до тошноты, до нервного тика, это совершенно неописуемое ощущение. И это не просто интроверсия или робость на психологическом уровне, мне приходится ломать себя буквально физически, до полного упадка сил и перегорания. Если я всё-таки заставлю себя смотреть в глаза собеседнику — внутренних ресурсов на то, чтобы слушать, что он говорит и, тем более, поддерживать беседу, мне точно не хватит. Все силы уйдут просто на то, чтобы выдержать чужой взгляд.

Одним из кошмаров детства стала воспитательница в саду, которая заставляла меня смотреть в глаза. Буквально — хватала цепкими крючковатыми пальцами за подбородок, жёстко разворачивала моё лицо к себе и не давала отвести взгляд или опустить голову, несмотря на мои слёзы и протесты. Это было ужасно.

— В глаза! В глаза мне смотри, паскудник мелкий! Куда?! Ты слабоумный, что ли? Чего отворачиваешься? В глаза, я сказала! Да ты что, обоссался? Вот паршивец, вот говнюк…

Мне было три года, и да — я писался в штаны от ужаса и её криков, трясся и пытался зажать руками уши, зажмуриться, испариться…

Приходя вечером забрать меня из детского сада, мама присаживалась передо мной на корточки и каждый раз спрашивала одно и то же:

— Илюша, сыночек, ну почему опять штанишки мокрые? Ты ведь уже большой мальчик…

Вероятно, она бывала очень расстроена в такие моменты.

Воспитательница сказала ей однажды:

— Вы бы показали ребёнка специалистам. Он сильно отстаёт в развитии от сверстников.

— Отстаёт?! Да Илья собирает пазлы быстрее всех в группе, а из конструктора строит невероятные вещи, не каждый взрослый так сможет! А ещё он знает алфавит, и у него огромный словарный запас для трёхлетки!

— Возможно, но его поведение… порою, уж простите, оно совершенно неадекватное. Он устраивает истерики и пугает других детей, безобразно кричит, плачет без причины, бьёт себя или дёргает за волосы, падает на пол… вы слишком его избаловали.

— Это не избалованность, — возразила мама. — Он никогда ничего не делает просто так, “без причины”, просто это нелегко понять. Он другой, понимаете? А не отсталый или неадекватный. Ко многому из того, что задевает нас с вами, он относится абсолютно спокойно. И наоборот — то, что нам безразлично и привычно, он может вопринимать очень тяжело. У него просто иные реакции, понимаете?..

— Вот поэтому и нужен хороший врач, — отозвалась воспитательница. — Чтобы сделать его реакции нормальными. Как у всех.

___________________________

*Код в программировании — это специальный текст, состоящий из набора пошаговых инструкций. Компьютер считывает код, который сообщает ему, какие операции следует выполнить с данными. Комментарии к коду предназначены для тех, кто в будущем станет использовать исходный код, созданный программистом, но вряд ли сможет понять или прочитать его самостоятельно.

**“Хороший код — это самодокументируемый код” — расхожая фраза в среде компьютерщиков, означающая, что в теории код настоящего профессионала должен быть настолько ясен и удобочитаем, что ни в каком комментировании просто не нуждается. На практике же нужда в комментариях есть всегда, однако определённые техники программирования делают код яснее, что упрощает его понимание и помогает улучшить архитектуру всей программы.

16

Рассказать о своём внутреннем состоянии и объяснить мучения, которые причиняют мне походы в детский сад, я не мог, а выражать мысли в письменной форме тогда ещё не научился. Однако это не мешало мне устраивать бунты: я протестовал против ежедневных походов в садик всеми доступными мне методами. К примеру, по утрам, когда мама будила меня, я просто не реагировал. Она могла делать со мной что угодно: тормошить, встряхивать, уговаривать, ругать — я совершенно расслаблял все мышцы своего тела и валился обратно в постель. Если мама пыталась меня посадить — я тут же падал обратно. Если она силой вытаскивала меня из кровати и пробовала поставить на ноги — я сваливался на пол и оставался лежать там. Она не могла заставить меня ни умыться, ни поесть, ни одеться, в итоге выполняла все эти манипуляции со мной сама и тащила в детский сад на руках, выговаривая по дороге, что опоздает из-за меня на работу и у неё будут большие неприятности.

— Да что с тобой, сынок? — спрашивала она без конца. — Зачем ты всё это делаешь? У тебя что-нибудь болит?