Десять месяцев (не)любви (СИ) - Монакова Юлия - Страница 45

С Марком у них всё было… неплохо. Их отношения перешли на новый уровень. Она ужасно боялась сглазить, но ей абсолютно не в чем было его упрекнуть. Единственное "но": Марк так ни разу и не сказал ей, что любит. Но Илона убедила себя, что слова — не главное, главное — поступки. Они ведь вдвоём, они — пара, между ними всё хорошо? Значит, и грустить не о чем.

Правда, иногда лёгкая печаль всё же овладевала ею ненадолго, но это не было связано с Марком. Скорее уж, её собственные заморочки и самокопания…

В университете всё тоже было спокойно. Правда, всякий раз, когда Илона вела занятия у второго курса журналистов, она ловила себя на том, что входит в аудиторию и машинально ищет взглядом Рыбалко.

Разумеется, Кирилла там не было, не могло быть — и его место пустовало, словно никто из однокурсников больше не решался его занять. Катя Таряник теперь сидела вместе с Ольгой Земляникиной, девушки стали настоящими подругами. Расспросить бы о судьбе Рыбалко кого-нибудь, ту же Таряник, или Сергея Петренко… но всё не представлялось случая. Да и неловко как-то: что за дело может быть преподавательнице до экс-студента? Но Илона всей душой надеялась, что у него всё хорошо. Глупый, порывистый, искренний и замечательный мальчишка, как же она хотела, чтобы он был счастлив по-настоящему…

В середине месяца состоялся гала-концерт финалистов фестиваля "СтудОсень", но Илона на представление не пошла. Ещё слишком живы были воспоминания о дуэтной песне Кирилла и Кати. Если бы Рыбалко не отчислили, в этот раз он снова вышел бы на сцену, и опять рвал бы душу зрителям своим пронзительным исполнением… Как же нелепо, как неправильно и подло — то, что его отчислили!..

В двадцатых числах декабря в город приехала известная московская журналистка Анастасия Безрукова*. Билеты на встречу с ней разлетелись, как горячие пирожки: она была в достаточной степени раскрученной персоной, чтобы её узнавали в лицо даже в провинции. Популярная блогерша, кино- и театральный критик, руководитель пресс-службы кинокомпании "Российская мелодрама", Анастасия часто мелькала в светской хронике и на телевидении, водила знакомства со многими звёздами шоу-бизнеса и, к тому же, была удивительной красавицей. Несмотря на то, что она вела жизнь истинной светской львицы, никто и никогда не рисковал её так называть: она была слишком умна и слишком талантлива для этого пошловатого банального определения.

Всеми правдами и неправдами заведующей кафедрой журналистики удалось договориться с Безруковой о том, что она проведёт дополнительную творческую встречу со студентами прямо в университете. Разумеется, на это мероприятие тоже нужно было купить билет, но сумму выставили весьма символическую и вполне приемлемую для бедных студентов.

Илона читала статьи Анастасии: у неё действительно было бойкое и острое перо, лёгкий запоминающийся слог и способность разговорить даже самого необщительного собеседника. Очень любопытно было взглянуть на столичную знаменитость "вживую".

Все пять курсов журналистов согнали в конференц-зал. Встреча должна была проходить в неформальной обстановке: студенты задают вопросы, Безрукова отвечает. Разумеется, зал был переполнен до отказа.

Перед началом мероприятия Симагина торжественно провела Анастасию по коридорам университета едва ли не под ручку, попутно знакомя с преподавательским составом, встречающимся на пути. Анастасия оказалась общительной, яркой, очень живой и в самом деле невероятно красивой. Илона даже немного позавидовала: ведь журналистке было где-то около сорока лет, а выглядела она почти как студентка.

И тут вдруг случилось непредвиденное…

Когда вежливо-блуждающий взгляд Безруковой случайно наткнулся на лицо Громова в череде других незнакомых физиономий, она даже приоткрыла в удивлении рот, точно не верила своим глазам.

— Марк?! — громко воскликнула она. — Боже мой, это ты?

___________________________

*Анастасия (Ася) Безрукова — главная героиня романов "Три девицы под окном" и "Над студёной водой"

Никто ещё не успел толком понять, что произошло, а журналистка уже бросилась к Марку с типичной московской непосредственностью, с которой в тамошнем свете приветствуют всех, даже малознакомых людей. Впрочем, в порыве Анастасии Безруковой не было показухи — походило на то, что она действительно искренне рада встрече с доцентом Громовым.

Марк приобнял её за плечи, поцеловал в щёку.

— Здравствуй, Ася.

— "Здравствуй, Ася"?! — ехидно передразнила его она. — Что ты, чёрт возьми, здесь делаешь?!

— Работаю, — он пожал плечами. Однако эта его уклончивость могла охладить и смутить кого угодно, но только не опытную столичную журналистку.

— И какого хрена, прости, ты вдруг работаешь здесь, а не в Питере?!

— Я тоже ужасно рад тебя видеть, — улыбнулся Марк. Анастасия закатила глаза.

— Ты невыносим!.. Мистер Загадочность и Неприступность.

Однако, внезапно разглядев что-то в его лице, она снизила градус иронии и посерьёзнела.

— Как ты? — обеспокоенно спросила Безрукова. — У тебя всё хорошо?.. Слушай, у меня сейчас встреча со студентами, давай после пересечёмся, если ты не занят? Очень хочется поболтать с тобой… обо всём.

— Я не против, — кивнул Марк. — К тому времени я как раз освобожусь, у меня сейчас тоже встреча со студентами… правда, более официозного характера — буду принимать курсовые у припозднившихся должников, — краешек его рта снова дрогнул в улыбке. Илона, наблюдающая за Марком и Анастасией со стороны, вдруг поняла, что стала всё реже и реже видеть, как он улыбается…

— Поужинаем где-нибудь? — быстро спросила журналистка, доставая из сумочки айфон. — Я же не знаю, где тут у вас вкусно кормят, вот ты и выберешь место. Диктуй свой номер… Жена твоя тоже здесь?

После крошечной паузы Марк отозвался:

— Жены нет. Она, собственно, мне больше не жена. Мы разошлись.

— О, — удивлённо протянула Анастасия. — Жжёшь, парниша…

Тут взгляд её, наконец-то, упал на Илону, всё это время безмолвно стоявшую рядом и деликатно не вмешивающуюся в разговор. Анастасия вопросительно приподняла брови, складывая в уме два и два. Марк опередил её догадки, представив:

— Илона, преподавательница русского языка и моя… подруга.

— О, — повторила Безрукова растерянно, меняясь в лице. Впрочем, она быстро справилась с собой и обворожительно улыбнулась:

— Очень приятно. Вы тогда приходите вместе с Марком, хорошо? Поужинаем, поговорим, познакомимся поближе…

— Ну что вы, Анастасия, это как-то неудобно, — неуверенно отозвалась Илона, понятия не имея, кем эти двое друг другу приходятся и какие их связывают отношения. — Вам, наверное, есть о чём побеседовать без посторонних ушей.

— Совместных секретов у нас с Марком нет, — засмеялась журналистка. — Кстати, зовите меня просто Ася. И если можно, на "ты". Ну всё, я побежала, меня ждут! — спохватилась она, заметив, что Симагина подаёт ей выразительные знаки. — До скорой встречи! — и помахала им обоим напоследок.

— Мне, пожалуй, не стоит идти с вами, — произнесла Илона, понимая, что её пригласили просто из вежливости. — Я там буду совершенно не к месту, буду вам мешать…

— Ну, что ты, — возразил он, задумчиво провожая Безрукову глазами. — Никак ты нам не помешаешь. Ася общительный и лёгкий человек, но она не стала бы звать тебя, если бы на самом деле этого не хотела.

— А откуда вы знаете друг друга? Я понятия не имела, что вы знакомы…

— Пару лет назад в Питере познакомились, — пояснил он. — Я тогда был консультантом на съёмках исторического фильма, а снимала его кинокомпания, в которой работает Ася.

— Ты был настоящим, официальным консультантом на съёмках? — она взглянула на него с уважением. — Это так интересно!

— Там больше по части языковых тонкостей… чтобы достовернее и ярче передать дух петровской эпохи, — отозвался Марк.