Пламя внутри (СИ) - Невская Виктория - Страница 44

— К даркху! — возмутился раненый второй пилот, но рыжий осадил того острым взглядом.

— Я не смогу долго! Делайте, что говорю!

За моей спиной послышался шорох и щелчок блокиратора. Позади осталось столько жизней… Но сейчас они отрезаны от нас, а, значит, у них есть шанс выжить.

— Что от меня нужно? — вязкую холодную тишину прервал рыжий.

— Не мешать. И выглядеть неаппетитно, — съязвила я.

Закрыть глаза. Отрешиться от всего, что отвлекает. Не трогать тех, кто мне доверился… Трудно, почти невозможно. Не позволять силе управлять мной.

Я резко открыла глаза и оказалась сознанием за пределами бота. Космос, черный, бескрайний, таинственный. Такой прекрасный. Вспышки мигали совсем рядом, пытаясь пробить нашу защиту, и каждую из них я ощущала как выстрел в меня. Чувствовала потерю и страх, но не боль, ее не было. Как не было осознания собственного тела. Я просто потерлась в пространстве, растворилась в нем. Почуяла жизненную силу и метнулась туда, где горели сотни искорок, таких манящих и притягательных.

Адмирал Даниэльсон, сделавший штабом войск Аквилонского Союза линкор «Справедливый» отрешенно взирал на гибнущий крейсер противника. Спасательные боты их интересовали не слишком сильно, однако, он не мог отказать себе в удовольствии отдать приказ на их преследование истребителями. Каждый взорванный бот — минус десяток жизней этих дикарей, возомнивших, что сила и власть сделает из рабов королей. Союз с радостью докажет, что это не так. А при их новом оружии и с новыми возможностями очень скоро Каганат погрузится в хаос.

— Сэр, у нас дефект в защите.

— Что-то серьезное? — слегка обернулся Даниэльсен.

— Мы его устранили. Но я решил доложить.

— Свободен! — со злостью выдохнул адмирал, взирая на молодого лейтенанта, который взбесил своим желанием выслужиться. Выскочка, как и большинство на этом линкоре. Выкормыши старой власти, которая не понимала, насколько ей нужна поддержка аристократии, сосредоточив все внимание на создании военной диктатуры. И что получили взамен? Где оказалась армия, когда убивали ее главнокомандующего? Но теперь все встанет на вои места. Рон Хайльд понимает, в чем его выгода и никогда не позволит безродным занять место рядом с аристократией. Той, старой, которая уже давно чувствовала себя некомфортно в Союзе благодаря неумной политике ее лидера. Теперь же…

Мысли адмирала прервало ощущение острого дискомфорта. Резкая боль кольнула сердце. В глазах потемнело и мужчине показалось, что он заметил рядом с собой тень. Присмотревшись, убедился что ошибся. Но тут же упал на колени, держась за грудь, чувствуя, как его тело словно теряет силы и усыхает. Попытался закричать, прилечь внимание, вызвать помощь, но из его глотки вырвался лишь тихий всхлип. Спустя несколько мгновений полуистлевший скелет адмирала рухнул на пол и рассыпался от удара.

Нижний уровень блока V. Здесь, в специальных условиях содержались самые опасные преступники. Сами стены создавались из материала, который блокировал доступ магии и постепенно обессиливал заключенных. Когда их доставляли в пункт назначения, условия пребывания в тюрьме, плохое питание, пытки, невозможность регенерировать повреждения ослабляло пленников, делая их беззащитными и неопасными для не магов.

От свободы их отделяло несколько ярусов над головой и стены, способные выпить силу любого, кто к ним прикоснется.

Пленники напряглись, услышав в коридоре странный шум. Шорох, падение тела, еще и еще. Затем тихие, заплетающиеся шаги, узнали своего надзирателя. Один раз в сутки тот приносил им воду. И так на протяжении недели

— Жратву принесли, — флегматично заметил самый старший из них. Ему пришлось хуже всего — он получил серьезное ранение еще при захвате, и без того ослабленный организм терял силы и не мог восстановиться. Жидкость поддерживала в них жизнь, но насколько хватит их внутренних резервов?

— Смотри не объешься, — съязвил второй, более молодой, босой и с одних форменных штанах. Их группу захватили во время отбоя, когда он был волонтером в лазарете, отходя от контузии.

Третий молчал, прислушиваясь к нетипичным ля этого места звукам. Кажется, он успел изучить их все за свое слишком долгое пребывание в плену. Шорохи, скрип металла, стон, что издавал сам корабль. Голоса охраны, шум вентиляции. Теперь все было не так. Вентиляция отключилась, воздух, словно замер, а звуки вокруг показались какими-то зловещими. В окне появилось бледное лицо надзирателя. Пленник скривился — кажется, этого урода звали Спок. Его недолюбливали и презирали сослуживцы за злобу и тупость, поэтому всю скопившуюся злость он изливал на подопечных.

— Открывай, — до него донесся… не шепот, не голос, а едва ощутимое дуновение ветерка.

— Пожалуйста! Не нужно, я все сделаю, как вы скажете, только не убивайте! — плаксивый голос Спока, лишенный на этот раз бравады заинтересовал пленников. Но не заставил их поверить в скорейшее освобождение.

— Открывай, — повторил тот же голос. Но уже гораздо настойчивее. В нем послышалась едва уловимая хрипотца, от которой у пленников что-то внутри дрогнуло в первобытном инстинкте, который им говорил об угрозе.

Дверь камеры скрипнула и тяжело отъехала в сторону. На пороге застыл Спок, весь какой-то потускневший. Рядом с ним стояла тонкая изящная фигурка в форменных брюках и выпачканной в крови футболке с шевроном Псов на рукаве. Пленники подскочили, все еще не веря, но отчаянно надеясь. Старший опустил взгляд с ускользающего от внимания лица странной гостьи. Ее было трудно рассмотреть. Точнее, они все втроем замечали ее одежду, обувь, волосы, темные и густые. Но вот лицо было словно подернуто дымкой и будто менялось на их глазах.

— Можете покинуть линкор. У вас на это менее семи минут. Спасательный челнок для персонала над вашим уровнем.

Девушка развернулась и поспешила покинуть коридор. Она двигалась плавно, словно не шла, а летела. И Псам на миг показалось, что это так и есть. Тут же покинули камеру, наткнувшись на умирающего Спока. Тот хрипел, его расширившиеся от ужаса глаза были готовы вылезти из орбит. Надзиратель дернулся, и затих. А затем опустился на пол прахом.

— Пожиратель? — неуверенно предположил самый младший и наткнулся на задумчивый взгляд третьего, самого малоизвестного и скрытного в их компании.

— Дурак, — бросил ему старший и приказал: Вперед! Псы поспешили за своей странной гостьей, которая и не думала их ждать. Она скользила прочь, словно тая. Когда Псы достигли поворота, тусклая фигура исчезла у них на глазах.

Стрелок бесстрастно отслеживал малейшие изменения в реакции задержанного. Младший советник Каганата Йон Фейр лежал перед Псом прикованный к пыточному станку и всем своим видом выражал возмущение. Ровно до тех пор, пока сила Пса не коснулась тела пленника и тот не почувствовал как нечто леденящее пытается проникнуть ему под кожу.

— Не посмеешь, псина! — прошипел советник. Его глаза сузились в узкую щелочку, сделав его похожим на хищного зверька.

— Уже посмел, — холодно улыбнулся Стрелок.

— Ты за это ответишь! Когда в Каганате узнают, что меня похитили и допрашивали, тебе это не сойдет с рук.

— Ты действительно в это веришь? В то, что после твоего предательства, кого-то будет волновать твоя жалкая жизнь?

— Я советник кагана!

— Ты никто. И то, как ты закончишь свою жизнь, зависит лишь от тебя. Быстро и безболезненно, или долго и мучительно. И я постараюсь сделать все, чтобы ты как можно дольше не умер, чтобы прочувствовать всю силу моего гнева.

— Я не хотел, — резко скукожившись и пытаясь отдалиться от нависшего над ним Пса и его силы, выдавил Йон, — он меня вынудил. Я не первый и не последний, кого он заставил на себя работать.

— Имя?

— Дерек. Это все, что я знаю. Он не человек, монстр.

– Как его найти?

— Он дал мне браслет для связи. Когда меня схватили, он взорвался прямо у меня на руке.