Пламя внутри (СИ) - Невская Виктория - Страница 73

— Пусть не подставляются, без нужны. Я выезжаю, — Ансар резко покинул комнату, даже не взглянув на генерала. Старк усмехнулся — они были давними противниками, но вот осязаемая ненависть пролегла между ними только теперь. Отчего бы?

Генерал присоединился к Псу, когда он садился во флип. Короткий полет до линии разграничения военных и мятежников прошел в полной тишине. Они остановились за несколько домов до опасного рубежа и оставшуюся дорогу прошли пешком, и по-прежнему молча.

Она спускалась по воздуху на каменную брусчатку дороги в вихре темного марева, окружавшего ее тело. Марево расширялось, охватывая все больше пространства и, отделяясь от своей носительницы, подбиралось к бегущим в панике людям.

Вокруг нее лежала груда сваленных тел. Мятежники вперемешку с военными.

— Они попытались наброситься на нее, как только она появилась. Непонятно откуда. Наши приборы ничего не зафиксировали. А потом, мы бросились на помощь, думали, что толпа может ее разорвать. А они просто падали от ее взгляда. Снова и снова, — пояснял на ходу встреченный ими командир.

— Мертвы? — глухо спросил генерал, пытаясь рассмотреть искаженную дымкой фигурку.

— Живы. А те, кто очнулся, даже вполне разумны. Хотя до того вцеплялись друг другу в глотки и были готовы убивать всех в подряд. Наших стараемся вытащить первыми, но те, кто попадает под это… воздействие просто отключается. Что нам делать?

— Не вмешиваться. Уводи людей! — распорядился Стрелок, и, уклоняясь от попытки генерала удержать его, бросился вперед. Он видел, как почва вокруг Ромины покрывается трещинами. Редкая зелень, бережно высаживаемая по краям мостовой, вянет и засыхает. Чувствовал, как некая сила, исходящая от девушки совсем недавно приносящая исцеление, словно выпивает все живое из планеты, воздуха, дождя. Бетонные плиты зданий, которые попадали под действия силы крошились и осыпались, оставляя оседающую пыль.

— Стой! — генерал затормозил перед гранью, отделяющей его от покореженного места. Резкий ветер трепал волосы девушки, что находилась в центре этого безумия. Она стояла, обратив мокрое от дождя лицо к небу. С ее волос стекала вода, одежда промокла, облепив хрупкую фигуру.

— Ромина! — неверяще прошептал Старк, испытывая странные и противоречивые эмоции. Узнавание, недоверие, подозрение, осознание того, что подобного просто не бывает. Не ее сила, совсем другая. Мощь, неудержимая, рвущаяся наружу и стремящаяся поглотить все на своем пути. То, что было сравни проклятию Пожирателя, и все же, не оно. Что-то другое, гораздо мощнее и яростнее. У него захватило дух, от силы, что изливалась вокруг, и в то же время он ощущал, как это создание черпает недостающие ресурсы из всего живого, что их окружает.

Сила девушки попыталась наброситься на него, но натолкнувшись на голодную ярость Пожирателя, тут же отступила, оставляя ему разочарование и опустошенность. Она же пришла в бешенство от невозможности подпитаться, и Старк оказался отброшенным с дороги, тяжело падая рядом с осыпавшейся крошкой кирпичом полуразрушенного здания.

— Роми! — ему вторил шепот Ансара, медленно ступавшего по потрескавшемуся покрытию и продолжившего идти к стоявшей под дождем девушке. Краем глаза уловил порыв генерала последовать за ним, его полет и падение, но продолжал двигаться в цели. Она его не видела, не слышала его голоса, но ощущала движущийся по направлению к ней источник силы. Яркой, теплой, согревающей, к которой достаточно лишь потянуться и взять, чтобы выпить без остатка. Такой вкусной и сладкой.

Она опустила голову, позволяя мокрым волосам облепить ее бледное лицо, и улыбнулась. Взгляд засветился сиянием ночного светила — призрачным, окрашенным в серебро. И Ансар внезапно понял — кто бы сейчас не смотрел на него глазами любимой — это не она. Взгляд пустоты, затягивающей его в бездну. Пес сделал еще шаг и, протянув руку, коснулся щеки Ромины.

— Приди в себя! Вернись ко мне! — девушка, не слыша его голос, инстинктивно потянулась к теплоте его ладони, и потерлась об нее холодной влажной щекой.

— Ансар, нет! Она обессилена! Она тебя выпьет! — до него донесся голос генерала, но он, не обращая на него внимания, преодолел разделявшее его с девушкой расстояние, вплотную прижимаясь к ее окоченевшему телу. Усилившийся дождь окутывал их тела, он ощутил, как сила Ромины потянулась к нему. Он обнял ее, чтобы ей было легче согреться, сжал ладонь, переплетя их пальцы.

— Роми! — шепнул он в ее приоткрытые губы, — ты мне нужна!

И склонился к ее лицу, прижимаясь губами к ледяным губам, словно вдыхая, в них тепло, жизнь, силу. Отдавая всего себя без остатка, внутренне торжествуя от того, что чувствует, как ее тело наполняется его силой и жаром. Услышал ее тихий вздох, и, прервав поцелуй, смог наблюдать, как медленно ее глаза наполняются сознанием. Она была открыта сейчас перед ним — ее разум, чувства. Дыхание, сердце — общее, одно на двоих.

Воспоминания… Цепь событий, приведших ее сюда. Страх потерять его… их. Укол болезненной глупой ревности, когда он увидел ее рыдающей над трупом генерала. Безжизненные, покалеченные тела в Храме, собственное тело, искаженное мукой изуродованное лицо. Слезы любимой женщины, приносящие последнее утешение — он ей небезразличен! Осознание того, что умирает, а она остается там, в проклятом Храме, среди врагов, совершенно одна и беззащитна. Неожиданный помощник, приведший ее сюда, к нему, с неведомой целью, но такой подозрительный и ненавистный. Бессильная ярость, зарождающаяся внутри, та самая, что сильнее смерти, жизни и здравого смысла. И стремление — защитить, сберечь. Уничтожить всех, кто спланировал все это, упиваясь своей исключительностью, силой и безнаказанностью.

Он вынырнул из ее воспоминаний, понимая, что уже никогда не будет прежним. Что частичка того, другого Ансара, память о котором бережно хранила Роми, слилась с его сознанием, став его частью. Их общая боль, потеря, ненависть и желание удержать, сберечь любой ценой. Только что он видел свою смерть. Одну из возможных вариаций развития событий, которую эта женщина стремилась изменить. Разрушая собственную жизнь, рискуя всем поспорить с судьбой.

— О, Высшие! Это все я натворила? — его внимание привлек обреченный шепот Роми, которую он так и не выпустил из объятий.

— Они живы, слышишь? Ты их спасла! Город эвакуирован. Здесь были мятежники, которыми завладело безумие, — Ансар обхватил ладонями ее лицо, заставляя смотреть только на себя. Чтобы она не увидела того, что могла бы натворить едва не вышедшая из-под контроля сила.

— Но едва не убила! — в тоне послышались нотки истерики. Девушка была в ужасе, и Ансар понимал, что нового срыва она просто не вынесет.

— Ты должна прийти в себя и восстановиться, — настойчиво отвлекая ее от плохих, мыслей, Пес бережно поцеловал Роми в уголок губ, — все остальное подождет.

— Но Менга! Они запустили вирус!

— Я отправлю туда людей с орбиты. Там быстро восстановят порядок. Поверь, мы справимся. А тебе нужен отдых.

— Мне нужен отдых, — обреченно повторила Роми, когда во второй раз не смогла высвободиться из объятий Стрелка и открыть переход. Сила спала, все чувства, словно замерли, оставляя ее ошеломленной, разбитой и уставшей, — я хочу домой. Пожалуйста! Отвези меня в мой дом на Сантире!

— Там пусто. Никого нет, — напомнил Ансар.

— Все равно. Мне это нужно, — она задрожала под усиливающимся дождем, накинула на голову капюшон и приняла руку Пса, — к тому же, сейчас мне нужно быть подальше от живых людей. Не хочется снова испытывать искушение сделать их мертвыми.

Через час мы подлетали к моему дому. Не моему… Но это единственное место, где я чувствовала себя счастливой, защищенной и спокойной. Мне было здесь хорошо, и что-то внутри меня сюда тянуло.

Я позволила Ансару закрыть дверь и медленно поднялась по лестнице, поглаживая пальцами перила, чувствуя каждую щербинку, находя новые неровности. Словно прощаясь с детством, радостью, жизнью.