Чертова ведьма - Вайс Лора - Страница 43

— Извини, но я его не контролирую, он сам.

— Вот как? — ловлю этого удава и медленно веду по хвосту, подбираясь все ближе к основанию, отчего Герон зажмуривается, начинает дышать чуть ли не собачкой, его лоб покрывается испариной. Обалдеть!

— Кейна, — с силой прижимает меня к себе, — у нас хвост — зона эрогенная. Прошу, если не хочешь, чтобы я сейчас схватил тебя и затащил в чулан, перестань это делать.

— Ой, прости, — сразу отпускаю. Кто бы знал…

А Герон аж громко выдыхает.

— И когда праздник? — надо быстренько перенаправить его мысли в безопасное для меня русло.

— Через два дня. Кстати, праздник продлится неделю. За это время я планирую показать тебе Ксантипп во всем его великолепии, а еще планирую украсть твое сердце.

— Тоже за неделю? — снова ловлю его хвост и начинаю нервно дергать за лохматый кончик.

— Было бы здорово, но там как пойдет, — накрывает мои руки своими. — Эта метелка, как ты ее называешь, своего рода наша гордость, поэтому осторожней.

— Пожалуй, займусь-ка завтраком. А тебе не пора собираться на работу?

— Пора. Но я вернусь в обед, если ты решишь посетить консульство.

— Да, хорошо.

— Отлично, — а отпускать не собирается.

— И-и-и? Может, позволишь мне похозяйничать на твоей шикарной новой кухне?

— Конечно. Мне бы пару бутербродов и кофе.

После чего все-таки удаляется. А я, видимо, окончательно спятила. Мама была бы в шоке, узнав, с кем ее дочь решила закрутить роман. Почему-то она очень не любила смежный мир, хотя родилась в нем, выросла, и родители у нее были очень даже любящие, к тому же порядочные и уважаемые. Но мама предпочла полностью разорвать со всеми отношения.

За мыслями о прошлом, настоящем и чуточку будущем успеваю приготовить творожную запеканку, пшенную кашу и поджарить гренки. И когда Адам возвращается, причем с детьми, его ждет полноценный завтрак, а не какие-то там бутерброды.

— Ого, — смотрит на свои объемные порции. — Не многовато ли?

— Тебе в самый раз, а вам, — усаживаю пока еще сонную детвору за стол, — будет то же самое, но поменьше.

Первые минут пять Отис с большим недоверием косится на запеканку, тычет в нее вилкой, принюхивается, выковыривает изюм, но глядя на то, как его отец и Настя с аппетитом уминают свои куски, таки пробует, после чего в считанные минуты опустошает тарелки.

А когда Адам встает и уже собирается на выход, чертенок очень быстро его останавливает:

— А тарелки убрать? — собирает свои стопкой.

— Что? — оборачивается тот. — Тарелки?

— Угу.

Я тем временем молча наблюдаю за происходящим. Ну, какой умный ребенок, Адаму есть чему поучиться у сына. В итоге глава семейства возвращается, собирает тарелки и несет в раковину.

— Спасибо, господин комиссар, — сияю улыбкой, — вы очень обучаемый черт, это радует.

— Будьте готовы к обеду, я приеду за вами, — подмигивает мне.

Спустя минут пять за ним закрывается дверь.

— Что ж, — поднимаюсь со своего места, — сейчас у вас есть немного времени, чтобы поиграть, а потом у нас будут занятия.

— Какие занятия? — дергает ушами Отис.

— Учебные. Будем писать, считать и читать.

— Не-е-ет, — плюхается чертенок обратно на стул.

— Да-а-а. Между прочим, ты отлично читаешь и мог бы, например, помочь Насте, научить ее читать так же хорошо.

— Ладно, — сразу оживляется. — Если надо научить, научу. Но сначала в прятки! — вскакивает.

— В прятки! — подпрыгивает следом моя дочь.

— Но помните, в котельную ни ногой, там демоны! — успеваю крикнуть им в спину.

А я, пожалуй, пойду осмотрю свою мастерскую.

Адам

Кажется, я на верном пути. И если не буду сворачивать, приду прямиком к сердцу ведьмы. Никакие преграды мне не страшны, главное, не сворачивать.

За этот ее взгляд, каким она смотрела на меня вчера ночью и сегодня утром, и умереть не жалко. Но умирать я не собираюсь, у меня слишком много планов, слишком много желаний. Хочу быть примером для детей, хочу стать идеалом для Кейны. А сейчас мне бы побыть идеальным и примерным комиссаром.

На работе первым делом вызываю на доклад своих следователей, начальников оперативных групп и, конечно же, лаборантов. Заодно и Геделя приглашаю, который так удачно обнаруживается в комиссариате. Зачастил товарищ некромант в мою обитель, однозначно зачастил.

— Итак, — поднимаюсь со стула, — каковы результаты за неделю?

— Господин комиссар, — кивает главный следователь варлок Леоф, — смею признать, данных по-прежнему мало. Мы узнали, что наш душитель — сильный варлок, он, скорее всего, обитает в двух мирах и явно выбирает не случайных жертв. Между ними есть определенная связь.

— Вот с этого места поподробнее.

Тут уже подключается Гедель, который на меня почему-то смотрит, точно язвенник на редьку. Очень странно.

— Мы еще раз проверили жертв. Пришлось эксгумировать тела и восстанавливать их. Но не суть. В общем, выходит, что наш клиент выбирает тех, кто каким-либо образом связан с темными практиками.

— То есть?

— Не тормози, Герон, — чуть ли не скрипит зубами, — маньяк убивает ведьм или полуведьм, которые практикуют темную магию с жертвоприношениями. У всех убитых им женщин под ногтями обнаружен пепел бируса, или могильника бурого, главное растение, с которого начинается любой черный ритуал. Как судмедэксперты вашей богадельни этого не обнаружили год назад — не знаю.

— Я что-то не пойму твоего настроя, Арон. — Какого хрена этот белобрысый мертвячник себе позволяет? — Ты находишься на моем участке, потому что я дал на это согласие, так что засунь свои бабские перепады настроения глубоко в задницу и соблюдай субординацию. У себя в институте на благородных девиц будешь зубами скрежетать, а здесь ты подчиняешься мне.

— Уж кому-кому, — нагло ухмыляется этот гад, — а тебе я точно не подчиняюсь. Я здесь по требованию де Брока, если ты не забыл. И за неделю я сделал больше, чем весь твой детсад за два года.

— Господин комиссар, — поднимается второй следователь Нильс, — если этот блондинистый не заткнется, я ему врежу.

— А мы поможем, — уставились на него остальные. — Охренел некромант.

— Все, успокоились! Обменялись комплиментами и хватит, работаем дальше, — но я еще поговорю с поганцем. Права была Риша, вот же плесень лабораторная. — Так, какие предположения, почему именно эти ведьмы? Какие мотивы могут быть у душителя?

— Какие угодно, — вступает Леоф. — Можно было бы подумать, что он проводит свои собственные ритуалы, но нет. Во-первых, всегда оставляет тела, во-вторых, связи между местами, где их обнаружили, никакой. Как и время убийств ни о чем не говорит.

— Связи между жертвами тоже никакой, кроме, как выяснилось, общего интереса к темной магии, — рассматриваю фото убитых.

— Значит, что-то личное, — снова подает голос некромант.

— И найти мы его не можем, потому что он скачет между мирами. Запроси информацию у наших коллег из мира людей. Есть ли у них похожие случаи.

— Есть, — кивает Корсак. — Свяжемся, узнаем.

— Ладно, работаем дальше, а ты, — смотрю на раздраженного донельзя Геделя, — в мой кабинет.

— С радостью, — устремляется за мной следом.

Какого беса происходит с этим выскочкой?

В кабинете оказываемся через пару минут. Я преспокойно сажусь в свое кресло, а некромант все стоит, сопит, глаза щурит.

— Что с тобой стряслось, Гедель? Ты чего творишь?

— Со мной все в порядке, — отвечает на выдохе и очень старается взять себя в руки. — Меня волнует судьба несостоявшейся жертвы душителя.

— Риши?

— Да. Савьерри тоже любительница нестандартных ритуалов. И если он ее не тронул сейчас, не значит, что не тронет потом. К тому же у тебя с ней связь, а душитель уже прислал тебе весточку. И только конченый дебил не поймет, что все, кто тебе дорог, находятся сейчас в серьезной опасности. Меня удивляет столь наплевательское отношение к Савьерри. Как ты так вообще можешь?