Навеки, ангел (ЛП) - Киллу-Вальден Хизер - Страница 7

Дом принадлежал хирургу, работавшему в маленьком городке в Техасе. Однако в данный момент доктора не было в городе, и Самаэль «позаимствовал» дом. Ему нужна была резиденция в городе, и этой вполне хватило.

Здесь была Элеонора Грейнджер. И Сэму предстояло много работы.

Но даже когда он попытался отогнать свои тревожные мысли и сосредоточиться на юной архессе, то обнаружил, что его внимание приковано… к женщине, чье лицо он не мог видеть, но чье присутствие преследовало его каждую минуту сна и долго задерживалось в дневные часы. В этом последнем сне было что-то еще, что-то, чего он не мог вспомнить. Но Самаэль помнил ту ревность, которая захлестнула его.

Это чувство было не совсем нормально для него. На самом деле он никогда не ревновал. К чему ему было ревновать? Он мог бы получить все, чего захочет, и ЕСЛИ бы захотел. И все же это чувство пронеслось по его венам, словно лезвие бритвы. Он проснулся, увидев красное. Теперь он это вспомнил. Он видел красное… и чувствовал запах дождя.

Сэм раздраженно провел рукой по пепельно-русым волосам и крепко зажмурился. Весь мир ждал его. У него был план, и он должен довести его до конца, невзирая на безликих женщин и ревнивые кошмары. Ему нужно сосредоточиться.

У альтер эго Самаэля, Сэмюэля Ламбента, было свидание с судьбой — и ее звали Элеонора. При тщательном планировании и небольшой удаче он возьмет Грейнджер под свое крыло в течение двух недель. И четверо любимчиков Старца будут страдать так, как они и представить себе не могли. ****

Энджел прислонилась к стене переулка, капюшон ее толстовки на молнии был низко надвинут на голову. Она немного устала. Это был длинный день, и в последнее время она целыми днями пыталась наверстать упущенное, так как большая часть того, что должна была сделать, происходило ночью. В то утро она объездила всю страну, пытаясь хоть как-то повлиять на тенденцию «отправиться в ад на блюдечке», которая в последнее время охватила весь мир. Ей удалось кое-что сделать, но, как всегда, этого оказалось недостаточно. Этого никогда, никогда не будет достаточно.

Теперь ее карие глаза изучали толпу людей на другой стороне улицы, пока не остановились на женщине, которую она искала. Энджел знала, что она будет в этом самом месте в это самое время.

Молодая женщина была высокой, с длинными золотистыми волосами, спускавшимися до попы, и пока Энджел наблюдала, она быстро натянула зеркальные солнцезащитные очки на глаза, которые напоминали подсвеченный мед. Или солнечный свет.

— Точно по расписанию, — прошептала Энджел, наблюдая, как девушка осторожно переходит улицу, пересекающую университетский городок. Кампус Беркли был переполнен, несмотря на относительно поздний час. Университет проводил день открытых дверей для студентов, которые могли бы поступить в него, начиная с января. В таких случаях корпуса университета оставались открытыми намного дольше своих обычных часов. Солнце клонилось к закату, а кампус все еще был переполнен старшеклассниками и преуспевающими учениками — и одной архессой.

Энджел молча наблюдала, как золотоволосая архесса торопливо пересекла лужайку и направилась к тротуару на другой стороне. В руках она держала папку с документами и улыбалась. Она, казалось, не имела ни малейшего представления о том, какую картину собой представляла, пересекая кампус. Казалось, она почти светится.

Мужчины и женщины останавливались, чтобы поглазеть на нее, но она не замечала их. Все ее внимание было поглощено мыслями, скорее всего тем, о чем она только что узнала в приемной комиссии. Энджел понимала, что это такое. Архессу только что приняли на стипендиальную хореографическую программу в Беркли.

Энджел провела небольшое исследование об архессе, как она всегда делала с этими драгоценными, незаменимыми женщинами. Как и Элеонора Грейнджер, эта архесса понятия не имела о том, кто она такая и какую важную роль ей предстоит сыграть в самом ближайшем будущем. Вдобавок к ее незнанию, эта конкретная архесса еще не развила ни одной из своих способностей. Энджел не была уверена, почему так случилось, но не была удивлена. Каждая девушка была похожа в чем-то и чем-то решительно отличалась.

Сознавала свою важность или нет, но одного факта, что она, казалось, околдовывала всех, мимо кого проходила, достаточно, чтобы отделить ее от остального человечества. Она была невольным маяком, а мир с каждой секундой становился все более опасным. Вот почему Энджел была здесь.

Золотоволосая архесса побежала к ближайшей автобусной остановке, едва успев догнать канатный трамвай, прежде чем тот тронулся, и продолжила свой путь. Энджел приготовилась войти в толпу и последовать за ней — пока чье-то присутствие не заполнило воздух вокруг, а позади нее в переулке раздались шаги.

— Ну и ну, — послышался незнакомый голос.

Она не узнала говорившего, но ей знакомо это ощущение. Сила, исходившая от незнакомца, наполнена запахом ладана и ночи, а также тем, что Энджел привыкла считать запахом снов. Кроме того, это было явно сексуально. Ее кожа приятно порозовела, соски затвердели, а тело немного отяжелело.

Это была визитная карточка Кошмара.

Энджел медленно повернулась лицом к инкубу, каждый мускул ее тела готовился к сверхъестественной схватке. Как только она это сделала, то подняла свои ментальные щиты, сразу же подумав об архессе и ее защите.

— Что это у нас тут? — спросил незнакомец, улыбаясь беззастенчиво злой улыбкой. Он был высок, но не так, как его король. Каштановые волосы всклокочены, и он был одет в джинсы и обтягивающую голубую футболку, которая подходила к его глазам и облегала верхнюю часть тела, как перчатка. Для смертной женщины он был бы, мягко говоря, соблазнителен. Но у Энджел имелись предложения и получше. И она вовсе не была смертной.

— Уходи, Кошмар. Больше я тебе ничего не скажу, — предупредила она, не желая тратить время на фальшивые любезности. Он был здесь, чтобы соблазнить ее и вышибить ей мозги. Ее это не интересовало, и она очень сомневалась, что его король оценит такое внимание, когда дело касается ее. Если уж на то пошло, приказ свалить мог попросту спасти этому чудику жизнь.

Инкуб остановился в переулке, на его лице одновременно отразились замешательство и удивление. — Ты не человек, — просто сказал он. Только нечеловек назвал бы его Кошмаром. На самом деле, только нечеловек мог узнать с первого взгляда, кем он был на самом деле. — Кто ты? — спросил он, а затем все очарование исчезло.

— Это абсолютно не твое дело, — прямо предупредила его Энджел. После встречи с королем Кошмаров она несколько раз меняла свои глаза, кожу и волосы, как будто чем больше изменяла их, тем больше слоев маскировки могла накинуть на свою истинную форму. В данный момент у нее были прямые каштановые волосы до плеч, карие глаза и бледная кожа, которую она прятала под длинными рукавами и джинсами. Она приложила дополнительные усилия, чтобы сделать карие глаза тусклыми, а волосы мышиного цвета. Но знала, что это притворство. Кошмар мог увидеть это в мгновение ока.

— Неужели? — недоверчиво спросил он. И сделал медленный, угрожающий шаг в ее сторону. — Красивая сердитая женщина, которая, очевидно, обладает некоторой властью, обнаружена в переулке завернутой в одежду, достаточную, чтобы мумифицировать трех египетских царей, и ты не думаешь, что я захочу узнать почему?

— О, я думаю, ты хочешь знать, — проговорила Энджел, посылая ментальные щупальца своей магии и готовясь к разрушению. — Я сказала, что это не твое дело. — С этими словами она выпустила заряд своей силы, целеустремленно посылая его в кирпичную стену позади инкуба.

Кошмар пригнулся и заслонил лицо, когда осколки красного кирпича полетели во все стороны и ударились о землю, рассыпавшись по цементу. Из отверстия в стене поднимался дым.

К счастью, шум не был слишком громким — словно большой камень ударился о скалу. В противном случае студенты, слоняющиеся по переулку, могли бы проявить интерес. По потрясенному, но крайне заинтригованному выражению лица инкуба Энджел поняла, что ее предупреждение не произвело того эффекта, на который она надеялась