Выжить - Селютин Алексей Викторович - Страница 49

- Ну, хорошо, - спокойно произнесла она. - Тогда в другой раз... Надеюсь, скоро, - она опять хихикнула и на цыпочках принялась пробираться меж спящих рядов. Носком ноги абсолютно невежливо растолкала парня лет 25-ти и что-то ему коротко шепнула. Пару раз подёргала за рукав рубахи, подгоняя, и направилась в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Парень встряхнул головой, прогоняя сон, а затем словно встрепенулся и торопливо отправился за ней.

- Ну и ну, - повернулся я к своему единственному слушателю - к котёнку. - Как у них тут всё просто. Дикари-с... Хотя... Хотя может так и надо поступать, когда моральные принципы уже стали атавизмом. Ведь зачем им следовать, если конец неизбежен? - философски изрёк я.

Котёнок не поддержал беседу и лишь недовольно мяукнул. В отличие от меня, он старался заснуть. Но если раньше у него это получалось моментально, то сегодня дело не шло.

- Ладно, ладно, извини, карапуз, - усмехнулся я и погладил его по спине. - Для тебя сегодняшний день не менее шокирующий, чем для меня. Спи давай.

Но эта ушастая зараза считала по-другому. Он недовольно поднялся и впился в меня жёлтыми глазами. Стоило мне лишь на секунду пересечься с ним взглядом, я сразу поплыл. Глупо заулыбался и почувствовал невероятную лёгкость. Опустил голову на подушку и постарался вырваться из этого плена, так как мне было ещё над чем поразмыслить. Но Уилсон не отпускал. Он даже запрыгнул мне на грудь для уверенности, что всё пройдёт, как задумано.

- Плохой матан! Плохой, - еле шевеля языком, сказал я и почувствовал, как проваливаюсь в пропасть. Или улетаю в облака. Я так и не понял вверх я лечу, или вниз падаю. Но прежде чем вырубиться, со всей отчётливостью успел осознать, что теперь для меня начинается новая жизнь.

Часть 2. Глава 4.

И эта новая жизнь затянула меня с головой. Закружила и погрузила в пучину ежедневной рутины.

Следующим утром все встали очень рано. Едва только солнце вышло из-за горизонта. Уилсон исчез в лесу как только отворились двери общей избы, а я почти полдня провёл рядом с Джоном, словно преданная собачка. Он таскал меня за собой по всему лагерю, объяснял кто чем занимается и пытался найти применение. Рыбаком мне стать не удалось, так как я не справился с самодельным удилищем и упустил три поклёвки подряд. Феилин не взял меня в охотники и заявил, что я хожу по лесу громче, чем Морванд. А кузнец Морванд был мужиком героических размеров. Учеником кожевника я тоже не стал, потому что Кервин первым делом хотел раскроить мои кроссовки, чтобы выяснить, как они сшиваются. Я категорически отказался это делать, даже несмотря на просьбу Джона. Он сказал, что в этом мире с хорошей обувью огромные проблемы. Не хватает не только качественного материала, но и умелых мастеров. Но я не захотел помочь стать более умелым Кервину. Я в своих "адидасах" отмотал многие километры и совершенно не желал ими жертвовать во имя учёбы.

Затем Джон отвёл меня к кузнецу, но работать с мехами при невероятном жаре было выше моих сил. Я ни черта не смыслил в ковке и не хотел этому обучаться. Это была не моя история. Тогда мы направились в чащу и вышли к небольшому полю - 10 соток на мой глаз. Колосившийся зелёный ячмень вызвал у меня ностальгическую улыбку, но добродушный Дагнар сказал, что пора убирать, ещё не пришла. Я ходил по полю в его сопровождении и гладил колосья, а он печально рассказывал, что хотел засадить поле побольше, да, к сожалению, у дровосеков не хватает сил объять необъятное. Им приходится деревья валить для того, чтобы, наконец, закончить строительство сарая и для того, чтобы запасти дрова. Да и вторую лодку завершить бы не мешало, ведь одной не хватает даже для рыбалки, не говоря уже про плавания ради удовольствия. Так что расширить поле никак не получалось.

И именно тогда мы поняли, в чём моё призвание. Я выслушал беднягу Дагнара, задумался на мгновение, посмотрел на левую ладонь и до меня дошло. Единственное кем я могу быть, чтобы приносить этим людям максимальную пользу - быть дровосеком. Потому что мне для этого не нужен ни топор, ни пила. Мне даже не нужно прикладывать особых усилий. И не нужно обладать какими-либо знаниями, ведь ими я всё равно не обладал.

Я спросил у Дагнара, где нужно очистить место, подошёл к указанной опушке и активировал щит. Пока он падал на колени и молился, увидев его, я приблизительно прикинул, как буду действовать и одно за другим повалил восемь крупных деревьев. Резал так, чтобы они падали в сторону чащи, а не в сторону поля, и получилось весьма удачно. Деревья падали с жутким хрустом, оставляя после себя лишь обгорелые пеньки, а Джон после того, как перестал довольно улыбаться, убежал звать остальных, чтобы помогли выкорчевать пни.

- Твой дар очень облегчит нам жизнь, аниран Иван, - всё ещё стоя на коленях, восторженно произнёс Дагнар. - Возможно, мы даже успеем расчистить и засеять новое поле. Даже успеем заготовить дров. А может и избу возвести до холодов! Ты сейчас один сделал больше, чем наши дровосеки за треть декады.

- Рад помочь, - сказал я. - Я очень не хочу быть пятым колесом в вашем лагере. Вы меня приютили и всем чем могу, я вам помогу.

- Слова достойны анирана, - уважительно кивнул он густой рыжей шевелюрой. - От наместников богов нам только помощь и нужна, - добавил он затем и улыбнулся.

И начались трудовые будни. Неожиданный подарок от неизвестных сил действительно облегчил жизнь всему лагерю. День за днём я только и делал, что валил деревья и очищал их от сучьев. Остальные мужики или выкорчёвывали пни, расширяя поле, или нарезали доски грубо сделанными пилами. Как их делать Морванду объяснил Джон. Но если топоры выходили сносные, с пилами дела обстояли куда хуже. Зубцы ломались очень быстро и приходилось пилу перековывать. Отчего у бедняги Морванда дел было невпроворот. Но его дела меня не волновали, потому что я сам был занят по горло. Много дней подряд только и делал, что валил деревья. Кормился вместе со всеми и перловая каша мне очень быстро надоела. Как и рыба, которую река поставляла в избытке. Мне иногда казалось, что мы питаемся исключительно кашей и рыбой. Феилину, правда, удавалось добыть дичи с помощью меткой стрелы. Но местный вариант кролика или дикая птица не могли накормить сразу всех. Мне, конечно, доставались лучшие куски, но эту практику я быстро прекратил и сказал мою долю отдавать трём растущим организмам - племянникам Руадара и сыну Дагнара. Джон этого не оценил, потому что сам так же поступать не желал. Но оценил старейшина Элестин. Он очень долго на меня смотрел после того, как я озвучил своё желание и даже улыбнулся. А потом отвёл в сторонку, ощупал всего сверху донизу и сказал, что я обязан научиться владеть оружием. Взять в руки меч, попробовать лук, испытать себя с кинжалом и поработать с копьём. Хоть я слишком щуплый, по его мнению, постоять за себя был обязан научиться. И в этом вопросе он проявил завидную для его возраста настойчивость.

Пришлось внести в свой распорядок дня ежедневные занятия с Руадаром или Феилином. В зависимости от того, в чём я хотел попрактиковаться. Феилин мог выследить любую добычу и мастерски владел луком. В своём мире из лука я стрелял как-то на отдыхе, но получалось не так чтобы хорошо. Из пяти стрел я, бывало, две вообще садил мимо мишени. Но базовая подготовка у меня была. А потому я быстро втянулся и мне даже понравилось учиться у немногословного, но рассудительного молодого охотника. Я схватывал на лету и очень быстро стал с луком на "ты". С 30-ти шагов всаживал стрелу в небольшое дерево и был этим доволен, как слон. Хоть Феилин говорил, что успехи мои, на самом деле, невелики, я всё равно радовался тому, как легко это получалось.

С мечом, копьём и кинжалом всё выходило не так просто. Когда я впервые пришёл в кузню к Морванду и рассмотрел несколько мечей у печи, не удержался и попробовал подержать в руках. Мечи показались слишком тяжёлыми и неуклюжими. И это несмотря на то, что Морванд утверждал, что они созданы для одноручного боя. Для боя со щитом и мечом. Я тут же не удержался и показал ему свой щит, а потом долго пытался поднять с колен, на которые он рухнул. И лишь спустя какое-то время вернулся, чтобы действительно попробовать. Привёл с собой Руадара, но тот только фыркнул, утверждая, что брать в руки настоящий меч мне ещё ой как рано. Сначала я должен пройти азы обучения на палках. Он выразил желание помочь мне с этим и я не отказался. В свободные от ежедневных обязанностей минуты я со всей тщательностью повторял за ним движения. Принимал напыщенные стойки, которые мне казались смешными для фехтования, делал выпады, размахивал и рубил с плеча. Выходило не очень хорошо, так как поначалу он заставлял меня держать палко-меч двумя руками. И только после того, как я сообщил, что энергетическим щитом мне управляться куда удобнее, несмотря на то, что тот расположен на левой руке, он изменил подход. Перевёл меня на одноручное фехтование. Сказал, что при таком раскладе эффективность ударов куда слабее и задумался над тем, а надо ли мне вообще фехтовать, если мой щит не может остановить ни металл, ни дерево? Зачем тупить железо, если у меня есть нечто куда более опасное? С этим вопросом он отправился к старейшине Элестину и пока ни к какому выводу они не пришли.