Как обмануть смерть (ЛП) - Мединг Келли - Страница 2

— Этот парень, — сказал Вайят, — слишком пуглив, чтобы использовать боевые патроны. Кому, черт возьми, он заплатил, чтобы получить диплом?

— У этого парня есть гребаное имя, — прорычал парнишка, о котором шла речь. Краска залила обе щеки. Он опустил руки, позволив своему сломанному носу свободно кровоточить. На полфута ниже Вайята, он встал, как классический ботаник, лицом к лицу с хулиганом на детской площадке. Для новичка он был слишком самоуверен.

Вайят скрестил руки на груди. — И какое?

— Пол Райан.

— Ну, отлично. — Вайят наклонил голову в сторону Бейлора. — Пол Райан слишком пуглив, чтобы выходить на поле боя с боевыми патронами.

Все лицо Пола стало свекольно-красным.

Бейлор издал низкий горловой рык-вызов. — Ага, а я уверен, что не стоит принимать советы по тренировкам от парня, из-за которого погибла вся его команда.

Вайат вздрогнул. Я напряглась, ожидая новых ударов. Или, по крайней мере, парочки отборных оскорблений. Когда ничего не произошло, я разозлилась. За Вайята и за себя, как одного из трех мертвых человек, упомянутых в язвительном комментарии Бейлора.

Прежде чем кто-либо успел меня остановить, я уже перемахнула через лужу крови и оказался лицом к лицу с Бейлором. Я уперлась кулаком в его черную водолазку и наклонилась вперед, пока мы не оказались нос к носу. Я только что переступила негласную черту кодекса среди охотников и кураторов, но мне все равно. Я ведь больше не работаю на них.

— Наша смерть не была, черт побери, виной Вайята, понял? Ты гребаный мудак. — Я отпустил его, и он отступил на шаг назад.

— Эви, перестань — попросил Вайят.

Я повернулась к нему, сжав кулаки. Его плечи поникли. Он больше не казался сердитым, только грустным, но это только подпитало мой гнев. — Но почему, Вайят? Наша смерть не твоя вина.

— Конечно. — Его тон говорил об обратном, но это не та драка, которую я готова пережить снова перед другими. По крайней мере, пока не посплю несколько дней. Я думала, он смирился с тем фактом, что Джесси и Эш, моих последних партнеров по триаде, убили в рамках более масштабного плана. Их смерть — и, в конечном счете, мою тоже — спланировали заранее, и её невозможно было предотвратить. Но это не его вина. И не моя тоже.

Да, это не моя вина. Может быть, если бы сказала это ещё несколько раз, я бы даже поверила.

Охотники и кураторы продолжали собирать трупы, а солнце медленно поднималось все выше в утреннее небо, превращая пурпурные и малиновые тона в розовые и золотые. Запах гнили усилился, когда прохладное утро сменилось теплом. Возле нашего джипа возвышалась совсем другая груда тел — шесть мертвых охотников, каждый тщательно укрытый хлопковым одеялом. Хотя погибших было меньше, эти потери ударили гораздо сильнее. Прибавив к этому вчерашнюю гибель всей команды триады Руфуса, мы потеряли сорок процентов наших подготовленных сил.

В конечном счете битва длилась всего час, но её последствия будут ощущаться ещё долго — не только среди триад, но и среди многих видов, населяющих город и окружающие горы. Гоблины — разновидность падальщиков, которая проводила больше времени в городских канализациях и подземных туннелях, чем на поверхности, — проявили своё умение плести интриги, объединившись с полукровками и открыто напав на нас. За это их будут безжалостно преследовать. Полукровки — ещё не полностью вампиры, но уже и не люди — не имели реальной власти, кроме как в качестве головорезов и бродячих уличных банд, но кто-то сумел держать их организованными достаточно долго, чтобы вызвать серьезную резню сегодня вечером.

Их коллективный статус только что превратился из раздражителя в врага общества номер один.

Триады могли справиться с гоблинами и полукровками. Мы делали это много лет, в тайне, скрывая существование таких существ от широкой публики. Но появившийся организатор, направляющий их действия, смог вызвать большие потрясения. Совет фейри, крупнейший защитник человечества, был предан одним из своих — эльфом по имени Товин, одним из очень немногих эльфов, о существовании которого знали. Он пытался выпустить демона в наш мир, пересадив сознание этой твари Вайяту. Мы остановили Товина и поймали демона в ловушку.

Временную ловушку. Амалия, королева фей, скорее всего, вскоре пришлет кого-нибудь, чтобы забрать ониксовый кристалл размером с лимон, в который превратился демон, для надлежащего хранения и утилизации. Она дала мне волшебное заклинание, чтобы остановить демона; я доверяла ей разбираться с ним дальше.

Но, возможно, самым важным итогом сегодняшней битвы стало то, что триады нашли своего временного союзника в вампирах — чего я никак не ожидала три дня назад от вида, который делал все возможное, чтобы игнорировать нас, а когда они этого не делали, то смотрели свысока. Этот союз возник не только из единого мнения, что все полукровки должны быть уничтожены, он вырос из чего-то большего, однако, что это большее, я затруднялась сказать.

И сейчас я слишком измотана, чтобы беспокоиться об этом. — Давай просто уберемся отсюда к чертовой матери, — проговорила я.

— Ты собираешься подать официальный рапорт об этом, Трумен? — спросил Бейлор.

Вайят фыркнул: — Ты предлагаешь мне вернуться на работу?

— Не мне предлагать подобное, но ты сыграл в этом деле огромную роль. Один раз куратор — всегда куратор, верно?

— Да. — В этот раз он, кажется, говорил серьезно.

Я схватила Вайята за запястье и потащила прочь. Он пошел без дальнейших подсказок, по-видимому, так же готовый поскорее уйти отсюда, как и я.

— Стоун!

Господи, что теперь?

Джина Кисмет подбежала со стороны павильона напротив центра посетителей и остановилась прямо перед нами, даже не запыхавшись. Её левая нога была забинтована, сквозь нее уже просачивалась кровь, но рыжеволосая, невысокого роста, куратор, казалось, не обращала внимания на раны. Она протянула мне черный сотовый телефон, и я посмотрела на него.

— Инстинкт подсказывает мне, что это ещё не конец, — сказала она.

— Мне тоже.

— Тогда возьми его, на всякий случай.

Я так и сделала, сунув телефон в задний карман джинсов. — Спасибо.

— Ещё увидимся.

— Несомненно.

Она побрела назад, уже выкрикивая приказы кому-то другому. Я не очень хорошо её знала, но решила, что она мне нравится. Напористая и сильная, как охотник — только не он. Огненно-рыжие волосы исчезли среди оставшихся фигур, хотя знала, что увижу её снова. Возможно, гораздо раньше, чем мне хотелось бы.

Прошлой ночью мы с Вайятом пришли сюда через лес, но решили выбрать более удобный маршрут обратно к нашей спрятанной машине. В нескольких десятках ярдов вниз по ухабистой подъездной дороге, почти на полпути к главной трассе, он начал смеяться. Я остановилась посреди усыпанной листьями дороги и уставилась на него. Он помахал мне рукой, не подавленный, а просто втайне забавляясь чем-то в своей собственной голове. Свирепо посмотрела на него, ожидая услышать, что же так его развеселило.

— Я просто подумал, — сказал он. — Вот мы уже целую милю идем обратно к машине, а ты, наверное, сможешь телепортировать нас обоих меньше чем за секунду.

Мне даже в голову не пришло использовать свой новообретенный дар, чтобы вернуть нас обратно. Потребуется какое-то время, чтобы освоиться с ним, не меньше, чем осознать, что я полностью овладела своим нынешним телом. Неделю назад меня замучили до смерти гоблины. Три дня назад я была воскрешена в теле Чалис Фрост, недавно умершей в результате самоубийства. Менее двух часов назад магическая сделка, которая давала мне только три дня загробной жизни, оказалась расторгнута в шквале воспоминаний и физических ощущений. Постоянное обладание чьим-то телом, по-видимому, несёт в себе ещё и память о жизненном опыте этого тела.

Трудно передать, насколько это странно.

Мы с Вайятом также обнаружили, что у Чалис имелся дар, природу которого она не понимала. Прямая связь с разрывом — источником магии для всего мира. Только горстка людей обладала этой связью, получая уникальный дар. Вайят вызывал неодушевленные предметы, а Чалис — теперь я — телепортировалась. Мне просто нужно научиться лучше управлять этим даром.