Тьма ваших душ (СИ) - Файр Хеллфайр - Страница 152

Как давно она не видела прошлого сар-волода Утгарда, свергнутого вместе с Герусет.

— Откуда ты здесь взялся? — рыкнула она. Дракон не обратил на неё никакого особого внимания.

— Домой пришёл, — ответил тот, расчёсывая шерсть на щеках. — А у тебя хорошая щёточка. Спасибо, что одолжила!

Инанна дёрнула крыльями. Что ей делать — заорать на него, дать по шее или отобрать щётку с визгом «Моё»?

— Плохо же работает щит Маррут, если пускает ко мне всяких прохожих!

— Велеяр, в отличии от Герусет, изгнания не заслуживал… ты слишком жестока ко своим врагам, — робот наклонила голову, смотря холодно горящими зрачками из-под золотистой чёлки. — Тем более, что, по моему мнению, которое ты всегда принимала, он желает добра драконам так же, как и ты. Я считаю, что вы зря поссорились, и если бы не твоё обещание Зорату, то вы бы и вовсе не вздорили. Но у меня есть идея, как сделать так, чтобы все исполнили свою волю — Зорат остался сар-волхом, а Велеяр продолжил помогать крылатым.

Зората здесь не было, потому глаза Инанны сверкнули интересом.

— И что же это за предложение? Хочется знать, за что тебя вышвырнуть.

— Попробуй… — Велеяр улыбнулся Маррут, но та не разделяла перебранки Тёмных и не желала принимать в ней участие:

— Ты владеешь всем Нашаром. Почему же ты правишь лишь Утгардом? Неужели ты оставишь остальные три крупных города и множество деревень на произвол их володов?.. Стоит перепоручить основные заботы об Утгарде тем, кто очень хорошо его знает. Тем, кто поддержит тебя как добродетеля. Тем, кто заботится о крылатых. Ну, а ты сама более не будешь отвлекаться от правления всем Нашаром городскими буднями.

Инанна поднялась на задние, распушив крылья.

— Дельное предложение. Передать власть над Утгардом тому, у кого я её когда-то отняла.

— Времена меняются, — последовал ответ Велеяра. — Разве я чинил тебе какие-либо препятствия? Пытался тебя свергнуть?

— Ты весьма нелестно отзывался о сарах в Зеве Бездны! — Инанна не была Зоратом, но имела понятия об основных событиях в своём государстве.

— Не будь Зоратом, — вставила Маррут. — Только он видит во всём интриги и подвохи. Неужели ты думаешь, что сможешь одновременно выполнять столько дел и обязанностей?

— Если я буду служить тебе, мне незачем будет измышлять планы, как тебя свергнуть, — Велеяр говорил резко, но честно, как и привык. У Тёмных, как и у Светлых, есть добродетели, и хотя среди них не было вежливости, эта потеря компенсировалась лишь большей честностью. Даже в интригах. — У меня есть множество планов на улучшение жизни теперь, когда мне не мешает сестра, и за них скорее всего будут помнить в веках тебя, а не меня. Ты так часто перелетаешь с места на место, что зачастую теряешь из виду то, что происходит под твоими стенами. А так недалеко до того момента, когда все леса вырубят на дрова, или Тьма построит себе второе святилище грандиознее прежнего. Тебе есть чем заняться, кроме Утгарда — а мне нечем.

Инанна нахмурилась, раздумывая.

— Да будет так. Но у меня есть условие. Небетхет не должна будет убить Нингаль, мою мать, которая долгое время скрывалась от неё, но теперь примется хозяйствовать над Утгардом. Вместе с вами.

Народ, собравшийся на площади у пирамид, уже давно не видел жертв ради победы над деструкторами, что совершались всеми тремя сар-володами до тех пор, как Инанна не создала лучшую замену трате душ разумных. Хотя казни не были запрещены, и души преступников тратились на создание наиболее сильных заклинаний, техномаги уже вовсю работали над созданием «бездушного» магического интеллекта.

Драконы, изголодавшиеся по зрелищам, почтительной тишиной приветствовали приземлившихся на Речевую площадку саров. Инанна подошла к краю, складывая крылья и снимая с себя плащ, показывая его, держа перед собой.

Знамя переселенцев-предков нашаран считалось потерянным в битвах против кракалевн, но так надругаться над ним могло хватить извращённой фантазии лишь деструкторам. Ныне под руководством Инанны окончательно поверженным.

— Знамя вернулось к нам, пускай изменившееся, — Инанна вернула на плечи плащ. — Но и мы сами не остались прежними. В отличии от глупых любителей менять всё подряд, свою суть все мы оставили прежней — жить так, как нам того хочется. Среди нас уже нет деструкторов, потому все мы желаем благополучия и достатка. Вместе мы имеем больше, чем порознь, потому наша воля стала сильнее воли разрозненных навов. Только для того, чтобы взлететь выше и не разбиться, нам требуется ещё больше сплочённости. Я, как сар-волод, больше не могу отвечать лишь за Утгард. Я чувствую необходимость присматривать за всем Нашаром. Поэтому власть над столицей я передаю в лапы самых преданных нашей расе и самых умудрённых в своих областях крылатых.

Инанна слетела в толпу, расступавшуюся, чтобы дать пространство для приземления. Рыжая драконесса, ступив на плиты, подошла к очень похожей на неё самке, только более старой и не имеющей копыт:

— Мама моя Нингаль, довольно прятаться в страхе того, что ты сделаешь меня уязвимой. Хватит быть моей слабостью, будь моей силой. Ты отныне волод Утгарда.

Нингаль, скрывая слёзы, обняла свою дочь, пряча нос в её гриве. Погладив её по ушам, Инанна перешла к темношёрстным Небетхет и Варшану:

— Велеяры, вы были одними из немногих, кто не забывал о нашаранах во времена тирании Герусет. Вы нисколько не хуже своего предка, Аменемхата, и столь же мудры, новые волх и гачтарь Утгарда!

Тепло и благодарно улыбнувшись, Небетхет поклонилась:

— Оправдаю оказанное доверие, мне радостно вам помогать!

Инанна кивнула ей, а потом вновь взлетела на пирамиду Света За Пределами, обращаясь уже ко всему народу — судя по взгляду, устремлённому в даль, не только к собравшимся.

— Хотя я стремлюсь исполнить завещание Аменемхата и велю нападать на врага за горами ради душ, ради вас, перед кем я ответственна, я готова на всё. Пусть война на границах не помешает жить в мире в глубине наших территорий. Но помните, крылатые — чтобы обезопасить себя, мало лишь жить спокойно… Кто-то из вас должен вылететь за душами. Чтобы бескрылые расы не перевалили за горы и не сеяли разруху, первый удар должен принадлежать нам, хищникам. Я не заставляю вас лететь и погибать — кто желает, может расти и развиваться в мирных городах Нашара. Но среди вас многие желают добывать почёт и богатства силой, и тем более зверством было бы мне запрещать это! Я лишь прошу отнимать не у сородичей, а у рас врагов. Зачем вам драться с равным на улицах и в лесах, занимаясь разбоем, зачем друг другу вредить, когда общими усилиями вы добудете у людей гораздо большее? Тёмный дракон — это не только агрессия в крови и желание побеждать, это ещё и разумное существо, которое умеет направлять ярость в полезное русло. Пусть те, чья воля — убивать, не только получают удовольствие и прибыль от этого, но и почёт за помощь Нашару! Наградой я ещё никого не обижала, а люди тем более не обидят трофеями!

— Совет Светлого ты не выслушала… — неслышно в радостном гомоне толпы произнёс Мирдал. — Войну не остановить.

Корабль «Азнавела» был красой и гордостью не только всего флота Нашара — сама Инанна испытывала приятные чувства, разглядывая его изысканный силуэт, мощные орудия, высокие мачты. Зорат, следовавший за сар-володом, умело прятал свои чувства под маской непроницаемого спокойствия, тогда как Зерая поглядывала на Инанну едва ли не с завистью. Великолепное судно — и отлично вышколенная команда, построенная для встречи саров — волода, волха и гачтаря — перед которой расхаживал чёрный чешуйчатый дракон, оглядывавшийся на подходивших драконов.

— Лапы прямо, крылья прижать, и если кто из вас хоть чихнёт — буду использовать вместо якоря! — пальнул он, сам разворачиваясь мордой к трапу для приветствия капитана и его спутников.

— Это как? Зароете в землю? — Инанна расправила одно крыло, увидев своего старпома и рулевого. Менее формальный жест, чем прикладывать крыло к сердцу и тем более наклонять голову. — Кстати об этом… расскажи нашим спутникам о характеристиках своего корабля. Жалко, Нажар не услышит, впрочем, с другой стороны, я не хочу, чтобы он умер в трактире от горького пьянства или захотел угнать у меня эту птичку.