Серая радуга (СИ) - Кисель Елена - Страница 80

Потом было и вовсе поздно: он стал действующим артефактором и вообще довольно-таки уважаемым человеком. И поплевывал на практикантов свысока. Так что шайка очень дружно точила на него зубы.

Вот он и столкнулся в кустах с Крэем, Ройном и еще двумя из их братии. Совсем забыл, что они тоже этими путями ходят.

Какое-то время с двух сторон раздавалось грозное сопение, пыхтение и сухой треск костяшек, потом широкоплечий Ройн ухмыльнулся.

— Ребзя, гляньте, кого к нам принесло! Нянька для малышни, ути-пути!

Дружное «гы-гы» совсем не повысило настроения Кристо. Он терпеть не мог, когда над ним смеялись. А потеха только началась.

— А чего это ты тут делаешь в саду? Цветочки для новеньких рвешь, комнатки украшать?

— Не, гляньте, он же меч с собой тащит! Это он, наверное, за своего гида решил отомстить!

— И как там самозванный Оплот Одонара? Драконом не слопался?

— Да не, куда там! Во, Кристо посмотрел на него, что живой, и назад прется…

Если Кристо до сих пор не кинулся в драку, так это потому, что обычно шайка насчитывала шесть рыл, а тут было четыре: все-таки не собрались полным составом. Если б знали, что такая встреча выдастся — собрались бы все и друзей прихватили.

В отношениях Кристо и одонарского хулиганья было очень много важных и невыясненных моментов (начиная с «Ты чо такой дерзкий?!»). Моменты копились десятый месяц, потому что его просто не могли подловить для «душевного разговора» при помощи телесной магии.

После боя в Прыгунках ему выкатили претензии: «Самый умный, или что? В герои лезешь!». Кристо не раздумывал и зарядил в лоб: «Завидуете, цыплятки? Погодите, придет мама-Бестия, уроки вам даст, будет веселее…» От расправы его спас первый рейд во внешний мир в составе боевой тройки. Потом рейды посыпались один за другим, иногда они не вылезали из внешнего мира неделями, и тут шайка совершила уже окончательный вывод.

Примерно такой вывод все сделали по отношению к восьмому пажу после Альтау.

— Жухляк, чмо, предатель и фискал! Бить его!

Легко сказать — бить. Устраивать «темную» можно теорикам, практерам, ну, практиканта отлупить уж на худой конец. Но не Кристо, который сам совсем недавно устраивал «темные» направо-налево и хорошо знал, как такое делается.

Он тупо не попадался. Крэй, который в шайке считался главным, вывихивал себе мозги, подглядывал, подслушивал, даже платил Хету — и неизменно натыкался на Кристо в компании Дары, Мелиты, новичков… или встреча получалась «один на один», а такой расклад одонарского заводилу совсем не устраивал.

Четверо на одного — совсем другое дело, уж конечно. Приободрить братию — и в бой.

— Да не, тут новая новость! Видал, он сюда к Мечтателю ходит. Это ты из внешнего мира такую моду принес, а? Лучше б Вонду на свидание пригласил — авось, согласится!

Кристо хрустнул костяшками гораздо внушительнее, чем раньше.

— А чего это вы сами в кустах вчетвером делаете? Вы б хоть по парам разделились, а то совсем пошлятина получается!

Правду Дара говорила: словами можно довести гораздо лучше и хоть до чего. Просто до остальных не сразу дошел его ответ.

— Бей его, — потом сказал Крэй тихо и очень недоуменно.

Но Аблий-вонючка, мозг которого мог уместиться в чайной чашке, воспринял приказ с облегчением и с ревом вырвался вперед с вытянутыми кулаками.

Жасмин страдал. В его недрах происходила свалка. Что-то рычало мутузило, громко клацало зубами и забористо ругалось, но не очень громко, чтобы не разняли до поры до времени. Узкий проход, проделанный в густых кустах, не давал возможность использовать магию на полную катушку, в ход шли простейшие щиты и силовые потоки, а в основном применялась классика: кулаки с заклинанием кастета, ноги (просто так, без заклинаний), плевки, подножки и головы. Но не для того, чтобы ими думать: просто головой, да еще не обремененной знаниями, очень хорошо драться.

Крэй и его шайка не учли единственного: Кристо сам втайне страдал от своей «нормальности». Малышня от него не шарахалась в коридорах (еще и ухмылялись, знали, что он с мелкотой возится!); деньги он ни у кого не отбирал уже лет сто; контрабанду пришлось бросить — а смысл, если во внешний мир шастаешь через неделю? Да еще эти уроки Дары и попытки нормально выглядеть ради Мелиты, и ни плюнь, ни почешись… а теперь его еще и Экстер учит.

В общем, он давно и жарко мечтал доказать самому себе, что внутри-то он остался обычным семнадцатилетним отморозком, оторваться, как в старые времена, морду, что ли, кому набить…

И теперь Кристо дрался так, будто отстаивает честь решительно всех бездельников и лоботрясов Целестии, дрался, как раньше, в старые добрые времена, когда его главной проблемой были три назначенных на один день свидания и две отработки (в тот же день). Боли он почти не чувствовал и только внутренне ликовал по поводу каждого наносимого удара: «Ха, завалить думали, ну, ща! Получи с ноги, придурок! Щит! Самому тебе кастетом по лбу дам!»

Еще никогда он не был так счастлив, разбивая кому-нибудь нос.

Кусты тряслись, визжали, ломались под напором то сцепляющихся, то разлетающихся в разные стороны тел. Садовник Зерк уже давно принесся с другого конца сада и теперь просто стоял и тупо смотрел на колышущиеся заросли.

Финал получился предсказуемый. Двое практеров и двое практикантов из шайки Крэя были закалены в драках и пощады не знали. Но они не знали и что такое боевые рейды, реакция оперативника, практический опыт… И им не мешало бы пару раз сходить на занятия Макса по сеншидо.

Кристо выпрямился, отфыркнул текущую из носа кровь и величественно пнул Крэя туда, где не только больно, а еще и обидно.

— Да я против Бестии на арене стоял! — выдал он, с трудом двигая челюстью. — Еще раз полезете — утоплю трупы в озере, понятно?

Ему никто не ответил: как минимум одного из четырех он вырубил вчистую. Хорошо, если не убил: даже девчоночьи драки в Целестии легко могли кончиться выбросом магии и «Ну, и что, что она мертвая, сама напросилась». С парнями такое случалось вдвое чаще, но Кристо заколебался только на секунду, прежде чем, не оглядываясь, шагнуть из кустов.

Он возвращался в артефакторий, неся на себе кучу синяков, боль в голове, отбитую левую почку и печать торжества.

Мелиту он оторвал, конечно, от новичков. Заодно показался им в таком виде, что это обрушило град вопросов:

— А кто его?

— Это Бестия так?!

— А-а-а, хочу домой…

— Это в Трех Комнатах такое?..

— Ой, что это приползло?!

Яс и Крет экспромтом сочиняли версию о том, как Кристо попытался добиться взаимности от артефактора Урсулы, и даже почти добился, а это так «следы на память». Кристо, сидя в соседней комнате, жмурился и позволял Мелите обрабатывать боевые ранения.

— Мелкие, а туда ж, — пробубнил он, в очередной раз перехватив имя Урсулы.

— Тебе бы к Оззу, — жизнерадостно сказала Мелита, доставая четвертый пузырек. — А, вот, восполнялка, думала, закончилась.

Она отмерила в стакан двенадцать капель, Кристо проглотил и почувствовал, как начинает помалу возвращаться баланс магии. Сердце застучало ровнее, и направить силы на заживление ушибов стало легче.

— Да ну, к Оззу, само заживет. А чего ты одна? Я думал, Дара…

Мелита неопределенно трясла очередным пузырьком. Она явно не в силах была припомнить, что в нем находится.

— Что? Ушла она. Они тут малость расшалились, песни петь стали неприличные, кое-кто слушать отказывался… я чуть успела ее остановить: перед ней уже боевые артефакты взлетели. Она, конечно, остановилась, но высказалась в том духе, что Бестия точно пожалеет, что сняла вас с оперативной работы. Сейчас, наверное, у себя или где-нибудь в трапезной… терпи! Шипит, зато микробы дохнут. Контрабандное средство, между прочим!

— Нужны они мне дохлые, — проворчал Кристо, но Мелита уже настроилась на вопросительный лад.

— К слову, а обо что ты так поцарапался? Или ты все-таки воспылал к Урсуле — ну, или она к тебе, и это следы страсти?