Серая радуга (СИ) - Кисель Елена - Страница 92

Собрание наконец осознало причину, по которой оно состоялось. Собрание охнуло и отвлеклось от посторонних дел. Убнак перестал крутить усы, Пион — тихонько отдавать распоряжения своему непутевому отделу. Что совсем невероятно — двое экспериментаторов подняли головы от исчерченного формулами листа: они придумывали, как модернизировать «пояс воина».

— А Холдон двинется на артефакторий? — вдруг осенило последним Кристо. — А за-зачем? Он как контрабандисты, что ли?

Бестия сверкнула на него глазами, но бить не стала, хотя показать зубы не преминула:

— Замечательное знание битвы Альтау — у всех вас. Кажется, никто тут не задался вопросом, почему три тысячи лет назад Холдон двинулся в обход Семицветника?

Ковальски, не отводя взгляда от карты, показал на себя карандашом.

— Кроме иномирца, которому вообще необязательно это знать.

В комнату протиснулся Скриптор, прижимающий к груди несколько книг. Бедный теорик явно недоумевал, зачем его сюда позвали. Остановился, переминаясь с ноги на ногу у двери, а воздух над головой запестрел от вопросительных знаков. Его не заметили: Бестия как раз произносила то, что шокировало собравшихся до глубины селезенок:

— Потому что и тогда он шел на Одонар.

Мозг Кристо почувствовал себя перегруженным, а через это обиженным, и решил отключиться. Такое просто в голове не укладывалось, и не только у него: Ренейла решилась напомнить:

— Но… тогда же не было Одонара.

— Верно. Просто Долина, которую называли Беспокойной. А в ней — нечто, что охраняли Светлоликие… источник невероятной артемагической мощи, по легендам даже — то, что питало Первую Сотню, когда они создавали Целестию. Нечто, что называлось частью Колыбели Магии. То, что находится в…

— Малой Комнате…

— Да. То, вокруг чего выстроен Одонар. Говорят, основателем Одонара был последним из Первой Сотни — и он назначил первого ключника, который единственный в точности знает — что находится за дверью Малой и как в комнату можно попасть. Ключник потом избрал своего преемника. Где-то здесь, внутри Одонара — тот, кто знает этот секрет и обладает тем, что открывает Малую Комнату. Личность ключника известна лишь директору Одонара. Он, к счастью, отсюда далеко. В тот раз Холдон не добрался до Малой Комнаты только благодаря полю Альтау и войскам королей, которые загородили ему дорогу. В этот раз семи королей нет, и он явится прямо сюда, а потому я больше не намерена говорить не по делу. Планы обороны лежат перед каждым из вас: они были разработаны уже давно и как раз на такой случай. К счастью, среди нас теперь Оплот Одонара с его печатью, и мы можем надеяться…

— …на то, что помрем медленно, — пробормотал Кристо, с очень большой грустью разглядывая карту. И, вроде бы, положено бы гордиться: вместе с другими оперативниками на совет позвали! А вот, как-то не выходило.

Бестия продолжала быстро, властным тоном:

— Директор перед уходом активировал защиту, проложенную его предшественниками по периметру ограды. Она может закрыть от нежити и непробиваема для артемагов или магов. Но с Арктуросом, я думаю, её можно проломить. Производственники и экспериментаторы — блокируете входы и коридоры артефактория. Вяжущие и замедляющие артефакты, забирающие силы, вообще — щиты. Если Холдон каким-то способом прорвется — он не сможет оставаться в артефактории дольше четверти часа. На стенах — древние заклятия почти трёхтысячелетней давности, которые он… будем надеяться, не сможет преодолеть. Провидериум защищен, там Рукоять. Без ключника Холдон не сможет открыть Малую Комнату… зато сможет разграбить артехран, а это удесятерит его силы. И даже если он сам уйдет — может оставить разбираться с артехраном приспешников, сведущих в артемагии. Значит, лучший вариант — чтобы они вообще не вошли в артефакторий…

— Так ведь… с нами ж Оплот, — резонно заметил Убнак. — В самый раз время для Алой Печати, или как там её… Что там с ней, кстати — разобрались, как она работает?

Фрикс хмуро пожал плечами и пробормотал, что с виду — каменюка как каменюка, слабый артемагический фон — и не пробиться. Собрание преисполнилось задумчивости. Гиацинт — решимости совершить подвиг.

— Аметистиат обещал мне отыскать все сведения об артефакте, созданном Танейхом Зорким, однако… поскольку беда пришла нежданно… в любом случае — я готов. Из того, что мы знаем — следует положить Кровавую Печать у входа в Одонар и встать над ней — и тогда ни один враг не сможет тебя миновать…

Сладкое сопение прекратилось. Гелла Нереида неторопливо подняла руку и поинтересовалась:

— Не сможет миновать или не сможет проникнуть в Одонар?

— А какая ра…

— Ну, если мы говорим о главном ходе… есть же еще тайный, у озера?

Повисла гнетущая тишина.

— Какой тайный, у озера? — спросила в ней Бестия.

— По которому к нам нежить лезет и ученички на свидания шастают. Ну, тот, что ведет в жилое крыло.

До сих пор совещание шло в нужных рамках. После следующей фразы оно продолжилось вполне по-целестийски:

— Какого лысого нечта я об этом ничего не знаю?!

А уже в следующую секунду все повскакали с мест, принялись тыкать пальцами в карты и менять планы на ходу. Совершенно обалдевший Скриптор так и окостенел у двери, глядя на эту картину.

— Ход можно засыпать?

— Завалить или закрыть легко, но какой смысл — для нежити или артемагов расчистить — всё равно раз плюнуть…

— Если обвалить?

— Рискуем просадить фундамент и нарушить защиту стен.

— Где он выходит?

— Вот, кусты бересклета… тут еще коряга здоровая.

— Проклятие…

— Замаскировать?

— Холдон — артемаг, он найдет вход сразу же, даже если мы закроем его всеми щитами. И с ним наверняка будут несыти, а у них нюх на проникновение внутрь…

— Г-госпожа Фелла… если Печать не может защитить ваш второй вход — не значит ли, что она бесполезна?

— Нет, не значит. Может статься, она всё же защищает весь Одонар. А может, окна и второй выход останутся неприкрытыми. И всё равно нужно будет оттягивать противника на себя… Итак, Оплот Одонара — имеется в виду, настоящий — обороняет основной вход с Печатью. Второй ход придется защищать с боем.

— Шутишь, Фелла, — убежденно отозвался Убнак. — С Холдоном тягаться…

— Второй ход буду защищать я, во главе отряда артефакторов, — со зловещим спокойствием отчеканила Бестия. — Будем надеяться, мы задержим его до прихода подмоги.

Кажется, даже стены преисполнились сомнения. Бестия это почувствовала и вскипела гневом: мельком взглянув на Скриптора, она выкрикнула: «Ты еще здесь зачем?» — и вышвырнула его при помощи силового удара за дверь. Потом малость отдышалась и глянула на спокойного Ковальски.

— Иного выхода нет. Оборонять сразу Три Комнаты не выйдет: их магический фон гасит особо мощные артефакты и чары. В стенах артефактория у нас меньше возможностей. Арктурос же, возможно, и создавали, чтобы на него не действовало ничего. Там у Холдона еще больше шансов. Оборонять придется вход. Фрикс, каков арсенал на случай серьезного боя?

Обычно Фрикс любил подурачиться, но в такие моменты в нем проклевывался настоящий артефактор.

— С арсеналом худо: в основном щиты и индивидуальное оружие. Боевых атакующих артефактов мало, по широкому поражению нет вообще ничего. Таким штукам, как жезл Холдона, нужно постоянно жизни скамливать. Сотворить новое не успеем — истощимся. Ребят с пугалками и следящими артефактами я выслал — устанавливают в саду. Дополнительные щиты обеспечим. Послал группу в Хламовище — можно за счет тамошних осколков быстро наклепать пару эффективных ловушек. Огненные жезлы, летающие кинжалы, пара стихийных артефактов, силовые удары — тут нужна запитка, можно бы возложить хотя бы на аналитиков, если уж они не в бою…

Фрикс объяснял торопливо, но Бестия слушала рассеянно, и на лице у нее было почти что облегчение. Она лишь на секунду отвлеклась, глянув на Ковальски. Макс в кои-то веки оторвался от планов и карт и не принимал участия в беседе, вернее, принимал, но в своей собственной: подошёл к Даре, и шепнул что-то ей на ухо. Артемагиня прикрыла глаза в знак согласия и осталась сидеть с прикрытыми, будто погружаясь в дрему. Попутно она, словно от нечего делать, выводила по листку бумаги строчки: «Ты зайди на пять минут, где тебя совсем не ждут: раз-два, иди скорей, нет стража у дверей…»