Академия Юрского периода (СИ) - Титова Светлана - Страница 25

— Топаем в портальную, — кивнула на свободный выход Карашу. — Спасибо этому дому, пойду к другому.

Я направилась вперед, когда меня попридержал за рукав. Закатив глаза, обернулась, не понимая, что еще от меня нужно. Я же и так тут все разгромила… в смысле рассмотрела подробно. Красивое место! На музей похоже.

Каараш, указывал глазами на «пеликана»-первопредка с оторванным крылом под жопкой и кривился, разглядывая сотворенный, вернее улучшенный мной шедевр.

А что не так?! Это… как это… инсталляция. Я творец, я так вижу… Художника каждый может обидеть! Вот пристали!

— Дана, ты забыла пайцзу. Теперь она твоя по праву. Ты же Избранная, — с придыханием произнес дракон.

— Так я могу забрать это золотко? Точно могу? Нет подвоха? — недоверчиво прищурилась на друга. Получив его утвердительный кивок, попросила:- Принеси, если не за труд.

Караш, благоговея, но с долей страха взглянул на статую и отрицательно покачал головой.

— К ней никто не может прикоснуться, — кивнул Караш, — только ты. Ее красть бесполезно. Если только ты сама отдашь. Добровольно.

Хотела закатить глаза по своему обыкновению, но сдержалась. Уж столько раз приходится это делать, выслушивая глупости и нелепицы жителей этого мира, что, боюсь, заклинит на этом жесте и придется так вечно ходить. Подошла к «пеликану» и вытащила пластину из-под хвоста. Полюбовалась сложным узором и сунула за пазуху. Подхватив своего флангового под руку, вымелась из сокровищницы.

Какая же гадость и утомительно дело эти ваши «в гости ходить по утрам»! Вот не слушайте, дети, Винни Пуха ни-ког-да! Да!

Выйдя из портала, отошла к окошку и счастливо выдохнула, обозревая родную и знакомую картину. Заулыбалась даже, прислушиваясь к привычным уху звукам. Прямо напротив окна зверюга-крат терзал пойманного дежурного. Парнишка наг орал не своим голосом, взывая о помощи. Но каникулы же и никто не спешил. Кадеты спали, отдыхали и веселились. Не спешили, и я не спешила. Втянула носом запах, отчетливо чувствуя сильный сивушный дух.

Самогоночку выгнали! На хвое… забористая получиться… Надо поспешить снять пробу, пока без меня всю не выхлестали или ректор не конфисковал… А вот о он. Легок черт на помине. Тьфу ты. Все настроение испортил.

Ректор в одиночку бросился на крата, спасая жизнь ученика. И то ли крат им попался особо голодный, а потому отчаянно злой, то ли ректор выпил лишнего, но орущих голосов стало вдвое больше.

— Ставлю на крата два кухля самогона, — донеслось из-за плеча.

Я оглянулась, заметив, что к окну подошли двое дроу. Оба старшекурсника были в легком подпитии. От них сильно разило алкоголем.

Хоть закусывай, блин! Куда ректор смотрит?!

Не обращая на меня внимания, следили за схваткой двоих мужчин и ящера.

— Не, Бриш победит, — высоко оценил шансы своего директора другой. — Бутыль против твоего лука, что ректор уделает этого Альфу.

И чего они все так им восхищаются? Ничего особенного… Целуется, правда, ничего. А в остальном — есть и получше, чем это драконище облезлое.

— Поцелуй против желания на то, что крат надерет задницу и ректору, и нагу, и вам, — хмыкнула я.

Дроу как по команде повернулись, наконец, удостоив меня вниманием и нахмурились. Одинаковый лица, рост, плетение кос, цвет глаз и хмурое выражение подсказали, что передо мной братья-близнецы. Они оглядели меня с ног до головы, задержались на губах и разом хмыкнули.

Ой, что это я хамлю так смело! Надышалась, что ли и захмелела? Надо срочно в столовую закусить!

Особенно отчаянный вопль заставил нас троих вернуть внимание схватке. Не удержав эмоций, подпрыгнула и захлопала в ладоши. Дроу так же синхронно выругались абсолютно идентичным матом.

Крат праздновал победу громким ревом. И если еще кто из кадетов был не в курсе схватки, то теперь таких не осталось. Крат ревел и пятился за периметр, потрясая длинным хвостом, где флагом реал кусок ткани из ректорских штанов. Прямо с ягодиц сорвал, продемонстрировав всем желающим «аланбришевскую» пятую точку. К слову сказать, ничего так… вполне себе подтянутую для старичка…

Глава 22

Предупредив обоих дроу, что теперь они числятся в моих должниках, и долг могу стребовать в любое время. Я кралась в сторону казармы, стараясь никому не попадаться на глаза. Пьяные кадеты по одному-двое вполне терпимые и даже местами люди, но толпа — это испытание не для слабонервных. На время каникул в асы их не пускали, ректор ревностно берег экологию неродной Лурании, и пуще того хлипкий мир между учащимися академии и светлыми эльфами. Почему-то ректор Бриш даже не сомневался, что вверенные ему кадеты в подпитии полезут к светлым выяснять кто в Лурании круче. Вот и маялись несчастные в стенах родной Альма-Матер все дни отдыха. Маялись и копили силушку, которой и в обычные дни хватало в избытке. А энергия молодых, не озабоченных недугами и проблемами тел, помноженная на алкогольные пары — вещь убойная. И испытывать на себе ее силу желания не находилось.

Не то чтобы я сталкивалась именно с этими, но студенческих вечеринок на мой век хватило. Нервы мои были порядком расшатаны поездкой в гости на драконий остров. А ведь так мечтала посмотреть «край» земли и сплюнуть на счастье. Но не судьба видно на этот раз. Утешала себя тем, что осталось еще два похожих острова, и сплюнуть-то я успею, пока не вернусь к себе домой. Шум за спиной нарастал. Одна из веселых компаний решила сменить дислокацию и стадом разъяренных бизонов неслась, как мне казалось, за мной по пятам.

Уж не братцы ли дроу науськали на меня сотоварищей, чтобы отыграться за проигранное пари? Показывать слабые тылы я не рискнула, решив встретить проблему грудью… и лицом. Грудь и лицо тоже было жалко, но девушек же по ним не бьют.

Смело развернулась и полезла вдоль стеночки, стараясь слиться с пятнистой поверхностью. Порадовалась, что надела камуфляж и, замерев в случае опасности, смогла бы сойти за неровность или замысловатый выступ. Надеясь, что алкоголь притупил зоркость, кралась попой вперед, стараясь ступать бесшумно.

Неожиданно попа уперлась во что-то крайне твердое, упругое и теплое. Препятствие показалось живым, но признаков жизни не подавало. Ни звука. Немного поерзала, определяя границы препятствия. Границы не находились. Мысленно нарисовала себе жутких монстров, живущих в стенах и на стенах академии, охотящихся за одинокими кадетами. Сунувшийся было испуг, сменился бравадой и уверенностью, что мне ничего не грозит. Что страшнее Даны и ее «длани иногда даже правосудия» в этих стенах нет ничего. Видать и вправду надышалась знатно винными парами.

Ну что там еще? Я же минуту назад оглядывалась и проверяла — путь был чист.

По инерции толкнула это нечто, понуждая уступить мне дорогу. Но нечто заупрямилось и уступать не желало. Только гневно засопело и выдало грубоватый возмущенный вскрик. В нем я опознала мужскую особь. Мое возмущение усилилось в разы. Нет, ну где это видано, чтобы даме не уступили дорогу?! Вот ведь наглец и чурбан неотесанный! Его в асах растили?

— Ты что не видишь, кто перед тобой? Я же, крат тебя пожри, девочка! А ну уступи дорогу, смертник!

— Не вижу, — ответил наглец голосом… ректора, — у меня, знаешь ли кадет Кутько, на заду глаз нет. Откуда вы тут, Дана? Вы же должны быть на драконьем парящем острове.

Я подпрыгнула от неожиданности и развернулась лицом к ректору прямо в прыжке. Бриш так же выпрямился, заведя руки за спину. Впервые я видела на лице красавчика-дракона не самодовольную или презрительную улыбку, а смущение и страх. Оглядела его изрядно помятый вид и пожеванную форму, и улыбка понимания расплылась на моих губах. Ректор не успел переодеться и щеголял в форме, в которой сражался с кратом. Я подняла брови, встала на цыпочки, попытавшись заглянуть за спину Бриша и разглядеть, что он прикрывает ладошками. Вообще-то я еще в окно все разглядела, но поиздеваться над язвительным ректором — это ж святое дело.