В ожидании прошлого - Дик Филип Киндред - Страница 41

– Говоришь, никакого романтизма? – пробормотал Эрик. – Ну а как же риги? Они-то смогут понять Мола? У них, что ли, был период рыцарства, доспехов и прочей дребедени?

– Рыцари с четырьмя руками и хитиновым панцирем, – усмехнулось «второе я» Эрика. – Любопытное вышло бы зрелище! Исторический боевик ужасов. Видишь, ли, никто не ответит на этот вопрос – мы пока слишком мало знаем о ригской цивилизации, и никто не пытался пока изучать их культуру. Так ты запомнил имя майора военной разведки?

– Дег... какой-то.

– Дег Дал Ил. Запоминай.

– О Господи, – вырвалось у Эрика.

– Довел я тебя до тошноты? И ты меня. Правильно Иона назвал тебя нытиком, и Кэт права, считая тебя тряпкой. Ничего странного, что ты связался с такой женщиной: достойное возмездие твоей мягкотелости и нерешительности. Попробуй хоть в следующем году проявиться немного мужества и волевых качеств. И, в конце концов, не пора ли тебе подыскать новую женщину? Сделай это хотя бы ради меня: когда наступит мое время, не будет на душе так мерзко и мучительно больно за прожитый год. Жизнь в две тысячи пятьдесят шестом изменится хоть немного в лучшую сторону.

– Ишь ты. С чего это я должен для тебя стараться?

– Я же спас тебе жизнь! – Двойник с укором посмотрел на Эрика. – Это ведь я вырвал тебя из рук военной полиции.

– И кого предлагаешь? – насторожился Эрик.

– Марию Райнеке.

– Ты сошел с ума!

– Погоди, выслушай. Они с Молинари месяц как в размолвке, у них была настоящая ссора в твоем времени – в моем это происходило одиннадцать месяцев назад. Поэтому у тебя все шансы, пока о размолвке никто ничего не знает и оппозиционная пресса не раструбили об ней. То, что не получилось у меня, должно выйти у тебя, и так мы изменим наше будущее. Все останется прежним, мир не перевернется, а наше семейное положение несравненно улучшится. Разведись с Кэт и женись на Мэри Райнеке – или на ком угодно другом.

В голосе двойника зазвенело отчаяние.

– Ты не представляешь, что это такое – провести остаток жизни сиделкой у ее постели. Я не хочу такой судьбы, я желаю свободы. Я знаю, избавиться от нее не так просто: она будет угрожать, отказываться... Но мы же вдвоем! Кэт остервенело боится развода, однако если начать бракоразводный процесс в Тихуане, будет намного проще: мексиканские семейные законы вольнее, чем в Штатах. Пригласи хорошего адвоката... Я тут присмотрел одного, из Энсенады. Его-то имя, надеюсь, запомнишь? Мы еще, правда, не договорились, когда начнем.

Двойник с надеждой посмотрел на него.

– Ладно, попробую, – пообещал Эрик.

– Теперь тебе пора. Препарат начнет действовать через несколько минут, и если мы не сядем, тебе предстоит полет с высоты пяти миль – там ведь не будет корабля в том месте, где ты появишься.

Корабль пошел на снижение.

– Сядем в Солт-Лейк-Сити, столице мормонов, когда-то славных многобрачием. Здесь населенное место, так что ты быстро растворишься в толпе, и никто не обратит на тебя внимания. А как только попадешь в две тысячи пятьдесят пятый год, поймаешь такси до Аризоны.

– Но у меня нет денет, – вспомнил Эрик.

Или есть? Он совсем запутался: в каком году очутился и в какой должен попасть.

– Совсем меня сбили с толку в этом «Фундуке», где я чуть было не купил отраву...

– Ладно, не время болтать, – поторапливал двойник. – Не отвлекайся на детали, я знаю их не хуже тебя.

Полет завершили в молчании, хмуро и презрительно переглядываясь. Это, как понял Эрик, была наглядная демонстрация необходимости самоуважения. В первый раз он самокритично оценил свои суицидальные наклонности – так вот, оказывается, откуда они проистекали. Чтобы выжить, надо трезво оценивать себя и свои поступки.

– Напрасно теряешь время, – заметил двойник (если так можно было назвать это обрюзгшее и состарившееся существо), после того как корабль сел на орошаемом пастбище в окрестностях Солт-Лейк-Сити. – Вижу, меняться ты не собираешься, – грустно подвел он итог. Двойник явно обижался, что не может за счет Эрика улучшить собственную жизнь. Это ведь ему, Эрику, сейчас бегать, жениться, разводиться, а плодами воспользуется другой Эрик, из будущего, обрюзгший старикан. – Да и ничто тебя уже не изменит.

– Судя по тебе – да, – заключил Эрик, ступая на влажный ковер люцерны. – Но мы еще посмотрим.

Ни слова не сказав, 2056-й захлопнул люк – и корабль выстрелил в небо.

А Эрик направился к шоссе неподалеку.

В окрестностях Солт-Лейк-Сити он поймал такси. В этот раз автомат не стал спрашивать разрешения на полет, и Эрик понял, что сам не заметил, как попал в свое время. Но на всякий случай решил убедиться.

– Какое сегодня число? – спросил он.

– Пятнадцатое июля, сэр, – ответил автомат, с гудением устремляясь на юг над зелеными горами и долами.

– А год?

– Сэр, вы случайно не мистер Рип Ван Винкль? – съехидничал автомат. – Естественно, две тысячи пятьдесят пятый. Надеюсь, вас это устраивает?

Такси было старым и явно нуждалось в ремонте. Наверное, раздражительность объяснялась неполадками в электронной схеме.

– Сойдет, – сказал Эрик, к которому сразу вернулось бодрое расположение духа. Он связался по видеофону, расположенному в кабине, со справочным бюро, где узнал адрес концентрационного лагеря для военнопленных. Информация находилась в открытом доступе.

Теперь такси летело над пустошами и однообразной чередой каменных скал, над пересохшими котлованами озер. И вот посреди голой дикой местности машина пошла на снижение: они прибыли в лагерь номер двадцать девять. Лагерь был устроен в самом недоступном захолустном краю, какой только можно себе представить. Пустыни Аризоны и Невады больше напоминали инопланетный ландшафт, чем Землю, даже на Марсе, помнится, куда Эрик путешествовал в Вашинг-35, его встретило куда более отрадное зрелище.

– Удачи, сэр, – иронически прогудело такси и взмыло в небо, едва Эрик рассчитался, раньше, чем он успел вспомнить, что обратную машину поймать будет не так просто.

Эрик сразу направился к сторожевой будке у входа в лагерь, где располагался контрольно-пропускной пункт, объяснил дежурившему солдату, кто он и откуда и что ему требовалось закупить рига для офисной работы, требующей крайней аккуратности.

– Всего одного? – спросил солдат, провожая его в барак начальника. – Мы можем продать вам хоть с полсотни. Даже двести. Лагерь битком забит пленными: во время последнего сражения захвачено еще шесть транспортов.

В кабинете полковника, начальника лагеря, Эрик заполнил бланки и подписал их от имени администрации ТИФФа, известил, что оплата за товар будет производиться по обычным каналам в конце месяца после выставления счета.

– Выбирайте сами, какой понравится, – предложил полковник с выражением смертельной скуки на лице. – Вон их сколько. Впрочем, все равно они похожи друг на друга как две капли воды.

– Беру того, который заполняет бумаги в соседней комнате, – кивнул Эрик.

– Почему именно этого?

– Вид у него достаточно деловой.

– Да это же старина Дег, – сказал полковник как о давнем приятеле. – Он у нас как мебель, мы к нему привыкли, с первой недели войны здесь. Сам смастерил говорящую коробку, чтобы облегчить процесс общения. Эх, если бы все риги были такими, с ними бы и воевать не стоило.

– Я беру его, – сказал Эрик.

– В таком случае, придется взять дополнительную плату, – взглянул на него полковник с хитрецой. – Он ведь проходил у нас спецподготовку. И еще причитается за переводное устройство.

– Вы же сказали, что он сам его сделал.

– А материалы откуда?

В конце концов они сторговались, и Эрик прошел в соседнюю комнату. Риг погрузился в работу – просматривал страховые претензии какой-то фирмы.

– Отныне вы собственность ТИФФа, – объявил ему Эрик. – Следуйте за мной.

Оглянувшись на полковника, он спросил:

– А если он попытается убежать или набросится на меня?

– Они никогда так не делают, – откликнулся начальник лагеря, прикуривая сигару и навалившись на стену кабинета, явно пропадая от скуки. – Не хватает умственных способностей – это же просто насекомые, большие жуки с блестящими панцирями.