Одна беременность на двоих (СИ) - Горышина Ольга - Страница 44

— Обязательно быть такой же упрямой, как Аманда? — одна его рука опустилась мне на талию, а второй Стив перехватил запястье моей левой руки, потому что моя правая продолжала сжимать перила. — Я в тринадцать тут так полетел, что сломал руку и получил сотрясение мозга.

Я кивнула и улыбнулась. С его поддержкой стало спокойно, и я без страха преодолела последние ступени нескончаемой ледяной лестницы. Аманду уже окружили друзья: два парня и две девушки, при таком раскладе, скорее всего пары. За поцелуями и приветственными объятиями, никто не заметил моего присутствия, пока Стив громко не представил меня, заставив всех обернуться. Ребята приветливо улыбнулись, тогда как губы Аманды вытянулись в тонкую злую полоску, когда её взгляд упал на наши крепко сцепленные руки, которые в знак приветствия Стив поднял вверх наподобие арки. Я попыталась высвободиться, но парень лишь сильнее сжал мои пальцы, как мне показалось, смотря в упор на Аманду, которая уже вымучено улыбалась окружающим, отпуская шутки о калифорнийской погоде нарочито громким голосом. Да и смех её над собственными шутками звучал как-то больно уж фальшиво.

Стив разжал пальцы, и я тут же спрятала руки в карманы, виновато глядя на Аманду, делающую вид, что меня просто не существует. В висках неистово зазвенели рождественские бубенчики, и я даже не заметила, как подо мной оказались санки, и рассекая снежный океан, жмурясь от летящей в глаза мелкой снежной крошки, я на пузе докатилась почти до самой кромки воды. А потом, наткнувшись на ледяную глыбу, санки выскочили из-под меня, и я осталась лежать на снегу. Грудь немного ныла от удара, и запястьям было горячо и мокро от обжигающего снега, насыпавшегося в перчатки, когда я пыталась затормозить санки руками. Однако вид отсюда открывался великолепный. На проталинах в ярдах пяти от берега чернели голые ветки кустов. Сквозь них, словно через соломенный веер, я видела за перекатывающейся мелкой рябью серо-синей водой полный спектр синей палитры, которой были выписаны на том берегу горы, укрытые снежными шапками. Я даже почувствовала запах медовой акварели и увидела, как тонкой капелькой стекает на влажный акварельный лист голубой кристалл…

— Ты в порядке?

Я удивлённо подняла голову на склонившегося надо мной Стива и стала спешно соскребать себя со снежного ложа.

— Я просто видом любуюсь, — ответила я, принимая протянутую руку.

Что, он посмотрел на меня, как на идиотку? Ну и ладно, мне не привыкать. Кажется, даже преподаватели давно так на меня смотрят. Я отряхнула со штанов снег и огляделась — у Стива не оказалось санок, и это означало, что он сбежал ко мне с горы, где я его оставила. Я сразу почувствовала себя виноватой, но извиняться не стала, потому что это выглядело бы глупо, ведь я не звала его на помощь. Он поднял санки и протянул мне руку.

— Я сама, — ответила я и пошла вперёд.

Я увидела направленный на меня объектив фотоаппарата Аманды и почувствовала, как запылали мои щеки. Она что, рассматривает меня, как в бинокль? Я проклинала в душе эти шикарные горы, санки, Стива и… Ревность Аманды, которая непонятно почему приревновала ко мне своего приятеля. Чёрт, да он как специально злит её, иначе зачем только что подтолкнул меня под мягкое место. Я остановилась на подъёме, ища доходчивые слова, с которыми надо обернуться к нему.

— Ухватись рукой за тот куст, — скомандовал Стив, и я тут же подчинилась. —Будет легче забраться. А в следующий раз иди с другой стороны, там что-то вроде снежных ступенек. Я кричал тебе, но ты не отреагировала. Дай я тебя ещё подсажу, а то так до темноты будем подниматься.

— Улыбайтесь! — услышала я сверху голос Аманды, и губы мои непроизвольно растянулись в улыбке, которая не сошла с лица даже, когда я почувствовала на плече руку Стива.

Я снова не знала, куда деть глаза, потому заскользила взглядом по горизонтали вправо от Аманды. Там стояла женщина с малышом на руках. Его лицо едва выглядывало из пуховой оторочки капюшона. Он смотрел вниз, на горку, где катались, наверное, его братья, и заливисто смеялся — звонко, словно колокольчик.

— Ты можешь себе представить, что скоро Аманда будет так же стоять? — зашептал мне в самое ухо Стив. — Я вот — нет.

— Запросто, — ответила я и бодро рванула вверх, взбираясь по склону чуть ли не на четвереньках, только бы без его помощи. Какое счастье, что Аманда тоже смотрела на смеющегося малыша и не видела ни меня, ни его рук. И ещё, она улыбалась, улыбалась искренно, без фальши. Наверное, она представляла себя на месте этой женщины.

— Поедете паровозиком? — спросил парень, которого звали, кажется, Пол.

Я не успела даже отыскать Аманду взглядом, как Стив схватил меня и запихнул вместе с собой в зелёное корыто. Наш вагон оторвался первым. Не проехав и половины склона, санки свернули влево. Стив натянул верёвку, но та закрутилась на моем ботинке, и мы оба носом угодили в ещё мягкий неутрамбованный снег. Стив расхохотался первым, тыча в меня пальцем, и я тоже не удержалась от смеха, потому что он выглядел не лучше моего. Мы смахнули с лиц и шапок снег и, весело утопая по колено в сугробах, пошли ко второму вагончику, где была сестра Стива — Абигайль со своим парнем Шоном, бывшим одноклассником Аманды.

— Послушай, Кейти, — потянулась ко мне девушка, — почему Аманда не катается?

— Она… — начал Стив, услышав вопрос, но я успела выпалить первой:

— У неё спина болит.

Когда мы отстали от остальных на подъёме, Стив спросил:

— К чему врать, если они дома сами всё увидят?

— Знаешь, — ответила я под мерное постукивание пластиковых санок о подмёрзшие сугробы, — о таких вещах, как беременность, должна рассказывать сама женщина, а не посторонний.

— Ну я ей не совсем посторонний, — как-то слишком сухо и быстро сказал Стив и даже обогнал меня, будто я обидела его ответом.

— В плане не совсем…

— Не важно, — бросил он через плечо и втащил санки наверх.

— Едете ещё? — спросил Пол, уже сидя в головном вагоне.

Стив махнул рукой и пошёл к Аманде, которая переминалась с ноги на ногу. Солнце уже висело низко, нос стало щипать сильнее, промокшие рукава футболки холодили руки, но чтобы не быть третьей лишней, я потянула брошенные парнем санки и прицепилась третьим вагоном. В этот раз мы доехали до кромки воды полным составом. В санки набралось снега, но я из них не вывалилась, лишь ударилась немного головой, когда решила принять горизонтальное положение, чтобы их не развернуло при торможении.

Радость от катания улетучилась, когда я увидела, что Аманда греет руки за пазухой Стива и громко смеётся на его шутки. Я пару раз запнулась на подъёме, но всё же вытащила и себя, и санки. Решили идти домой отогреваться горячим шоколадом. Всю дорогу ребята о чём-то говорили, но я не вслушивалась, потому что видела перед собой лишь руку Аманды, которую она просунула под руку Стива. В висках стучало, и я пыталась не думать о том, зачем Стив мог оказывать мне знаки внимания по пути к озеру.

Мы все долго топтались на крыльце, пытаясь занести в дом поменьше снега, и всё равно в гостиной образовалась лужа от ботинок и санок, которые тащили в гараж через кухню. Пол включил обогрев, и горячий воздух зашумел в трубах. Абигайль поставила на плиту чайник, а вторая девушка, которую звали Терри, потащила куртки в гараж, чтобы сунуть в сушильную машину. Потом все разошлись по комнатам, чтобы снять остальную мокрую одежду. Я слушала, как скрипит лестница под многочисленными шагами, и всё не желала оборачиваться к Аманде, которая переодевалась, о чем я могла судить по шуршанию толстых штанов.

— Снимай мокрое, не то простынешь, — бросила мне в спину Аманда, и я начала раздеваться, но тут же почувствовала ляжкой её холодную руку и замерла. — Слава Богу, показалось, — Аманда отдёрнула руку. — Чёртова лампа так тень на тебя отбросила, что я подумала, у тебя синяк в половину бедра.

Обернувшись, я успела заметить на лице Аманды тень неподдельной тревоги, которая тут же сменилась вечной апатией. Я схватила с кровати джинсы и стала натягивать на покрывшиеся мурашками ноги. Носки тоже были влажными. Я стала рыться в сумке в поисках сухой пары и наткнулась на банку с витаминами.