Тайна артефакта (СИ) - Рудник Лонни - Страница 27

— Закрой глаза, и сосредоточься на собственной силе, — скомандовал брат. Что я и сделала, — а теперь, заставь её выйти в наружу. — Это мы тоже уже проходили. — А теперь сделай шар на столько ярким, что бы ты могла своему сопернику сделать, эдакой сюрприз. Скажем, внезапный маневр.

— А как это мне поможет? — Открыла я один глаз и обратила к брату.

— Это называется "Слепое солнце". То есть, если твой противник огневик, этот фокус для него будет внезапностью, и он растеряется на две-три секунды, в сильной перепалке конечно. Ну, а если это какая-то другая стихия, то таким образом ослепишь на каких-то пару минут, но оно того стоит.

— Ладно, я поняла. Что еще? — Поторопила я брата.

Почему-то захотелось все сделать, как можно скорее. Не хотелось здесь задерживаться на долго.

— Ну, давай попробуем тебя защитить. При каждом нападении, не всегда выстоит твоя магическая защита, или амулет. Поэтому, очень важно создавать щит. Тебя этому будут учить. Всегда, первые два курса направляют в это русло, но никто из нас не предохранен от опасности, к ней нужно быть всегда готовым. Смотри. — Брат подошел ко мне, и стал показывать жесты, которые делали, эдакую, сетку.

Эта сеть полностью окутала брата. А затем Дрен, метнул в брата пару огненных молний. С начало я испугалась и кинувшись к Ромке, чуть не попала под выстрел. Но, зря я переживала. Сеть, которую создал брат, поглотила все, и не причинила никакого вреда. Здесь я спокойно выдохнула. Но когда в стенку барьера припечаталось тело, я вздрогнула и задышала очень глубоко. По внешним характеристикам это был эльф, с темными, длинными волосами. Все. Мне этого хватило, что бы как влюбленной дуре, бросится на левую часть. И вот когда я туда вбежала, я увидела ректора, лежавшего на полу. Даже не так, валявшегося на полу, как тряпку. А его чертов друг, или знакомый, ну в общем не важно, важно то, что он сейчас держал в руках целый ад. Я не думая ни секунды подлетела к Зеялю. Он лежал и кажется дышал через раз. Я взяла его за щеки и попыталась воззвать к его разуму.

— Зеяль, вставай, слышишь? Вставай! — Голос дрожал, да и руки то не меньше, чем у наркомана какого-то, сейчас были. Меня трясло так, что я уже подумывала о том, как бы дрожащие зубы не укусили заплетавшийся язык.

Глаза Зеяля открылись в ту же секунду. Одним движением я оказалась под ним, а шар, что остановился прямо у головы Зеяля, метнулся в друга, который явно меня не заметил, и не ожидал такого развития событий.

— Что ты здесь делаешь? — Ректор был зол, очень.

И я его понимала. Сама на себя уже начинала злится, за свой поступок. Это же надо, бросится на помощь какому-то мужику, что бы потом самой пострадать. Нет, в этом определенно есть смысл. Я же не знала, что Зеяль симулирует и на самом деле, он в полном здравии.

— Таня, ты понимаешь куда ты лезешь? — Ректор ели сдерживался, но не кричал. Уважуха ему и респект. Я вы уже, давно рвала и метала.

— Понимаю. — Пискнула я на свою смелость.

— Нет девочка, ты не понимаешь. Ты могла пострадать и очень сильно. Еще раз, я увижу, что ты лезешь во что-то опасное, получишь по своей мягкой, пятой точке. Поняла? — Я утвердительно закивала, такая угроза. Конечно я все поняла. — А сейчас прости, но ты сама напросилась.

Переспросить или сказать что-то, я не успела. Меня просто напросто, заграбастали в объятия и впились в губы поцелуем. Вот как во сне. Только уже без соленого привкуса. Не чувствуя остатка морской воды на губах ректора, я наконец распробовала вкус его губ. А они были терпкими, сладкими и с ноткой горечи. Что ни капельки, не делало их хуже. А лишь наоборот. Рука ректора, проскользнула к пояснице, и проскользнув под тунику, в районе позвоночника остановилась. Я открыла глаза и отстранилась. А затем, встретилась с взглядом медленно чернеющих глаз. На месте, где лежала рука ректора, становилось горячо.

— Что ты… что вы делаете?

Ректор явно заметил мою промашку в словах и сейчас ели сдерживал улыбку. А у меня тем временем, было ощущение, что мне горчичник на спину положили, не меньше.

— Шшш… — Ректор обнял меня за затылок, свободной рукой, и проговорил на ухо. — Ставлю на тебя свою печать.

— Какую еще печать?

В горле встала паника. Что за печать? Может… это своего рода защита такая?

— Собственности. — Разрушил мои доводы ректор.

— Чего? — Вспылила я, и попыталась выбраться из сильных рук ректора. — Какой еще собственности? Я вам, что? Вещь какая-то?

— Перестань брыкаться, еще немного осталось.

— Я те щас дам немного. Я тут понимаешь ли, думала он ели живой. А он в полном здравии, да еще и печати налаживает! Отпусти меня! Немедленно! — Завопила я.

— Нет Тань, мне нравится тебя целовать, но в какой-то момент, я ведь могу не сдержаться.

— Это вы к че… — Договорить мне снова не дали.

Этот…. гмм… темный эльф, снова полез меня целовать. И вот если пару минут назад, я была совсем не против, то сейчас очень даже против. Наверное. Жжение и правда быстро закончилось, а вот поцелуй — нет. Ректор достал свою руку из под туники и обнял меня за талию. А я верите? Не сдержалась. Закопалась в его волосах, снова стянув очередной шнурок.

— Ммм… — Промычал ректор мне в губы. — Мне нравится, когда ты так делаешь.

А меня, как водой облили. Я поняла где нахожусь и что делаю. А именно, валяюсь я почти на земле. Распластанная тут под ректором, да еще и целуюсь с ним.

— Что обозначает эта печать? И какие границы она устанавливает? — Все, что нашлась я узнать.

Мои руки, все так же, купались в прохладных волосах и я не осмелилась их отпускать. Сон — сном, а явь — другое дело.

— Грамотная? — Задал вопрос ректор, склоняя голову к левому плечу. Я молчала, давая понять, что все еще жду ответ. — Значит она то, что ты принадлежишь мне и находишься под моей защитой. Границ никаких нет, кроме измены. Так, что, можешь забыть о походах к парням. Теперь тебя развлекать, они не смогут.

— Что? — Моему возмущению не было границ. Но ректор это трактовал по своему:

— Что? Расстроилась?

— Ну вы и…

— Кто? — С ехидной улыбочкой спросил ректор.

— Да я никогда по парням не шастала! Нету мне до них дела! А если вам уж так интересно, о моей личной жизни, знайте, я — девственница! — Были бы свободны руки, я бы ему еще пальцем пригрозила.

Нет, ну вы посмотрите, каков наглец. По парням мне лазить нельзя. Да больно нужно! Нашелся тут, герой-любовник.

— Да я мало того, что по парням ходить не буду, так еще и по ректорам лазить перестану. — Зло выпалила я. — Надо оно мне, такое счастье.

Зеяль с обожанием уставился на меня. А я в горячку ушла. Нет, серьезно. В жар бросило, сердце загромыхало так, что я думала его весь мир слышит. Нет, на меня смотрели заинтересованно, но что б вот так… никогда.

— Чего вы улыбаетесь? — Голос мой осип, наверное перенервничала. — Смешно вам? А мне страшно было. Когда в вас этот, — я кивнула в сторону друга, который сейчас полу-лежал в сторонке и боялся в себя прийти. Что бы ему еще не прилетело, — вон тем, огромным… — руки были заняты, показать я шар не могла, за то сделала большие глаза. — А вы тут, печать, хлопцы… Да надо они мне больно. Проблем от вас не отгре…бешь… — Последнее я уже ректору в кубы проговорила. Ибо тот снова в поцелуе припал.

И правильно, пусть затыкает рот, а то мало ли, чего еще наболтаю, а потом жалеть буду. А ректор сейчас целовал по другому. Как-то через чур бережно и нежно. И обнимал он меня так, как будто бы боясь, что я вот-вот убегу. Прекратился поцелуй лишь тогда, когда дышать тяжело стало, а губы гудели.

— Девственница. — Выдохнул ректор мне в губы. — Поверить не могу. Девственница.

Господи, он что? Это слово первый раз услышал?

— А у вас что? Принято себя до свадьбы отдавать? — Хотела съязвить. Не получилось.

— Нет, не принято. Но все это почему то делают. — Ректор снова посмотрел на меня, очень странным, отцовским взглядом и погладил по голове. — Девочка моя… ты не представляешь, что это для меня значит.