Между нами никаких секретов - С. Робин - Страница 58

— Поверь мне. Я тоже.

— Я боялась, что ты отрежешь меня от своей жизни ещё раз. Никогда не делай это снова. Обещай мне.

— Никогда больше, — повторил он.

Скарлетт улыбнулась и на мгновение положила ладонь на разделяющее стекло.

— Ты похудел. Выглядишь усталым...

— Скажем так: еда в этом месте не самая лучшая, и я отдыхал в кроватях получше.

— Тебе не сделали больно, правда?

— Нет, — успокоил он её. — Я подружился с опасным парнем, который никому не позволит приблизится ко мне с плохими намерениями. Взамен я развлекаю его текстами моих любимых книг. Здесь сидят странные люди. Этот тип — жестокий убийца, но переживает когда слышит историю Хитклифа и Кэтрин, можешь поверить в такое?

Скарлетт улыбнулась.

—Ты всегда находишь способ понравиться людям. Мати, ты на самом деле прирожденный соблазнитель.

Он фыркнул.

— Для меня было бы лучше не быть таким, но уже слишком поздно каяться, верно?

Она пожалела о своей глупой шутке, и попыталась исправиться.

— Если бы ты не был тем, кем ты был, я никогда не встретила б тебя.

— Правда, — ответил он неубедительно.

Скарлетт снова попыталась отвлечь Матиаса.

— Глория передаёт тебе огромный привет. Она не может дождаться, когда накормит тебя буррито и тортильями! А пока она утешает себя со мной. Это и её вина, что я так толстею.

— Ты на самом деле бессердечна... Рассказываешь мне о буррито… — он засмеялся. — Вспомню о тебе сегодня вечером, перед моей липкой пастой.

— Боже... прости...

— Я шучу. Рад, что она заботится о тебе. Послушай... Как поживает Элизабет?

— Хорошо. Мы сказали ей, что ты уехал в очередную важную командировку. Она не поняла, что происходит, но выглядит достаточно спокойной. Тем временем твой брат и сестра тискают её в обнимашках.

— Поцелуй её за меня. Скажи ей, я люблю её и очень сильно скучаю.

Видеть Мати таким одиноким и беспомощным растрогало Скарлетт и ей пришлось сдерживать готовые пролиться слёзы.

— Ты говоришь ей это каждый раз, по телефону. Она знает. Не волнуйся. Мати... вот увидишь, всё будет хорошо. Увидишь — этот кошмар закончится и очень скоро сможешь держать Элизабет на руках.

— И мы сможем заниматься любовью целыми днями, никогда не останавливаясь…

— И уедем отсюда… Возможно с Глорией в Мексику…

— Да… только мы…

— Навсегда.

— Навсегда.

* * *

Как и предсказывал Итан, суд начался после четырех недель ожидания. Матиаса обвиняли в убийстве первой степени, и его брат использовал для защиты стратегию самообороны.

Первое слушание началось со вступительных речей контрагентов, адресованных жюри.

Именно Итан выступал первым, и его обращение звучало так взволнованно, как ни на каком другом процессе.

— Уважаемый судья Грэхем, уважаемые присяжные. Сегодня я здесь, чтобы защитить подсудимого Матиаса Кроуфорда от обвинения в убийстве первой степени. Считаю правильным признать, в моей карьере этот случай является самым важным и трудным. Не из-за присутствующих в зале суда журналистов, и не из-за будущего резонанса в СМИ. Общеизвестно, обвиняемый — мой брат. Это единственная трудность в данном слушании, в противном случае дело было бы простым, потому что Матиас Кроуфорд невиновен, и это подтвердят свидетели и факты. Поэтому я прошу вас только об одолжении непредвзято выслушать мои слова, заключения экспертов и показания свидетелей, не думая о родстве, объединяющем меня с обвиняемыми. Прошу вас выполнить свой долг справедливо и гуманно. В ходе этого судебного процесса я продемонстрирую, что в ночь с 4 на 5 апреля 2012 года в доме жертвы произошли очень страшные события, заставившие мистера Матиаса Кроуфорда защищать себя, что привело к смерти Оксаны Соколовой и Курта Штайнера. Я покажу, что путь, которым последовал мой клиент, был единственным способом спасти его собственную жизнь, жизнь его подруги и их будущего ребенка.

Я докажу, что именно он был жертвой, а не преступники, которые напали на него с намерением совершить двойное убийство. Я докажу, что Матиас Кроуфорд действовал в целях самообороны и поэтому все обвинения в отношении него должны быть сняты. Прошу вас восстановить справедливость, потому что дамы и господа присяжные, в конце концов, это ваш долг. Быть справедливыми по отношению к мужчине, который перенес слишком много несправедливости от рук предполагаемых жертв этого процесса. Примите решение, при котором закон и здравый смысл совпадают со справедливостью. Потому что, если этого не произойдет, нам придется считать либо неправильным закон, либо при его применении произошла ошибка, вызванная человеческим фактором. Спасибо.

Присяжные с восхищением внимали чувственной речи защитника — адвоката настолько смелого, что он рискнул взять на себя ответственность за приговор брата. Затем, с равной степенью заинтересованности присяжные выслушали слова прокурора, который явно имел противоположную точку зрения, и в качестве акта справедливости просил приговорить Матиаса виновным в двойном убийстве.

За этими двумя выступлениями в последующие дни последовали многочисленные свидетельства, направленные больше всего на чёткое определение личностных профилей виновника, жертв и отношений между ними. Последними для дачи показаний были назначены Скарлетт и Матиас. Первая в качестве свидетеля, второй в двойной роли: обвиняемого и свидетеля.

За ходом слушаний с болезненным вниманием следила пресса, и несмотря ни на что, общественное мнение, было явно на стороне Матиаса. Ток-шоу и телевизионные программы различного типа ежедневно питались просочившейся из зала суда конфиденциальной информацией, раздувая дело и следя за тем, чтобы интерес публики не ослабевал. Скарлетт пришлось закрыть глаза на бесчисленные обложки, на которых Матиаса изображали как красивого и грешного мужчину, бога платного секса, персонажа грязного и харизматичного.

Однажды вечером Скарлетт стало плохо. Она смотрела ток-шоу, в котором о Мати рассказывала его бывшая клиентка, спрятавшись за непрозрачной панелью, защищающей её личность. Скарлетт знала, кто такой Матиас и чем он занимался, но все эти имена, лица и сказанные о нём слова, когда он сам сидел без защиты в камере, вызывали у неё отвращение. Но несмотря ни на что Скарлетт держалась. На каждое разрешённое посещение она приходила с улыбкой на губах и с хорошими новостями. Часто она рассказывала ему о их ребёнке, как он развивается. Каждый раз они замирали, чтобы помечтать о том, что будут делать со своей свободой. Им не давала покоя идея навсегда покинуть Соединенные Штаты, поступить как главные герои из истории загадочного старика про нефритовый кулон. Но сначала они должны были доказать невиновность Матиаса. В худшие дни он задумывался о возможности признания его виновным, и даже в этом случае Скарлетт помогла ему взбодриться. Она никогда его не бросит. Она снова будет его ждать, как и всегда, и этого было достаточно, чтобы Матиас возвращался в камеру с лёгкостью на сердце.

* * *

Они готовились к этому моменту уже несколько недель, и теперь он наступил. Было 13 мая, Матиас и Скарлетт должны были выступить в качестве свидетелей, и жюри, наконец, вынесет вердикт. Оба испытывали нетерпение одновременно со страхом. Первой вызвали Скарлетт. Вопреки тому, как происходило обычно (допросу прокурора предшествовал допрос Итана). Они следовали сценарию, который репетировали бесчисленное количество раз, намереваясь нарисовать её отношения с Матиасом глубокими и реальными, предвосхищая вмешательство прокурора Кристофера Вайса, который попытается превратить их в сомнительные и вынужденные из-за неожиданной беременности. Итан позволил Скарлетт нарисовать эмоциональный и правдивый портрет Матиаса, а не двусмысленный образ, который до вчерашнего дня пытались продать газеты и телевизионные передачи. К сожалению, во время дачи показаний Скарлетт также пришлось вспомнить подробности проклятой ночи, когда Матиас положил конец жизни той жестокой женщины, чтобы защитить её и их ребенка. На протяжении всего выступления Скарлетт смотрела в глаза присяжным, надеясь, что они поверят ей, прочувствуют правдивость слов, и смогут увидеть больше чем представляемые «уличающие объективные факты».