Тайна лотоса (СИ) - Горышина Ольга - Страница 11

На лице больше не было улыбки, и в голосе действительно звучала тревога.

— Не больно.

— Тогда идём. И не пугай меня больше. Я и так ужасно напуган твоим падением. Давай же выйдем из отеля, и я расскажу тебе о своём страхе.

И Сусанна действительно шагнула за ним, хотя он убрал руку и вновь отдалился на подобающее здесь для незнакомых расстояние. Она пошла за ним из интереса. А что, Суслик, каждый день арабский принц делится с тобой своими страхами? Никто ведь не заставит тебя пойти с ним на ужин.

Глава 6

Реза не отпустил руки Сусанны, даже когда они благополучно добрались до решетчатых ворот, и даже усилил рукопожатие, будто она надумала пройти мимо музея. В этот момент он показался Сусанне слишком хмурым, и когда они подошли ко входу, между бровей его вовсе не осталось промежутка. Она полезла в рюкзак за билетом, который решила сохранить, как реликт — уж больно красивый был изображён на нём фараон, но Реза махнул рукой. Довольно грубо распихивая толпу, он протащил её мимо охранника и тут же оставил одну со словами:

— Я сейчас вернусь.

Сусанна отошла к стене, приготовившись к долгому ожиданию. Она не мечтала попасть в служебные помещения, но и не ожидала, что её бросят вот так без лишних слов. Не слишком-то вежливо, хотя поведение каирца ещё с самолёта не отличалось особой воспитанностью. С другой стороны, куда она пытается влезть со своим уставом! Удивительно, как он ещё не щёлкнул пальцами перед её носом, хотя она уже и так по струнке перед ним вытянулась, слушая по пути к музею изощрённейший бред. Он решил взять на себя вину за её встречу с велосипедистом. Вернее — на своё пожелание ей хорошего отдыха в Каире. Он сглазил её, но провидение привело его на место преступления, давая шанс искупить вину. Может, каирец использовал иные выражения, но именно в такой бред преобразовал услышанное мозг Сусанны.

Она заглянула в витрину, стараясь увидеть в стекле своё отражение, а потом вспомнила про телефон. Да и вообще она не проверила, как он и его верный друг, планшет, перенесли падение. Оба, к счастью, оказались целы, и камера на телефоне показала суженные зрачки. С ней всё нормально! Можно уйти от этого сумасшедшего. Благо до отеля рукой подать. И падать она больше не собирается. И тем более в его объятья!

— Put your phone away!

От холодного приказа Сусанна чуть не выронила телефон и с трудом сумела запихнуть его в рюкзак. Пришлось даже на пол присесть. Вот, она уже верной кошкой у ног его сидит. Скорее выпрямиться и сказать, что она чувствует себя достаточно хорошо, и он больше может о ней не тревожиться. И Сусанна так увлеклась составлением фразы, что даже не отпрянула, когда пальцы каирца скользнули ей под волосы.

— Это туристическая дешёвка, но глаз Гора остаётся глазом Гора.

Сусанна вжала подбородок в шею, чтобы рассмотреть очутившийся на груди кулон. Аляповатая кругляшка с раскрашенным в яркие египетские цвета иероглифом, изображающий глаз. Очень мило и очень глупо.

— Здесь подобное носят от сглаза, — Реза произнёс это с таким каменным лицом, что Сусанне пришлось ещё раз напомнить себе, что сумасшедшим принято кивать. Она поблагодарила и уже открыла рот для заготовленной фразы, как Реза вновь сжал ей запястье.

— Завтра я принесу для тебя действительно стоящую вещь, а это выкинешь или подружке подаришь, как сувенир из Египта.

— Вы не должны мне ничего дарить, — сухо выдала Сусанна, пугаясь жуткого слова «tomorrow». Она не собирается встречаться с ним ни завтра, ни послезавтра, и тем более брать дорогие подарки. Он, кажется, не понял, что она отказала ему в самолёте. Или согласие пойти в музей он расценил, как нечто большее?

— Я сам решу, что должен, а что не должен.

Теперь его пальцы причиняли боль, но вырвать руку не представлялось возможным. Она могла только сделать шаг к нему или туда, куда он её тащил.

— Мы должны победить твои страхи. Пошли к мумиям.

— Нет! — вот тут она довольно чётко сказала своё «нет», но он опять не услышал его, хотя несколько человек обернулось, но никто не решил отстаивать права неизвестной женщины. Пришлось бежать за каирцем покорной собачкой, чтобы сберечь руку, которую он считал уже своей собственностью. И вот они у цели. Здесь либо притушили свет, либо у неё уже помутилось в глазах от наглости новоявленного знакомого. Зал казался потусторонним миром, где туристы превращались в медлительные тени, а ей хотелось спринтером пробежать до выхода.

Раскланявшись со служителем, Реза медленно повёл Сусанну между стеклянных витрин. Сердце бешено колотилось, но мумии не имели к этому никакого отношения. В толпе она вновь оказалась совершенно беззащитной перед этим ненормальным, как было и в самолёте. Страшно представить, что такое остаться с ним тет-а-тет. Он явно не дружит с головой!

— Ну, всё хорошо? Мумии не оживают и не хватают тебя, так ведь? Ну сама подумай, как глупы эти голливудские истории про оживших жрецов. У них мозг удалили тысячи лет назад. На что они способны без мозга, даже оживи их?

Сусанна не могла отвести взгляда от его каменного лица. Он умудрился сохранить ту же серьёзность, с которой надевал ей на шею амулет.

— Истории про зомби-мумий годны лишь для американских комиксов. Чего ты боишься?

— Я… — Сусанна выдохнула, когда Реза наконец отпустил её руку. — Я не боюсь мумий. Они мне просто неприятны.

— Неприятны? Да, погляди, какой милый фараон…

Рука Резы легла ей на плечо, и кожа под его пальцами обуглилась, как у лежащей в витрине мумии. Абсолютно тёмное вытянутое лицо с высохшими тонкими губами и таким же носом, ну и глаза с аккуратно подведёнными ресницами. Красавец…

— Если бы он открыл сейчас глаза, был бы как живой, — мурлыкал ей на ухо Реза, прижимаясь щекой к её щеке. Его кожа горела, а её покрылась коркой льда. — Посмотри ему в глаза, — не унимался каирец. — Быть может, твой взгляд сумеет оживить фараона, и он ответит тебе таким же пронзительным взглядом.

Рука Резы вновь скользнула ей под волосы, и Сусанне на мгновение показалось, что он сейчас разобьёт её лбом стекло витрины. Она зажмурилась, а когда открыла глаза, завизжала — вместо тёмных век на лице мумии горели два чёрных глаза. Но через секунду перед ней оказалась белая ткань. Она ткнулась в грудь Резы и едва не прыгнула ему на руки.

— Everything’s fine, — шептал он ей в макушку. — Sorry for playing tricks on you. I’m really sorry.

Сусанна сползла по его брюкам на пол. Над ней тут же склонились несколько туристов, но она за клацаньем собственных зубов слышала лишь голос Резы, на повышенных тонах объяснявшегося с охранником. Потом он, как на улице, подтянул её за руки и приподнял пальцем подбородок. Она впилась взглядом в его спокойное лицо.

— Я думал, тебе понравится шутка. Я ошибся. Ты слишком впечатлительна. Как можно было поверить, что мумия открыла глаза… — И он расхохотался в голос, наплевав на туристов, которые все до единого, не до конца понимая, что случилось, переключились с мумий на визжащую девушку.

— Что это было? — Сусанна не понимала, как вообще сумела задать вопрос по-английски.

— Ничего, — голос Резы вновь стал сухим. — Я просто развернул тебя к соседней витрине. Гляди, как они похожи… Только у одного глаза закрыты, а у другого открыты.

— Это не смешно, — Сусанна пыталась не смотреть в сторону глазастой мумии.

— А я уже признал свою глупость. И попросил прощения. Я, честное слово, не планировал пугать тебя. Я, поверь, не тащил тебя сюда за этим. Это как-то в момент пришло. Я обещаю искупить свою вину. С этой минуты ты больше ни в чём не сможешь меня упрекнуть, Нен-Нуфер.

Он протянул к ней руку, но она успела спрятать руки за спину.

— Меня зовут Сусанна.

Реза ничего не сказал и направился к выходу. Сусанна поспешила за ним, только сейчас заметив, что сумка как была при нём, так и осталась. На лестнице он перехватил её взгляд.

— Я опоздал. Они ушли. Придётся вернуться завтра. И я помню про подарок. Я всё помню.