Бездна, полная звёзд (СИ) - Иванова Инесса - Страница 5

– Обещаете?

Иоанна рассеяно кивнула.

“Калькулятор”, напомнивший мне спичечный зеленый коробок, немного меньший, чем в прошлый раз, вновь возник в её руке. Повторилась та же процедура, в конце которой я почувствовал еле заметный укол в живот. Что- то горячее разлилось внутри, огонь растёкся по телу до кончиков волос.

Мои ярость и отчаяние давно рассеялись, не оставив следа. Против воли тянуло зевать, безуспешные попытки скрыть это вызвали милую улыбку доктора. Я улыбнулся в ответ. Возникло зыбкое взаимопонимание. Иоанна, нависающая надо мной была последним образом, что я запомнил перед черным сном.

– Всё в порядке! – отдаленно донёсся сквозь липкую темноту деловитый голос доктора. К кому это она обращалась?

***

– Сосредоточьтесь! – Иоанна была немного раздражена, хоть и старалась скрыть это под маской усталости.

Палата всё больше напоминала мне тюрьму. Я не мог выйти, сам позвать Иоанну тоже не мог. Не знал, сколько теперь времени, день или ночь. Жизнь сжалась до огороженного, пусть и удобного пространства.

Доктор сидела в кресле с прямой спиной и сомкнутыми коленями, напоминая надзирателя. В воздухе колыхалась проекция монитора размером с большую коробку шоколадных конфет. Перед глазами висела голограмма картинки, по которой я должен был сказать на что нона похожа. Отказаться не получилось: тест был обязательным.

– Я думаю!

– Не видно! – Иоанна была не в настроении. Я угрюмо рассматривал родимое пятно на её левой щеке. Некрасиво пялиться, помню! Но это меня успокаивало. А сейчас мне жизненно необходимо спокойствие. – Итак, давайте, ещё раз: что это?

Картинка ясна: чёрная клякса. Или амёба. Капля воды. Ничерта не ясна!

– Капля воды.

– Почему?

– Так нарисовали.

–Я спрашиваю не об этом. Почему капля? Говорите, слушаю! Время не безгранично, как и терпение.

– Думал, вы - сама невозмутимость.

– Конечно. Эмоции нельзя подавлять, помните? Для выписки необходимо пройти тест. Двенадцать картинок, и вы свободны.

– А какие правильные ответы?

– Те, что даёте.

– То есть я в любом случае выйду, что бы ни показал тест?

– Конечно, вопрос в том, когда, – кривая усмешка сделала лицо Иоанны зловещим. Словно не доктор это, а сама Смерть передо мной.

Так и знал, подвох! Её тёмные, почти чёрные волосы были собраны в идеально ровный пучок. Белый костюм, в противовес, кипельно чистый. Мадам Идеал требовала безупречных ответов. Жаль, я их не знал.

– Зачем этот тест?

– Он показывает психологическую зрелость.

– И каждый, кто попадает в больницу, должен его пройти?

– Нет. Амнезия редка, – её кисть дотронулась до висящей в воздухе амёбы. И вот на мониторе другая картинка - тонкий круг, разорванный справа. – Это?

– Разорванное колечко от связки ключей.

Её молчание показало, что я сморозил глупость.

– Почему кроме вас никто не заходит?

– Кого же вы хотите видеть?

– Медсестры, санитары.

Идеально прорисованные брови Иоанны поползли вверх. Через мгновение живая эмоция исчезла, её сменило прежнее выражение отрешённости.

– Устаревшие профессии. Черновую работу делают роботы. Помпу меняет врач. Мы не в каменном веке.

Когда-то тоже так рассуждал. Только в моём случае речь шла о жизни века, этак, девятнадцатого.

И всё же до конца я не верил происходящему. но подыгрывал Иоанне. На всякий случай.

– Как выглядят роботы?

– Ещё не видели? Маленькие, по колено, круглые с одним держателем спереди.

– Как корзины для мусора?

– Мусор уничтожается. В голове у вас всё смешалось. И откуда вы такой?

– Не поверите.

– Нет. Будем очищать мозг от мусора. Вернемся к тесту!

– Голова болит. Может, позже? Вчера я только из комы вышел.

– Нет, закончим сегодня, тест очень важен. У нас нет времени ждать.

Мои мучения продолжились. Иоанна более не отвлекалась на посторонние разговоры. На оставшиеся восемь картинок я говорил то, что первое приходило в мою  больную голову. Может, это я - псих?

– Всё. Молодец! Результат озвучу в ближайшее время, – торопливо поднялась Иоанна, будто этот визит был ей так же неприятен, как и мне. Пасс рукой, и картинки растаяли.

– А если провалюсь?

– Останетесь на неопределенное время.

– Пересдать можно будет?

– Истина в первом результате. Скоро вам принесут обед, до встречи.

Легкая бесстрастная улыбка напомнила мне об учёных, которые ставили опыты над людьми ради будущего. И посторонние оправдывали их. Потому что речь шла о других людях. Всегда легче оправдать палачей, пытающих кого-то неизвестного.

Что будет, если я не сдам тест, провалюсь? Останусь здесь навеки?

Поглощенный размышлениями, я не заметил, как у раскрытой двери застыл неожиданный визитёр.

***

Вчера впервые самолично увидел робота. Он походил на круглую корзину для мусора в шестьдесят литров. Только с одной рукой, торчащей на передней панели. Ни тебе мигающих кнопочек, ни притягивающих рычажков. А то я не устоял бы и обязательно нажал! Уборка, доставка еды на роботах - очень удобно. Других сотрудников больницы, кроме Иоанны я пока не видел.

Никто ничего мне не объяснял, расспросы же мои просто игнорировались.

Я пил чуть терпкий, бодрящий, с горчинкой утренний кофе, пыль корицы плавала сверху. Всё-таки здесь было неплохо! Надеюсь, таинственный Эллион платит и за еду в больницах!

Часов и окон в палате не было, но минуту назад я проснулся и имел право называть время утром. По здравому размышлению, Ева рано или поздно должна была явиться за ответом. А я подожду.

Еду приносили роботы, туалет и душ я нашёл в смежной комнате: и нигде не было ручек, кнопок или электронных замков. Всё работало автоматически, казалось, палата была живой и призванной потакать моим малейшим прихотям.

Через некоторое время я осмелился даже заговорить с корзиной, убиравшей палату. Тогда мне и пришла в голову мысль, попросить у неё кофе. Из корзины раздался странный звук, словно внутри кто-то тряхнул мешком, взболтав арбузные корки. Тем не менее, через пару минут мне доставили этот божественный напиток, который я смаковал достаточно долго, чтобы в полной мере насладиться его вкусом. Аромат на несколько минут перебил запах хвои.

Однако, кофе - не еда. Сейчас волновало только одно: как снова вызвать робота? Я бродил вдоль стен, скользя ладонями по гладкому изображению леса, пока не пришёл в исходную точку. На тумбочке и кровати, даже на кресле кнопки вызова отсутствовали, а в каком углу открывалась дверь, я не помнил.

Я метался между стенами, простукивал их там, где деревья смыкали ряды. Создавалось ощущение, что меня и лес разделяло стекло: иголки с нависшими каплями влаги чуть подрагивали при постукивании по стене. В воздухе разлилось напряжение, и предчувствия меня не обманули: напротив кровати в стене отъехала в сторону дверь. Бесшумный мусорный контейнер замер на пороге. Я нервно покашлял в ожидании реакции робота, в ответ получил тишину, тот, собака, застыл как вкопанный! Подойти к нему ближе я побаивался, мало ли что? Я хранил молчание, он тоже, будто вышел из строя. Безмолвие длилось вечность: я успел досчитать до ста. На лбу выступила испарина. Может, кинуть что в него?  Поверхность тумбочки была пуста, а искать внутри неё в присутствии робота не хотелось, как и оборачиваться к машине спиной.

Глупо разговаривать с корзиной для мусора, но я решился и попросил: “Сёмгу с картошкой”. Собственно, я назвал первое, что пришло в голову. Я понимал, что не в кафе, а передо мной не официант. Робот словно неодушевленный предмет застыл у двери. Что я сделал не так? “Сёмгу с пюре”. Корзина, едва я произнёс это, откатилась и скрылась за дверью.

Наверное, я шокировал уборщика и ждать еду как бы глупо, поэтому я растянулся на кровати до хруста в позвоночнике: приятно. Закрыл-открыл глаза, периферическое зрение уловило пятно на тумбочке. Я не успел испугаться, как увидел  свой заказ на тумбочке. Он стоял на бежевой поверхности так, словно всегда был здесь, без всякого намека на поднос. Контейнер торопливо скрылся за дверью.