Любовь Химеры 2 (СИ) - Истомина Елена - Страница 25

Кровь у герфиалов была темно-голубой и токсичной. Через минуту не останется и следочка от останков.

Довольно длительная схватка с вампиршей вымотала меня, так как потребовала невероятной концентрации внимания. Вампирша отчаянно боролась за свою жизнь и жизнь своих детей. Ее я понимала. Но нефиг прилетать на чужую планету и нарушать здесь правила пребывания. Девушка стояла там же, куда я ее поставила. Была еще под воздействием зова, очухается минут через 40.

Я покопалась у нее в голове. Выяснила, что живет она вот в доме напротив, в состоянии транса проводила до квартиры, велела поесть и ложиться спать. А утром она ничего и не вспомнит, счастливая. Муж у нее был тоже старше ее на 20 лет, преподаватель ее вуза, и они обожали друг друга. Хотя ее родители были в ужасе, и она с ними уже 2 года как не общается. Это единственная ее печаль пока что в жизни. Знакомая картина.

Я пешком дошла до ночного клуба Атлантида, самоотверженно зажигала там до трех утра, желая забыться и отвлечься. Как же давно я так не зажигала! Как же мне этого не хватало, оказывается! Танцы подняли настроение, освободили душу от тягот дня. Притомившись, села за барную стойку выпить коктейля.

— Не желает ли прекрасная богиня немного приукрасить свой вечер более откровенным способом?

Я посмотрела на симпатичного такого ориока, синекожего многорукого богатыря. Но сейчас он был, конечно, в экзекоже и был в не менее симпатичном человеческом облике молодого черноволосого мужчины с бородкой и усиками. А почему бы и нет, решилась я. Ориоки — одни из лучших любовников из всех рас, что у меня были.

— Желает, и еще как, — лукаво улыбнулась я, подавая парню руку и уводя за собой в одну из приватных комнат.

Мы зашли в комнату, едва я закрыла дверь, парень прижал меня к ней и начал страстно целовать в губы, я тут же ответила на умелые ласки.

— Ты клевая! — довольно облизнулся он, расстегивая свою рубашку. — Кто ты, не могу понять? Никогда прежде такой яркой ауры не видел.

— Она — химера.

Я вздрогнула, увидев Аверина, стоявшего в дальнем углу возле огромной кровати.

— И сегодня это — моя добыча, извини, родной, — муж так посмотрел на бедного ориока, что тот аж побелел, но все же отважно заявил:

— Леди сама решила пойти со мной.

— Кому леди, а кому супружница законная. Так что брысь отсюда, пока руки не повыдергивал!

Ориок от изумления открыл рот. Посмотрел на меня с презрением, как на шалаву какую. И счел за благо ретироваться, переместившись куда-то в пространстве.

— Ты как тут? — я плюхнулась на кровать с видом, как будто, так и надо.

— Дочь твоя подсказала.

— Черт!

От мысли, что пятилетний ребенок с чистейшей душой видел, что вытворяла на пилоне мамаша 5 минут назад, мне стало стыдно до слез.

Никогда больше себе такого не позволю! Никогда, никогда! Я закрыла лицо руками и глубоко дышала, пытаясь успокоиться. Блин, а ведь если бы Олега здесь не было, я бы изменила ему, я бы не остановилась. Слишком была заведена, слишком обижена. Тело требовало разрядки. Олег ходил по комнате, я посмотрела на него. И челюсть отвисла. Оказалось, муж раздевался.

Подошел ко мне, опустился на колени, снял с меня босоножки и начал покрывать ноги мелкими поцелуям. Иногда проводил по коже языком, отчего по мне с ног до головы побежали мурашки, дыхание участилось. Когда поднялся выше колена и стал целовать внутреннюю сторону бедер, чуть раздвинув ноги и задрав платье, я застонала, окончательно оттаяв.

Муж тем временем сдвинул кружевные трусики в сторону, и его язык проник в мое в влажное уже лоно. Как же дразнили, как же заводили его быстрые движения туда-сюда. А когда язык любимого проследовал чуть выше и начал так же игриво дразнить самую чувствительную точку моего тела, я потеряла над собой всякий контроль и с оглушительным криком, сминая покрывало, на котором лежала, выгнулась дугой, получая невероятное удовольствие. Муж не останавливался, к языку добавились еще и бессовестные, покоряющие меня пальцы. И я буквально рычала от удовольствия, граничащего с болью.

Наконец муж оторвался от меня. Закинул мои ноги на постель и лег рядом.

— Только я могу и буду делать с тобой такое, понятно? — услышала я шепот мужа в самое ухо, его руки сомкнулись на моем горле.

— Ты ж мне не ровня, — усмехнулась я.

— А плевать. Ты сама меня выбрала, и я уважаю твое решение…

— Тарх сказал, что в прошлых жизнях мы с тобой уже были мужем и женой, и однажды это вспомним, когда придет время. А за то, что выстрелил в меня тогда, тоже не вини себя. В этом больше вины Тарха. Он тогда завел меня в дом и не ушел. Он мог тебе помешать, но нарочно не стал, может, даже и подтолкнул к этому. А когда исцелял, нарочно сузил бедра так, что я долго не могла разродиться. И позвала на помощь его. Он пришел и принял роды, дал даже Илюше свою защиту. А когда мы ехали с Женей из избушки к Пелегину, подстроил нападение на меня, чтобы спасти, как супергерой. Он думал, что я возненавижу тебя и сама убью за сына, а потом с ним останусь, а я просить за тебя при всех стала. Ему ничего не осталось, как снизойти до милости. Мне Пелегин все рассказал, он понял.

— Подленько, однако, — скривился Олег, — не ожидал от него. Но понять его могу. Он боролся за самую шикарную женщину на свете.

— У него таких шикарных тыща штук по всей вселенной, судя по словам Тары

— Он — бог! Ему положено миры заселять, — засмеялся Олег.

Расстегивая молнию платья на груди, я села, муж сдернул с меня платье и попросил, глядя на пилон, стоявший посреди комнаты:

— Станцуй для меня.

Я встала, включила приглушенное освещение и музыку в стереосистеме.

Зазвучала нежная композиция Indila — Mini World:

Позвольте мне мечтать

Позвольте мне поверить,

Позвольте мне сказать,

Как судьбу поменять.

И если мы свободны,

То можем мы летать.

Пусть меня отпустят –

Так трудно мне дышать.

В этом мини, мини, мини-мире, мире,

Движение в замедленном темпе.

В этом мини, мини, мини-мире, мире,

Мечты, чтоб пели об одном мы все.

Эту песню я обожала. Она была нежной, плавной, и я показала мужу все лучшее, на что была способна, открыла ему всю душу, отдала всю любовь.

— Богиня, — выдохнул он, когда песня закончилась.

Я встала перед ним на колени на постели, и он тут же начал покрывать меня поцелуями пониже пупка, спускаясь все ниже и ниже. Я помлела немного, а потом откинула полковника на постель и вернула ему бурю наслаждений, что он подарил недавно мне.

меня не возбуждает так, как стоны мужчины, когда мои губы и язык касаются самого вожделенного. Я знаю, что в этом я непревзойдённая, и чувствую себя тогда королевой, богиней, повелительницей. Доведя мужа почти до грани, устроилась сверху. От нашего безумного ритма кровать, повидавшая, наверное, те еще виды, скрипела, как ржавые шпингалеты, но это не помешало нам получить безумное удовольствие и вдоволь накричаться. Муж был неистов, наказывая свою молодую жену за плохое поведение. Особенно долго муж мучил меня, подняв мои ноги вертикально и не разрешая опускать. Его движения были беспощадными ударами и причиняли боль, я даже запросила пощады, но меня лишь крепче за бедра взяли, стало совсем невыносимо. Муж еще и темп ускорил. И я неожиданно для себя получила невероятное удовольствие, кончив одновременно с мужем.

Мы полежали, приходя в себя. Потом вместе пошли принимать душ.

— Скажи ты специально пошла сюда, чтобы потрахаться? — спросил муж с улыбкой.

— Я шла не за этим, а потанцевать. Пар выпустить это само как-то… прости…

Я залилась краской.

— Да ладно, будем считать, что квиты, и проехали. Просто имей в виду, это заведение твоего жениха.

— …ять, — выругалась я, — наверняка ему доложат, что я здесь была.

— И даже покажут, — усмехнулся Аверин, — там, в уголочке над дверью, махонькая такая камера висит.