Любовь Химеры 2 (СИ) - Истомина Елена - Страница 82

Боже! О чем я думаю в годовщину смерти мужа!

Прости, любимый, прости! Никто, кроме тебя, мне не нужен! Но, разоткровенничавшись с Лаврентием, я и правда поняла вдруг, что мне этого не хватает: готовить завтраки и обеды, спрашивать вечером, как дела, и говорить «доброе утро» не только детям. Просто лежать рядышком, смотреть фильм или читать книгу, каждый свою, но рядышком. И говорить, говорить до полуночи обо всем на свете!

Как же мне одиноко без тебя, любимый!

Слезы градом катились по щекам впервые за 5 лет.

— Поплачь, милая, поплачь!

Я сама не заметила, как оказалась в объятьях генерала Гурта, бывшего моей тенью все эти годы.

Прижалась к родному почти уже плечу и выплакалась.

— Пойдем, государыня, пора, а то на обед опоздаем. По случаю годовщины.

Орлан утер мои слезы платком, когда я проревелась, и взял меня за плечи.

— Ты со мной рядом все это время, потому что он попросил?

— Да, на вторую ночь, как отошел.

— Почему ты его так любишь?

— Когда-то давно у меня была жена и маленький сын, они погибли, их затянуло в блуждающую черную дыру, когда они возвращались с Лисейры. Я с ума сходил от горя. Я пришел к Ягине, жившей тогда затворницей после ухода Велеса, пришел, чтобы она провела обряд кродирования. Я хотел к ним. А меня встретил мальчишка лет 5, как 2 капли воды похожий на моего Бориса, и говорит: «Дядь, а научи меня драться. А то папки у меня нет. А Снежка дюже оборотней боится». И с такой надеждой мне в глаза посмотрел, что я вновь почувствовал в себе силы жить.

— У тебя были отношения с Ягиней?

Я покраснела, как маков цвет.

— Не-ет, но я был женат на одной из ее кровных сестер — дочери Святогора, Вию-то они не кровные.

— Я знаю, я воплощение Майи.

— Ух, ты! А я был женат на Эле, Эльвине еще до того, как ты появилась в жизни анта. Но бог не дал мне детей больше, я видел, что она страдает от этого, да и тесть на кровных внуках настаивал, и, в конце концов, я ее отпустил. Потом женился на девушке с ребенком, когда ушел в подводный град. Мы счастливо прожили с ней более ста лет. Но она была человеком. Простой смертной. Люди жили тогда до 150 примерно. И когда она начала стариться, заметила первые морщинки, выпила яд, чтобы освободить меня, чтобы я не видел ее увядания. А я был с ней так счастлив все эти годы, что даже никогда не задумывался о том, что я неизбежно проживу больше нее, а она начнет стареть, увядать. Для меня это стало шоком, откровением. С той поры я больше и не женился.

— А кто из них был твоей парой?

— Никто. Не у всех она есть сразу, видать, не родилась еще моя. Может быть, в следующей жизни повезет.

Мы вошли на корабль, нам открыли путь на Альдебаран, через него откроют на Антлань уже, а сейчас мы были в чертогах Черного Кита.

— А сейчас у вас девушка есть?

— Два года уже как все от меня шарахаются, государыня, — усмехнулся генерал.

— Почему?

— Потому что уверены, что мы любовники, не знаешь разве?

— Вот же ж! Прости, я не хотела осложнять твою жизнь.

— Да ладно! Я и не заводил ни с кем отношений-то. Есть одна дама, которую дважды в неделю навещаю без обязательств уже много-много лет. И нас обоих это вполне устраивает.

— А, ну хорошо тогда.

Я выдохнула с облегчением.

— Ну а у тебя как? Парень понравился?

Глаза Орлана блестели озорством и любопытством.

— Понравиться-то понравился, а толку-то, — махнула я рукой.

— В смысле?

— После смерти мужа у меня совершенно пропали сексуальные потребности.

Я покраснела чуть не до слез.

— Вот сейчас меня целовал здоровый, красивый, пышущий силой мужик. А для меня все равно, что помидор, и то, наверно, раньше больше фантазия бы подогрела. Ни один мускул не дрогнул, ни одна мурашка не побежала, а какому мужчине это понравится?

— Может, дело в том, что ты воспринимаешь это подсознательно как измену мужу и поэтому не возбуждаешься?

— Может, и так. Но, по крайней мере, душевная потребность быть кому-то нужной, как женщина и жена, у меня уже есть. А телесной нет. Да и ладно, хуже, если бы была. Так легче ждать будет.

— Внимание! Сбой пространственного пути! — объявил наш корабль встревоженным женским голосом, — экстренная посадка на Альфе-5. Пристегните ремни, наденьте кислородные маски.

— Другую точку приземления выбрать нельзя? — спросил Орлан, пристегиваясь.

— Экстренное снижение, наденьте кислородные маски.

Корабль затрясло, как самолет при сильной турбулентности. А я вдруг подумала, что будет романтично увидеться, наконец, с мужем в день его смерти.

Глава 75

Мы видели на большом панорамном экране, как приближается серая, выжженная метеоритным дождем планета. Собственно, этот дождь продолжался и сейчас. Разные огненные шары, большие и маленькие, бомбили несчастную землю планеты.

Наш корабль не иначе как чудом избежал столкновения в воздухе с большим метеоритом. Орлан успел увести корабль вниз к земле. Но и там было не менее опасно.

— Идем, государыня, в корабле оставаться опасно!

Орлан схватил меня за руку, и мы бросились бежать от огненного дождя сверху. Позади один из больших осколков упал на наш корабль, и он взорвался. Орлан повалил меня на землю, закрывая собой от осколков корабля, летящих в голову, перекатившись, мы быстро встали и побежали дальше. Да вот только куда бежать — огненному дождю конца и края не видать.

— На северную сторону перенеси нас, просто на северную сторону, подальше отсюда. Там нет дождя, и там нас найдут. Просто подумай о севере, иначе умрем здесь!

Орлан скакал, как кенгуру, между горящими камнями, умудряясь еще и меня собой прикрывать.

Я сосредоточилась, подумала о северной стороне этой планеты в созвездии Большого Пса близ звезды Малый Сириус. Пространство задрожало, размылось, мы словно полетели куда-то и через несколько секунд оказались на зеленой редкой травке у речки. Вокруг были черные горы с белым снегом на вершине. Дул прохладный, освежающий ветерок.

— Уф, спасены! — засмеялся Орлан, обнимая меня.

Мы подошли к небольшой прозрачной речке, умылись, и Орлан стал пытаться связаться с Антланью по телефону, закрепленному в наручных часах. Связи почему-то не было.

— Давай поднимемся повыше на одну из гор, сможешь?

— Я и Вас туда на руках отнесу, если хотите, без проблем, — засмеялась я.

— Благодарю, я пока еще довольно крепок на своих двоих. Пойдемте вон к той южной горе, она самая высокая.

На полпути к вершине я потеряла один туфель, пришлось сбросить и второй.

— Позволь, государыня.

Орлан подхватил меня на руки.

— И как же Вы собираетесь взбираться вон на тот отвесный выступ со мной на руках? — улыбнулась я.

— Да с Божьей помощью. Иначе не пройдет и трех минут, вы в клочья издерете ступни, и тогда мы точно никуда не дойдем. Держитесь крепче за шею.

Орлан еще умудрился и сумку мою на плечо повесить.

— А Вам известно, я на четверть ящерица, — улыбнулась я, — поставь меня. Поставь.

Меня аккуратно поставили.

— Не пугайся только.

Я воззвала к ардонийским генам и тут же обернулась полуящером с темно-зеленой кожей в чешуйках с длинными, черными, загнутыми когтями и оранжевыми вертикальными зрачками в узких глазах. Рот был полон мелких, острых, как шилья, зубов. На голове вместо волос — гребень.

— Круто! — вздрогнул Орлан. — Вас случайно не серые создавали?

— Генные инженеры Ардонии и Урая, Глории, теперь они там живут.

— Неплохо получилось.

Что случилось дальше, я и понять не успела, мелькнула позади большая серая тень, глухой вскрик Орлана, гул и рычание. Обернулась — слева какой-то огромный зверь, сзади точно, как медведь, только раза в 2 больше, стоял на Орлане, припечатав его к земле. Я бросилась к ним, вскочила на зверюгу сверху, обняла и попыталась перерезать зверюге горло когтями. Шерсть зверя была мягкая, пушистая и теплая, такую бы на шубку самое то. Но зверь был слишком мощный, извивался всем телом. Пару раз, и я слетела на камни, зверь тут же наскочил на меня, наступив на грудь своим огромным весом в тонны 3, 4, не меньше. К счастью, руки оказались свободными, призвала меч Сварога и вонзила зверюге в бок. Вошел меч, к счастью, как по маслу, зверь взвыл, намереваясь шибануть меня своей огромной лапой по голове. Я вонзила в него когти, пронзив животное, зверь взвыл от боли, вскинув голову. Воспользовавшись моментом, полоснула по горлу свароговым мечом, что был в другой руке. Голова отлетела, как мяч, в сторону. Туша рухнула на меня всем весом. Хвала Рамхе, что ардонийская чешуя крепче стали раз этак в сто.