Всего лишь папа (СИ) - Спини Кэтти - Страница 23

— Ничего конкретного, все это на уровне подозрений. Я с Иоле говорил на эту тему, ей тоже показалось, что в глазах этого мужчины притаилась какая-то драма, и впоследствии это подтвердилось рассказом одного общего друга. Но рассказом весьма поверхностным, ничего толком не раскрывающим. И как вытащить наружу его историю, я не знаю.

— Хочешь использовать драму, чтобы заставить его оставить в покое Каролину?

— Ты догадлива.

— Будь осторожен. Твоя дочь может возомнить себя Великой Спасительницей, способной залечить его раны. А он потом все равно вернется к своей жене.

— Жены вроде нет.

— Тогда почему же ты противишься? Ну, кроме того, что он старый. Для нее, — уточнила Эмма, но я уже скривился. — Да не обижайся ты! В качестве парня восемнадцатилетней девчонки правда старый.

— Я противлюсь именно этому! — сказал я, оставив ее реплику без комментария. — Он использует ее, а потом пойдет своей дорогой. Что у них может быть общего? Он взрослый мужик, а она девчонка. У нее в голове одни дискотеки, тусовки и — иногда — будущие экзамены. А что в голове у него, я понятия не имею.

— А Каролина, конечно, пригрозила тебе, что если только ты попытаешься их разлучить, она уйдет из дома?

Я воззрился на Эмму большими глазами.

— Тебе Дами что ли рассказал? — догадался я мгновением позже.

— Дами? Нет, с ним я ни о чем подобном не говорила. Это лишь мое предположение. И, судя по всему, я угадала.

— Именно. — Я обреченно вздохнул.

Эмма в задумчивости потерла кончик носа, а потом поинтересовалась:

— А что натворил Элио? — наконец спросила она.

— Переспал с какой-то спортсменкой. Он даже имени ее не знал. А теперь она нашла его в фэйсбуке и сообщила, что на пятом месяце.

— Прелесть какая! — Ее реакция была точь-в-точь как моя. — А ребенок стопроцентно его?

— Я тоже думал об этом. Кто знает? Надо анализы делать, наверно…

— Не наверное, а точно надо.

— Сейчас? Или подождать до родов?

— Не знаю… — Эмма растерянно пожала плечами. — Что вообще вы собираетесь делать, если ребенок Элио?

— Эмма, я понятия не имею! Понимаю, что жениться на незнакомке крайне глупо, но бросать собственного ребенка — бессердечно. Дурацкая ситуация! — сердито бросил я.

Эмма одарила меня странным взглядом, впервые я видел такую мрачную тень в ее глазах.

— Это точно… Ладно, только не дави на сына. Ему тоже нелегко, понимаешь? Да, ошибочка вышла. Да, серьезная. Но теперь надо решать проблему, а не капать ему на мозги и давить на чувство вины. И потом, может, результат анализа снимет вопрос. Главное — не прессуй ребенка. У него и так проблемы с учебой, а тут еще и это. Он пока не вышел из нежного возраста, может еще больших глупостей натворить.

Я сосредоточенно сдвинул брови.

— Откуда в тебе столько познаний относительно воспитания детей? — спросил я с любопытством.

Эмма несколько мгновений неприлично пристально меня рассматривала. Она будто сканировала мой мозг, раздумывая, стоит ли отвечать на этот вопрос откровенно или все же соврать. Я приподнял бровь. Любопытство во мне уже полыхало.

— Вообще-то я мать девчонки в штанах с крайне колючим характером.

— Да ладно?! — округлил я глаза и в шоке уставился на нее. — Откуда ты ее взяла?

— Ты не в курсе, откуда дети берутся? Мне вот птица большая на подоконник подкинула, — без тени улыбки поведала Эмма.

— На подоконник? Какая экстремальная птица-почтальон. Потому и дочь такая.

— Угу.

— Почему же ты скрывала этот факт? — Моему изумлению не было предела.

— А что ты хотел? Никто не желает брать на работу молодую женщину, потому что она может внезапно уйти в отпуск по уходу за ребенком, и работодателю придется платить ей впустую. Никто не желает брать на работу молодую маму, потому что она может внезапно уйти в отпуск по уходу за заболевшим ребенком. А женщину в возрасте и с опытом тоже никто не хочет брать на работу, потому что у нее уже заскорузлый мозг и несовременный взгляд на вещи. Скажи мне на милость, когда нам работать и как вообще найти работу?

Я прыснул со смеху.

— Думаешь, только вам так сложно с работой? В Италии в принципе крайне сложно найти работу, если не иметь нужных друзей и родственников, — заметил я, отсмеявшись. Я вспомнил, как сам в свое время мыкался в поисках работы, пока не нашлись знакомые в области архитектуры. До этого я так и подрабатывал официантом.

— Нам, женщинам, и родственники с друзьями не помогают… — пробурчала она.

— Да, но ты не боишься, что теперь я тебя уволю за обман? — спросил я с доброй иронией.

— Ни капельки. У нас с тобой куча совместных проектов и полтора года искренней дружбы. Ты без меня не справишься, — заявила Эмма, не смутившись.

Я не переставал изумляться.

— Давно меня так не удивляли, как это сделала сейчас ты. Я даже не знаю… Может, не стоит тебе верить?

— Я тоже не могла поверить, что ты отец троих детей, одна из которых — официальная невеста нашего Дамиано. Когда я это услышала, то дар речи потеряла и сидела с открытым ртом, как удивленная сова.

— Хотел бы я видеть твое лицо, — снова рассмеялся я, а Эмма руками развела. — И кто раскрыл мой секрет?

— Не знала, что это секрет… Дамиано.

Хм… Не знал, что они так много и тесно общаются…

— Послушай… Но ты еще и замужем? — продолжал я допытываться до истины.

— Нет, — коротко ответила Эмма, давая понять, что на эту тему она не намерена распространяться.

— Вообще, это несправедливо! Ты знаешь все о моей жизни, а я даже не знал, что у тебя есть ребенок! — произнес я с ноткой обиды.

— Не потому, что я не доверяла тебе. Просто мне нужна была работа, а я не могла знать наверняка, возьмешь ли ты меня, если я признаюсь, что у меня есть дочь. Я хотела зацепиться за это место, доказать тебе, что могу быть хорошим сотрудником, не менее надежным, чем любой из твоих мужчин-архитекторов. Я тебе доказала, нет? Настал момент раскрыть правду.

— Твоя дочь не болела целый год? Или… как ты управлялась? Сколько ей вообще лет? — вопросы посыпались из меня, как из рога изобилия. Я на время даже отвлекся от своих проблем.

— Болела. Моя мама домохозяйка, она с ней и сидела. Дочери семь лет, она учится в школе, зовут София, характер ужасный. Как у меня.

Я в очередной раз рассмеялся.

— Не такой уж у тебя и ужасный характер…

— Я просто повзрослела и научилась вести себя по ситуации. А в детстве родители мучились со мной. Отец до сих пор припоминает мне, сколько раз в месяц мама ходила к учителю, к директору. Я была непокорная хулиганка.

— Занятно…

— Дочь отомстила мне за родителей. Теперь я хожу к учителям…

— Хм… Получается, и Элио отомстил мне… — почему-то подумал я. — А отец Софии где пребывает? — Я смело и настойчиво посмотрел Эмме в глаза.

— Он не знает о ее существовании, — призналась Эмма после некоторого раздумья.

— То есть как?

— Это был курортный роман. Ошибка, как у твоего Элио. Только я не смогла его найти. Правда потом я встретила его на том же курорте. Он уже был женат. И меня не узнал.

Я смотрел на свою ассистентку с глубоким сочувствием, прекрасно понимая, как тяжело ей было. Особенно морально.

— А ты мне когда-нибудь поведаешь, почему растишь детей один? — спросила Эмма тихо.

— Откровенность за откровенность? — хмыкнул я грустно. Эту тему я ненавидел и почти ни с кем не обсуждал, хотя все очень жаждали поговорить о моей личной жизни. — Когда родились двойняшки, моей жене предложили поехать в Японию. Она работает в одной международной компании, и предложение это было очень заманчивым, сулило сумасшедшую карьеру. Я не имел никакого желания ехать в Японию И был против того, чтобы она увезла туда детей. Думал, это ее остановит. Но я ошибся. Она уехала.

— И больше не возвращалась? — В голосе Эммы звучало крайнее изумление.

— Поначалу часто прилетала на выходные, благо денег ей там платили целую кучу. А потом… стала прилетать все реже и реже. Погрязла в работе, — сказал я отрывисто, пытаясь скрыть неприязнь.