Любовь напрокат (СИ) - Кобер Мелани - Страница 9

- А ты сегодня почти на человека похож, - заметила я. – Осталось подстричься и побриться. И материться поменьше. По какому вопросу?

- Ну, для начала хочу отметить, Елена Александровна, что выглядите вы сногсшибательно! Правда! Вот всегда бы так! Прямо кайфую, глаз радуется! Смотрел бы и смотрел! Хотя костюмчик вас тоже не портит. Но так всё равно лучше.

- А мы опять на вы? – стало неловко и в то же время приятно от потока комплиментов, поэтому и перебила.

- Да это я для вида. Перед сотрудниками.

- Мм… А пришёл зачем?

- Так должок за тобой. Забыла? – Пол, пошарив кармане брюк, достал сложенный листочек и бросил его на стол передо мной. Дурашливость его в один миг испарилась, лицо посерьёзнело.

- Да ладно! Ты опять издеваешься? – я сразу узнала вчерашнее соглашение, написанное на вырванном из моего блокнота, листочке. – Ты хочешь сказать, что это ты уговорил младшего Лисовского принять меня обратно?

- Младшего Лисовского? Уговорил? Хм… Ну можно и так сказать. Тут главное результат! Я обещал тебе, что устрою так, что тебя восстановят? Я сделал. Теперь твоя очередь исполнять договор. И я пришёл получить своё.

- Пол, ну блин… Я думала это всё шутка! Если бы я знала, что ты всерьёз собираешься просить за меня у шефа, то никогда бы не пошла на это, - в растерянности бормотала я, вспоминая пункт «Штрафные санкции» из нашего шуточного, как мне казалось, соглашения.

- Ну, мало ли кто что думал, Елена Александровна! Я свою часть выполнил. Так что теперь выбор за тобой. Или собираешь чемодан и по-хорошему переезжаешь ко мне, или…. Что там у нас написано? – Пол демонстративно взял соглашение и, немного прищурившись, громко зачитал:

 - В случае невыполнения договора, я, Степнова Елена Александровна, обязуюсь в семидневный срок выплатить полную стоимость испорченного имущества, а именно  мотоцикла «Vyrus 987» , в размере шесть миллионов четыреста девяносто тысяч рублей ноль копеек. И подпись тут чья-то. Не твоя случайно?

- Прекрати! Я прекрасно помню, что я там писала! Просто... Я уже сказала, что не думала, что… Да блин, как ты вообще умудрился это сделать?!

Я причитала, а Пол, кажется, начинал злиться - его лучистые глаза темнели, пропадала их лазурная прозрачность.

- А это важно? Ведь главное результат, разве нет? Так что решай скорее – выплата неустойки или сожительство?

- Блин, Пол! Ты же и сам понимаешь, что это бред! Ну? Хватит издеваться! Никуда я с тобой не поеду!

- Хватит! – неожиданно гаркнул он, стукнув кулаком по столу. – Договор, есть договор! Тебе не десять лет, и пора бы уже башкой думать, когда подпись свою ставишь! Или я, блядь, на клоуна похож?!

И горные озёра глаз стали-таки мутно-серым штормовым морем. Холодным и опасным.  Мне стало не по себе. Я поёжилась, машинально попытавшись отодвинуться от Пола на безопасное расстояние, но далеко ли уползёшь сидя в кресле?

- Ну? Похож? – орал он. Я мотнула головой, предпочитая совсем ничего не говорить. – Тогда, если я не клоун, какого хера ты устраиваешь цирк?

- Пол, послушай... Я... Без обид, но я, правда, думала, что это шутка. А теперь ты... Но я так не могу, понимаешь? Если бы я знала…

- Ладно, понял. - Он вытащил телефон и с каменным лицом принялся набирать чей-то номер. – Не можешь, так не можешь. Итого, Елена Александровна, у тебя есть семь дней. Возвращаешь шесть с половиной лямов - и свободна. Ах да, там ещё за Лилькину тачку с тебя – наружное наблюдение зафиксировало, что байк пихнула именно ты. Не знаю сколько ещё сверху насчитают… Но это меня и не касается. – И нажал на вызов. – Екатерина Леонидовна, вы Степнову уже оформили? Мм…  Ну тогда аннулируйте всё. Вчерашний приказ об увольнении остаётся в силе… Нет… Да… - и вдруг заорал: - Я что не по-русски говорю?! Блядь, да что ж вы все тут такие тупорылые? Уволена она! Всё! – и нажал отбой.

А я боялась шелохнуться. Что вообще происходит? Опять уволена? Второй раз за два дня? И почему он - курьер, выдаёт распоряжения? Да ещё и в таком тоне? Или опять спектакль? Или он дружок босса и творит, что хочет? В горле встал ком, против воли задрожал подбородок, и по щеке скользнула слеза.

- Освободи кабинет, - сквозь зубы процедил Пол. – Свободна, я сказал! И через неделю жди в гости. Я приеду за деньгами.

- Но... Где я возьму такую сумму?  Мне сейчас никто не даст… - хлюпая носом, выдавила я.

- А насрать, - пристально разглядывая потолок, скривился он. - Где хочешь, там и бери. Машину продай, квартиру… Ах да, у тебя же и на них кредиты… Ай-ай. Нехорошо-то как…

Меня не покидало ощущение, что он получает удовольствие, мучая и унижая меня. И это было как-то... Странно и неожиданно. В нём словно уживались два разных человека. Один - простой добродушный парень, любящий пошутить, а второй – хладнокровный монстр, питающийся моим страхом и слезами.

Господи, как же хотелось плюнуть ему в лицо или вцепиться ногтями и разодрать до крови эту наглую ухмылку!  Как он вообще мог показаться мне симпатичным? Скотина, самая настоящая!

- Но ты же не оставишь меня на улице? Пол… Я смогу все отдать… С зарплаты… Я буду каждый месяц перечислять…

- Нет. В соглашении прописан срок - семь дней. Вчера он тебя вполне устраивал, а договор, знаешь ли, дороже денег. И не забывай, что ты уволена – ещё вчера. Так что, о какой зарплате речь? Или уже нашла новое местечко, где тоже можно раздвигая ножки, взбираться по карьерной лестнице?

Меня вдруг замкнуло, и я кинулась на него, словно разъярённый зверь... И тут же, получив пощёчину,  рухнула обратно в кресло.

- Спокойно!.. – выставив перед собой ладони, испуганно выдохнул Пол. – Я не собирался тебя бить, Лен! Просто реакция... Извини! Извини, пожалуйста! – Подался ко мне: – Сильно? Покажи...

- Не трогай меня, - зашипела я, закрывая пылающий след на щеке. С новой силой хлынули слёзы, но не от боли, а от обиды.

- Ладно... – он бестолково потоптался на месте. – Я это... Короче, я всё сказал. Даю тебе последний шанс подумать. Десять минут. Если согласна, будешь жить, как королева. Нет – твоё право. Будем действовать в рамках соглашения.

Сволочь, какая же ты сволочь...

- Хорошо! Твоя взяла, - с замирающим сердцем поняв окончательно, что попала в ловушку, выдохнула я.

- Отлично! Сейчас позвоню в отдел кадров, скажу, что ты снова с нами! Так что можешь спокойно работать, а к девяти я подъеду за тобой к тебе домой. Будь добра, собери к этому времени свои вещи. И Лен... – глянул на меня слегка сконфуженно, словно извиняясь, - обещаю, тебе понравится. Не пожалеешь, вот правда! - Аккуратно свернул соглашение и спрятал его обратно в карман брюк. – Только не забудь - всё должно выглядеть очень натурально. Чтобы каждая собака поверила, что ты моя девушка. Любящая и любимая.

- Да пошёл ты! – буркнула я, и он хотел что-то ответить, но в последний момент передумал. Просто кивнул и вышел из кабинета.

Слава Богу, что в туалете никого не было. Я стёрла чёрные подтёки под глазами. Красный след от пощёчины полыхал нездоровым румянцем. Хоть бы синяка не осталось... Это ж надо! Не хватало ещё, чтоб мужик меня лупил…  Скотина! Чёртов ублюдок! Ненавижу!

Достала помаду и мазнула по второй щеке. Растёрла. Ну теперь хоть симметрично. Матрёшка, твою мать….

В кабинете меня уже поджидала Янка. Глаза её горели, словно она только что выиграла в лотерею.

- И после этого ты будешь делать вид, что у тебя с ним никаких делишек? – сходу выпалила она. – Воркуете, как голубки! А сама строишь из себя… Вон румяная какая. Целовались, небось?

- С кем? С курьером? Пфф… - Да уж, знала бы она, как мы тут ворковали, не говорила бы так!

- Ты в своём уме, Степнова? Какой курьер? Это сынок Григория Андреевича – Павел. Второй босс!

- Павел? Павел Лисовский? Ты уверена? – дурдом, начавшийся с самого утра продолжался. Я смотрела на Яну, как на сумасшедшую, а она – точно так же на меня. – Ян, да я видела его карточку, когда он в кафе расплачивался. Он не Лисовский, Ян! Чернов, какой-то, что ли...