Горький шоколад (СИ) - Щиброва Валентина - Страница 175

Марго неожиданно закашлялась.

— Может тебе не нужно сейчас столько говорить, — я подскочила с места, поправляя ей удобно подушку. Налив воды в кружку, предложила выпить. Марго не отказалась. — Тебе отдыхать сейчас надо, а не ворошить эту грязь. Черт с ними, Марго. Они получили свое. А кто не получил, уверена, еще заплатят за то, что помогали им.

— Стас сильно пострадал. Он постоянно был на телефоне, отвлекался, нервничал, орал на кого — то. В итоге мы вылетели на встречку и …

— Так, остановись, — просила ее с мольбой. Марго начало трясти от воспоминаний. — Все …все хватит. Не рассказывай. Не рассказывай, прошу тебя.

— Как Саша? — тут же спросила Марго хриплым голосом. — Как он?

Из ее красивых глаз потекли слезы.

— Я …честно скажу, не знаю. Рома говорит, что ничего… нормально. Держится. Конечно, он переживает за тебя очень, — я опустила взгляд в пол.

Мне не хотелось сейчас говорить о Саше, потому что, узнав об аварии сестры, он резко изменился. Он не позвонил мне, хотя обещал, что поговорим. Он вообще будто отдалился от меня неожиданно. Я понимала, что его очень подкосило случившееся с сестрой. Но почему он не дает мне себя поддержать, я не понимала. Мне казалось, что мы изменились, что Саша и я многое поняли, осознали, но как — то все еще больше усложнилось. По крайне мере в нем. Со мной был постоянно Рома эти дни. Приезжал. Звонил. Всегда интересовался, как себя чувствую. Так благодарна ему.

— Вы не помирились? — удивилась она.

— Мы …пока не виделись после того, как они забрали меня из того загородного дома, — тихо ответила ей. Я так скучала по нему. Я обо всем забыла. Эту историю с Ларисой. Мне было просто наплевать на нее. Мне важно то, что я, действительно, по — настоящему люблю Сашу. Безумно люблю. Я бы не смогла пережить утрату его. Отбросив страшные мысли, я посмотрела на Марго, которая внимательно разглядывала мое лицо. — Ему нужно время. Ты ведь знаешь его.

Я тяжело вздохнула.

— Надеюсь, что он снова не наделает глупостей, — тоже вздохнула Марго. — Я же теперь не смогу смотреть за ним, пока с гипсом. Маша, прошу тебя не бросай его, чтобы он не говорил. Не бросай его. Ему нужна ты. И он это прекрасно знает. Просто осел. Как всегда впрочем. Кроме тебя и Ромы, мне некого больше просить.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Марго снова закашляла, восстанавливая сиплое дыхание. Я гладила ее по руке, сочувствуя ей и жалея про себя.

— Тебе нужен отдых, — сказала я, — Сейчас уже медсестра придет.

— Обещай, Маша, — Марго устало закрыла глаза, — Обещай, пожалуйста. Ты мене больше чем подруга, больше чем сестра.

От ее откровений я не удержалась и поцеловала ладонь, ласково сказав, что люблю ее. Что обещаю присматривать за Сашей. И не только потому, что она так хочет, а потому, что по — другому я не могу. Я видела, как Марго через силу разговаривает со мной, да и медсестра уже вошла к нам, поэтому я попрощалась с подругой, сказав, что заеду завтра.

Все будет хорошо. Я верю в это. Как только вышла из палаты, тут же наткнулась на убитый взгляд … Саши. Я так растерялась, что даже прижалась к стене. Рядом с ним стоял Рома.

— Привет, Марусь, — улыбнулся Рома. Несмотря ни на что, Рома всегда старался всех подбодрить. Но остается только догадываться, что у него самого творилось в душе. Переживал не меньше нас.

— П-п-привет, — запинаясь ответила я, не сводив взгляда с Саши. На нем просто не было лицо. Будто и не Саша стоял вовсе, а серая тень его. Столько мучений отображалось в нем, столько тревожности, беспокойства, душевной боли. Так хотелось его обнять и прижать к себе, как маленького мальчика.

Саша отвернулся от меня. Он избегал моего взгляда. Стал нервно тереть свою шею.

— Вы … к Марго? — наконец я обрела нормальный голос. — Ей нужно поспать. Время посещения закончилось. И процедуры сейчас.

— Да …Саня хотел с ней увидеться. Вот привез его, — ответила Рома.

Саша вдруг развернулся в другую сторону и пошел ближе к выходу из больницы.

— Сань, ты куда? — окликнул его друг.

— Позже приеду, — буркнул ему Саша и скрылся за дверью.

— Плохо совсем, да? Рома? — с отчаянием я взглянула на него.

— Ну — у-у, сама …видишь, — он развел руками. — Ему тяжело, Марусь. Очень тяжело. Вчера напился в сервисе. Забирал его. Мы пока закрыли его. Не до ремонта. Хотя, ему нужно себя куда — то деть. Ковыряясь в машинах, отвлекся хотя бы. Но руки его поднимают только рюмки.

— А …сейчас куда он? — встревожено спросила я.

— Наверно, снова в сервис. Эй, Марусь!

Но я даже не повернулась, уверенным быстрым шагом шла к входным дверям больницы, на ходу оббегая встречающихся на пути людей и медперсонал. Уже тошнило здесь быть.

— Марусь? — снова позвал меня Рома, который тоже шел за мной следом, не отставая от меня.

Выскочив на улицу, я стала оглядываться по сторонам. Возле больницы находилось много машин. Еще этот мерзкий дождь начал моросить. Я запахнула полы джинсовки и, сбежав по лестнице вниз, остановилась на дороге. Увидев в нескольких метрах от главного входа припаркованную машину Ромы, я заметила, как под кроной дерева стоял Саша. Он уперся ладонью о ствол дерева, и опустил низко голову. На нем была одна футболка и спортивные штаны. Его плечи намокли от дождя, но он даже не обращал на это внимание, думая о чем — то своем.

Стремительным шагом направилась сразу к нему. Позади, уже молча, следовал Рома. Я остановилась за спиной Саши, наблюдая, как его грудная клетка тяжело поднимается и опускается, как рука сжалась в кулак, а затем медленно, напряженно разомкнулась. Он был на пределе. Я ощущала его энергетику, которая ничего хорошего не сулила. Но меня она нисколько не страшила. Потому что я была уверенна в том, что этот человек …мой любимый человек никогда не сделает мне больно физически.

— Сашенька, — начала я говорить ласковым тоном. — Нам нужно поговорить … милый.

Обернувшись на секунду назад, я увидела, как Рома сел в свою машину, не мешая нам разговаривать.

— Я знаю …как тебе плохо …нам всем плохо, — продолжала я, сокращая между нами расстояние, — Но…

— Замолчи! — с еле уловимой угрозой прошипел Саша, не оборачиваясь ко мне лицом.

— Почему? — тихо спросила я. — Почему ты меня отталкиваешь? Ты …мне очень нужен. И я тебе очень нужна, Сашенька. Нам сейчас нужно быть вместе. Просто забыть обо всем, что было до …

— Замолчи! — сквозь зубы уже прорычал Саша и резко развернулся ко мне, испепелив меня мрачным взглядом. Лицо совсем обросло щетиной, отчего его выражение еще больше казалось враждебным и агрессивным ко всему, что доставляло проблемы для Саши.

— Ну, прошу тебя, — уже отчаянно взмолилась я, сложив ладони между собой. — Пожалуйста, давай поговорим.

Он прекрасно видел, что я сейчас заплачу, но ни один мускул на его лице не среагировал на мой жалкий вид.

— Ты так себе делаешь еще больнее, — пыталась я пробиться в Сашино сердце. — Хватит, Сашенька…хватит наших страданий. Не мучай себя. Мы все делаем ошибки, но они и даются нам, чтобы могли извлекать из них опыт, и впредь не повторять. Шанс на исправление имеет каждый человек. Твой шанс настал сейчас, Сашенька. В наших силах все изменить. Все в наших руках, родной мой. Я …так люблю тебя.

Последние слова я уже прошептала, не сводя с него взгляда. Мои слезы вместе с дождем капали на одежду. Я кусала нижнюю губу, чтобы не разреветься в голос. Но получалось плохо.

Саша меня не слушал. Я всей душой это чувствовала. Он смотрел на меня и думал только о своем. Ну почему? Почему он так со мной? Я уронила лицо в ладони и тихо заплакала. Мне плевать, что кто — то смотрит на меня. Я желала только одного, чтобы Саша сейчас меня обнял крепко, желала увидеть тот же теплый взгляд, как в том загородном доме, когда спас меня. Чтобы он мне сказал «Маленькая, все будет хорошо. Я рядом. Я люблю тебя.»

Ощущая его приближение к себе, я прекратила плакать, вытирая щеки рукавом джинсовки. Мое тело дрожало. Оно и соскучилось невыносимо по нему, и ему было уже прохладно от дождя. Погода сегодня ветреная и не жаркая совсем.