Горький шоколад (СИ) - Щиброва Валентина - Страница 74

— Какие, твою мать, такие? Открывающую твою попу? А потом удивляетесь, почему мужики считают вас шалавами! Всё готовы вывалить наружу! — испепелял он меня взглядом.

— За словами следи! — рассердилась я. — Нормальные шорты. Ничего там и не видно. Совсем немного. И что? Они прикольные.

— Прикольно сейчас будет тебе, если ты не переоденешь их! — процедил он, почти в упор касаясь меня своим телом.

— Что? — от удивления открыла рот. Никто еще не позволял себе указывать мне, какую одежду носить. Даже мама никогда не лезла в мои вкусы.

— Да приеду сейчас, Рома! — грубо ответил он другу по телефону и убрал его обратно в карман. — Что стоишь? Иди переодевай!

— Ты охренел? — скрестила я руки на груди. — Что хочу, то и надеваю, понятно? Раскомандовался.

— Не будешь, да? — пригрозил он мне.

— Если ты думаешь, Саша, что силой можешь заставить, то глубоко ошибаешься. Мне захотелось надеть шорты, я и надела. Вот, что хочешь делай, но даже не … Эй! Нет! А ну верни! — запрыгала я возле него, пытаясь дотянуться до его руки, поднятой вверх с моими ключами, которые он нахально выхватил из моих пальцев.

— А никто силой и не собирается, — с победой в голосе протянул он. — У тебя выбор. Либо ты снимаешь эти чертовы шорты, и я спокойно еду на работу, или я закрываю тебя здесь на целый день, и ты ни в какой Муром не едешь.

— Думаешь, ты крут? — с силой пихнула его в грудь, яростно смотрев на него. Саша улыбался, даже не сдвинувшись с места. — Наглец! Дурак! Так не честно!

— А кто сказал, что будет честно? — оскалился он.

— Ты — обнаглевший, самоуверенный, неотесанный чурбан, возомнивший себя пупом мира. Я не рабыня, ясно? У меня есть свои права! — выкрикивала я.

— Ха-ха-ха, — искренне засмеялся Саша. — А ты мне хорошую идею подала. Никогда еще у меня не было рабынь.

— Идиот! — в сердцах пихнула его и отвернулась, гордо задрав подбородок. — Вот и опаздывай. Сам теряешь время.

— Как скажешь.

Услышав звук открывающейся двери, я резко развернулась, хватая его за руку.

— Нет, стой! Стой! — но Саша, не обращая внимания, открывал дверь шире, отодвигая меня в сторону. — Нет! Остановись! Ты ненормальный что ли?

Он посильнее толкнул меня вглубь комнаты и тут же перед моим носом захлопнул дверь, оставляя меня одну.

— Дурак! — слезно стукнула я в дверь кулаком. Саша повернул ключом в замке. Стало очень обидно и плохо, что бросил меня, что посмел лишить возможности уехать. — Чтоб ты скатился с лестницы! Чтоб у тебя машина сломалась! А лучше пусть Рома тебе всыпет по полной! А-а-а!

В злости потопав ногами, не знала, что еще придумать и, с еле сдерживаемыми слезами побежала в комнату. Упав на диван, животом вниз, крепко зажмурила глаза, лишь бы не разревется. Да пошел он! Сразу вспомнились слова Марго о том, готова ли я выдержать такого человека, как Саша. С его невыносимым характером и жесткими выходками. Ну уж нет! Не дам ему такой возможности поиздеваться и распоряжаться мной. Черт, что же делать? Что скажу маме? Пока мой мозг усердно думал, как выкрутиться из такой ситуации, в прихожей послышались шаги. Я замерла в одном положении. Вернулся все — таки. Да неужели?

Увидев его ноги около моего дивана, лениво повернула голову и медленно, не скрывая своей злости, уставилась ему в глаза. Только посмотрите, сколько в них торжества? Мысленно послала его в далекий путь.

— Даю тебе последнюю возможность надеть приличную вещь, — мягко сказал он, не подходя ближе. — Последний. Иначе я уеду уже без шуток, и ты пробудешь одна дома до позднего вечера.

— Без шуток? — вскочила я. — Да я тебя сейчас прибью!

— Пять минут, — ухмыльнулся он. Медленно подошел ко мне и, склонив голову на бок, мимолетным движением губ коснулся моих. И вышел из комнаты. Обалдеть!

Я в изумлении открыла рот и чуть не зарычала от его хамского поведения. Но, поняв, что лучше не провоцировать, иначе не попаду домой, рывком открыла шкаф. Стянув с вешалки первую попавшуюся длинную юбку, нацепила на себя. Припомню тебе, Саша!

Он ждал меня в подъезде. Оценив мой наряд, отдал мне ключи. Я молча закрыла дверь и, не удостоив его вниманием, вызвала лифт. Саша же только исподлобья посматривал на меня разгневанную, улыбаясь одними уголками губ. Не делал попыток для примирения или извинений.

Первой выскочив из подъезда, я уже было направилась на остановку, как на крыльце дома увидела Марго, одетую в фиолетовый красивый сарафан. Волосы красиво уложены в прическу, а на глазах — темные очки. Заметив нас, помахала.

— Не выдержал. Примчался, — подкалывала Марго, внимательно наблюдая за Сашей. — Даже на работу не поехал. Ты меня удивляешь, братик.

— Свой дебильный подкол можешь засунуть в одно место! — рявкнул он, доставая ключи от машины. — Сама какого хрена опаздываешь? Вечно со своей блондинкой жрете.

— Фу — фу, Саша! — поморщилась Марго, веселясь. — Что за жаргон? Культурно посидели немного. Я и не напивалась. Просто у Ларисы горе.

— Какое горе? Деньги папочка не дал? Или ноготь сломала? — с сарказмом ответил Саша.

— Саша, бывает, что человеку может быть грустно, одиноко. Она одна. Некому приласкать. Может влюбиться хочет? — Марго сняла очки, мне подмигнув. Но меня ее разговор о Ларисе бесил.

— Поэтому она еле живая приехала ко мне? Скоротать вечерок? — недовольно сказал Саша, подходя к своей машине. Марго последовала за ним. Я же осталась на месте. — Дура! Как только в аварию не попала? И менты не поймали. Хотя папочка отмажет. До чего же бабы тупой народ!

Так хотелось ему треснуть по лбу за обобщение.

— Вот видишь, как ты ей нравишься, — не унималась Марго. Зачем она это делает?

— А мне нет! Силиконовая кукла с прямой извилиной в голове.

— Ха-ха — ха, — Марго громко засмеялась зачем — то снова посмотрев на меня. Я насупилась, давая понять, что она ведет себя по — идиотски. — Саша, так и скажи, что тебе нравятся такие милые девушки, как Маша. Вернее, одна девушка.

— Что — то ты развеселилась, сестренка! — скривил он лицо, изображая Марго. Я чуть не засмеялась от его смешного выражения лица. — Получишь сейчас выговор на работе!

— Мой начальник душка. Добрый, — пролебезила она.

— Кто бы сомневался, — только сейчас он посмотрел на меня. — Чего встала там? Садись?

— Зачем? — переспросила я.

— Отвезу тебя на вокзал.

— Тебе же на работу. Езжай. Я и на автобусе доеду. Не опаздываю. До Мурома много маршруток ходит.

— Меня подвезешь? — спросила Марго.

— Вот еще! — брякнул Саша, открывая водительскую дверь. — Пусть павлин разукрашенный тебя возит.

— Ну, Са-а-а-ша, — взмолилась она, сложив ладони возле груди. — Плиз. От вокзала же не долго до моей фирмы. Почти рядом.

— А я, когда попаду на свою? Ромка там рвет и мечет, — он сел в машину. Марго подошла к его окну. — Отстань.

— Ты мой самый любимый брат, — промурлыкала Марго, наклоняясь к окну. — Добрый, ответственный, никогда не бросишь в беде. Разве ты посмеешь отказать в помощи своей родной сестренке в столь нелегкий час? Ты же сам сказал, что будешь по возможности мне помогать? Ну, Сашечка … ну хороший.

— Вот крыса мелкая! Приелась! — хохотнув, Саша оттолкнул ее от машины. Даже не поняла, в какой момент я с умилением наблюдала за их ребячеством. Все мое негодование куда — то исчезло, но показывать ему я не собиралась. — Садись в машину. Нелегкий час у нее. Маша, долго будешь там топтаться?

Марго, довольная собой, села на заднее сиденье. Поправив свои очки, я медленно спустилась с крыльца и грациозно, словно пантера, шла к машине, покачивая бедрами. Саша усмехнулся только, но ничего не сказал. Я села рядом с Марго.

— Молодец! — шепнула она в ухо, чтоб не услышал Саша. — Так держать! Он на крючке.

Я заулыбалась, удовлетворенно закусив губу, но, уловив Сашин взгляд на себе через панорамное зеркало, сделала серьезный вид.

Саша нажал на газ, выезжая с парковки, и включил музыку.

— Марго, твой брат только что заставил меня снять шорты и надеть юбку. Видите ли, ему они не понравились. Попу видно, — не смогла удержаться не рассказать Марго. Из — за музыки Саша не слышал наш тихий разговор. Марго посмеялась. — Не до смеха как — то было.