Горький шоколад (СИ) - Щиброва Валентина - Страница 91

— Чёрт, да заткнись ты! — мои нервы трещали по швам. — Пошла на хрен!

Лариса с видом побитого щенка, прижалась к шкафу. А я ее недооценила. У неё талант по разыгрыванию спектаклей. Саша мимолетно взглянул на сжавшуюся Ларису, которая искала в нем поддержки, но так и не дождавшись ее, перестала стонать. Стоило Саше повернутся ко мне, Лариса плотно сжала губы, пуская в меня невидимые стрелы, пропитанные ядом.

— Саш, я …только хотела поговорить с Марго, — виновато пробубнила я. — Я раньше освободилась …поэтому…

Не договорив, опустила взгляд на своё промокшее платье. Да за что меня отчитывают? Я ни в чем не виновата! Почему он смотрит на меня осуждающим взглядом? Только потому, что заставила его подождать?

В прихожей показалось Марго. Не поднимая головы, покосилась на неё. К глазам подступили слёзы, но стойко их сдерживала. Не дождутся! Марго обратилась к Саше, игнорируя меня, но мне было совершенно не интересно слушать их разговоры. Никого не хочу видеть.

Обойдя Сашу, открыла входную дверь.

— Маша! — окликнул он.

— Нет! — резко оборвала его, поднимаясь по лестнице домой. Слезы потекли по щекам, ещё больше зля меня.

Вбежав в комнату, в ярости сдирала с себя ненавистное платье.

— Выкину тебя! Выкину! — отшвырнула его в угол, оставаясь в одном нижнем бельё. — Чёрт! Как же меня она достала!

Направившись в ванную, с сожалением осматривала свою исполосованную щеку в зеркале. За что мне это? Надо было вцепиться ей в отместку. Достав из шкафчика антибактериальное средство и вату, с осторожностью обрабатывала достаточно глубокую царапину.

В прихожей послышался шум шагов.

— Маша! — рассерженно звал меня Саша. — Ты где?

Открыв кран, сполоснула лицо, чтобы смыть слёзы. Услышав журчание воды, Саша сразу вошёл ко мне.

— И что, твою мать, это было? — навис он надо мной.

— Что? — уперлась в раковину ладонями, спрятав лицо в распущенных волосах без завитых локонов.

— Что за капризы? Ты решила меня побесить? — Саша подошёл ко мне. Кожей ощущала его раздражение. В нос ударил приятный запах туалетный воды.

— Нет.

— Тогда что ты устроила? Я, сука, решил сделать тебе свидание, как ты и хотела. И что я вижу? Ты дерешься, как малолетняя девка, а потом надув губы, сбегаешь от меня? Дерьмо не поделили?

— Саша! — резко выпрямилась и вставала напротив него. — Что ты несешь? Посмотри на меня!

— А что я в тебе не видел? — его глаза горели огнём. — Ты какого хрена пошла к Марго? Мне сугубо плевать из — за чего вы там цапались! Сама виновата!

— Саша, — вполголоса произнесла я, дрожащим голосом.

— Не строй из себя жертву. Тебя никто за уши не тянул к моей сестре.

— Мы с ней поссорились и неделю не общаемся. Я хотела помириться.

— То есть, как сейчас, времени больше не будет у тебя. Так? — склонил он голову на бок, опустив на секунду глаза на мою тяжело вздымающуюся грудь. — Вот именно сейчас тебе нужно было тащиться к ней!

— Саша, я же объясняю, что рассчитывала успеть. А с ней оказалось эта белобрысая! — обиженным голосом оправдывалась я.

— Белобрысая? — прищурился он, окончательно разочаровываясь в моём поведении.

— Да. Саша! — повысила я голос, тряхнув головой. — Почему ты делаешь меня виноватой? Лариса окатила меня водой и поранила. Она сама начала! Я ее не трогала. Почему ты так злишься, я не понимаю? Тебе меня …не жалко?

Так устала от его сурового взгляда, от его сердитого тона. Мне плохо, что хороший вечер заканчивается скандалом. И я просто хочу, чтобы Саша меня приласкал и обнял.

Не отрывая от меня взгляда, Саша подошёл ко мне вплотную. Он не прикасался ко мне, отчего мне становилось ещё хуже. Наклонив голову ниже, приблизился к моему лицу. Близость будоражила меня, но Саша был неумолим. Никак не реагируя на мой трепет, он хрипло произнёс:

— Нет. Не жалко. Ты сделала свой выбор, девочка. Ты сама этого захотела.

— Ты дурак? — в отчаянии стукнула его по плечу. Предательские слёзы застилали мои потекшие от туши глаза. — Какой, блин, выбор? Хочешь сказать, раз задержалась, пошла в задницу?

— Делай выводы, склочница! — хладнокровно ответил он.

— Ах! Как ты можешь? — вытерла в злости слезу.

— Пореви. Может поумнеешь.

— Хватит! Я не верю, что мы ссоримся из — за глупой ситуации! — помотала я головой. — Это маразм, Саша!

— Маразм — это то, что ты решила заниматься какой — то хренью. А теперь ждешь, чтоб пожалел тебя несчастную.

— Молчи, — прошептала я, закрывая глаза. Было желание прогнать Сашу из квартиры. В его глазах я выглядела каким — то ничтожеством. — Я тебя не понимаю…

— И не надо. Понять меня невозможно. Ты сама захотела быть со мной. Смирись или бросай на хрен.

— Что? — взревела я, хватая его за ворот рубашки. — Знаешь, кто ты? Знаешь?

— И кто? — на Сашиной щеке дернулся мускул.

— Слабак! Легче сказать, что я плохой, зачем нужен, бросай меня. Чем взять себя в руки и стараться идти на компромиссы, стараться хоть как — то уступать, усмирять свой пыл, не делая поспешных выводов, не выплескивая свой гнев. Саша, нужно слышать друг друга, доверять и делать все, чтобы нам было …хорошо.

— Твою мать! — громко засмеялся Саша. — Я на приёме у психолога? Решила мозги промыть? Ну и зря.

— Слабак! — сжала я кулаки. — Тряпка! Бесхребетное животное!

— Замолкни! — прорычал Саша, резко схватив меня за подбородок, делая больно. — Ещё одно слово …

— И что? А? — прожигала его взглядом. — На что хватит твоего ума? Закинуть в ванную? Или прокатить с ветерком? Или грубо возьмешь меня? Что?

— Закрой рот! — процедил Саша, сильнее сжимая мой подбородок. Зажмурилась от его сильной хватки. — Никогда не смей меня провоцировать, поняла? Ты знаешь, что будет, если я сорвусь. Я не отвечаю за последствия! Это тебе ясно?

— Будешь отвечать! — промычала я невнятно. — За каждое своё действие ты несешь ответственность.

Саша разжал пальцы, отступая назад. С трудом сдерживал своё бешенство, глаза метались по мне, губа нервно дергалась. Я невозмутимо смотрела на него, показывая свою несгибаемость, хотя в душе все дрожало и болело. Наша ссора разрасталась, как сорняк, вытесняя наружу негатив и неудержимую злость.

— Молчи на хрен! — Саша прикрыл глаза, сжимая и разжимая кулаки. — Я, сука, сейчас все здесь разнесу.

— Саша, я …не понимаю, — тихо сказала, не стараясь больше доводить его до неконтролируемого безумия. — Ничего же не произошло катастрофического. Почему так себя ведешь?

— Маша! — прогремел он. Испуганно моргнув, обняла себя за плечи. — Замолчи, твою мать! Не надо меня лечить! Или я просто заткну тебя в грубой форме.

Мои губы задрожали от его слов.

— Уходи, — прошептала я. Саша нервно провёл рукой по волосам. — Я устала. Уходи! Оставь меня одну!

— Уверенна? — Саша внимательно смотрел на меня.

— Да! — из последних сил ответила я.

Саша развернулся и пнул дверь ногой. В прихожей раздался громкий мат и тупой удар кулака о стену. И только, когда в моей квартире наступила тишина, я безвольно опустилась на край ванной и, дав волю эмоциям, разрыдалась. Я жалела себя. Жалела, что пошла к Марго, что на мне отыгралась Лариса и я повелась, схлестнувшись с ней и … Саша еще. Господи, что произошло? С чего он вспылил, нагрубил? Ни с чего довел до тряски и безудержного плача.

— Саша, — плакала я. — Сашенька …прошу тебя не поступай так со мной … мне так плохо.

Выплакавшись, я замерла в одном положении и безразлично разглядывала плитку на стене. Мои силы иссякли окончательно, и я просто хотела лечь в кровать и уснуть

От звонка в дверь я вздрогнула.

Глава 29

Звонок неприятно резанул мой слух. Я напряглась, предполагая, кто может явиться. Только не Саша. Нет. Я не готова для очередного препирания с ним. В дверь снова настойчиво позвонили. Заставив себя подняться на ноги, стянула с вешалки махровый халат. Руки дрожали, сердце стучало, как сумасшедшее. Что еще Саша может сотворить, чего ожидать? Собрав всю свою волю в кулак, поглядела в глазок, но, увидев на площадке совсем другого человека, с облегчением выдохнула и, не раздумывая открыла дверь, которая к тому же была незапертой.