Ведьма для Чужестранца (СИ) - Иртэк Нэм - Страница 10

— Это эйфория. Откат.

В комнате появился Яр, остановившись, он некоторое время наблюдал за нами, после чего ушел в чулан. Вернулся оттуда с большой кружкой, из которой с жадностью принялся пить воду, внимательно разглядывая ребенка. А я, словно загипнотизированная, смотрела, как по его рубахе стекают, впитываясь и оставляя серые следы, капли воды. И когда малыш на моих руках пошевелился, словно очнулась, решившись озвучить свое единственное и самое сильное желание в этот момент.

— Ну и пусть, что эйфория. Я хочу стать ведьмой. Инициированной. Поможешь?

Маг поперхнулся, перестав пить и посмотрев на меня не просто с удивлением, а самым настоящим ужасом. После чего с громким звуком поставил кружку на стол, да так, что я подумала, та расколется, и резко ответил.

— Нет!

Я даже отрыла рот возмущения и недоумения. Ему тут, можно сказать, женщина себя предлагает, а этот гад так неправильно реагирует! Но высказать вслух ничего не успела, с улицы раздался звон, свидетельствующий о том, что кто-то пришел и ждет за воротами хозяина.

— За твоим первенцем, наверное, — хмуро бросил в мою сторону маг и направился к выходу, махнув рукой, чтобы следовала за ним.

— Ничего, мы и не таких видали! И вообще не один же он маг и мужчина в этом мире, правильно?! — обратилась я к другому представителю сильного пола, уже более осознанно и с интересом на меня смотрящему, но он, естественно, ничего не ответил.

Подойдя к воротам, я увидела, как Яр впускает ту самую женщину, что приходила утром. Она сразу бросилась ко мне и, увидев чистое лицо своего внука, заплакала, уже в который раз за этот день бухнувшись в ноги, а после так и вообще попытавшись поцеловать мне руку, которой я поддерживала ребенка снизу. Мне только и оставалось, что сделать шаг назад, но женщина не осталась на месте и на коленях двинулась следом. Н-да, никогда мне не привыкнуть в местным проявлениям благодарности. Хорошо, что маг вовремя пришел на помощь.

— Не утомляй госпожу, она довольно потрудилась ради твоего внука! — только суровый голос Яра заставил горожанку остановиться и подняться на ноги. — Береги мальчишку и богам помолись за его спасительницу. Помни, обещала молчать!

— Да-да, — закивала женщина, к которой я не без опаски приблизилась и протянула ребенка. — Век буду о вас молиться. И вот, примите. Чем богаты.

Мне протягивали кошель, в котором позвякивали монеты. Но, как ни нужны были средства, рука отчего-то не поднялась взять явно не лишние деньги в этой бедной семье, судя по многократно штопанному платью визитерши. А вот у Яра никаких сомнений не возникло, он подошел к нам, принял у женщины плату за услуги и кивнул.

— Пусть на благо пойдет.

Поклонившись и еще несколько раз меня поблагодарив, хотя я-то знала, чья на самом деле заслуга — спасение ребенка, женщина ушла, а мы остались с магом вдвоем.

— Зачем деньги взял? Не бедствуешь ведь.

— Нельзя обесценивать твои услуги. Да и местные верят в то, что даром только плохо сделать можно, а если дорого заплатить, значит, все хорошо будет. Я на всякий случай еще заклинание обновляемое поставил, чтобы болезнь не вернулась, а без него им пришлось бы гораздо больше на лекарей потратить. Пусть не в прежнем виде, но проявилась бы эта беда рано или поздно. Идем, ужинать пора. Коли уж осталась, накорми, устал я сегодня.

Даже зная о своих весьма скромных кулинарных способностях, то есть абсолютном отсутствии навыков приготовления пищи в условиях средневековья без нормальной кухонной техники, множества приправ и рецептов с четкими указаниями количества продуктов и последовательности действий, спорить не стала. Слишком уж плохо выглядел маг, хотя я уже почти не ощущала последствий проведенной операции. Пусть нам не пришлось тратить время и силы на то, что обычно требуется при проведении подобных мероприятий — ни инструменты стерилизовать, ни помещение обеззараживать, ни швы накладывать, в этом был безусловный плюс использования магического лечения, но энергии отдать пришлось много.

Кроме нескольких штук овощей вроде наших кабачков, да топленого масла, уже испробованного мною утром, более не нашлось ничего из того, что мне было бы по силам приготовить. Поэтому в печь отправился чугунок с данным набором, а я, подбросив в печь еще дров, приготовилась ждать, когда ужин можно будет подавать. Ориентировалась исключительно на запах, поскольку лишний раз рисковать собственным здоровьем, доставая горячую посуду, в которой все готовилось, не хотела. И когда слегка пахнуло жареным, извлекла чугунок, используя деревянное, но обитое металлическими пластинами длинное приспособление, раздваивающееся на конце ровно по размеру горшка.

Разложила по так удивившим меня своим наличием в доме светлым тарелкам и позвала Яра, который отдыхал у себя в комнате. Добудиться мага сразу не удалось, а мне не хотелось, чтобы еда остыла, поэтому довольно резко встряхнула мужчину, когда поняла, что на голос он не реагирует. Яр же, не открывая глаз, схватил меня за плечи и, перевернув на спину, прижал к кровати, прорычав какое-то ругательство сквозь зубы. Я затихла, не зная, чего ожидать, но не желая провоцировать, очевидно, находящегося не в себе мага. И когда, наконец, он посмотрел на меня, стало по-настоящему страшно. Глаза Яра из человеческих превратились в нечто совсем иное. Ни радужной оболочки, ничего, что позволяло бы понять выражение, с которым на меня смотрело опасное существо, что ощущалось на подсознании, не было. Сплошная темнота, как будто кружащаяся и гипнотически затягивающая, холодная и пронзительная.

— Мамочка, — непроизвольно вырвалось только одно слово, но разительно изменившее ситуацию.

Маг отпрянул, словно я окатила святой водой вампира, и через секунду оказался в самом дальнем углу комнаты. Я тоже решила не задерживаться и ретировалась, забыв сказать, зачем приходила. Вернулась почему-то к столу, а не выбежала на улицу, как будто опасным хозяин дома был только в своей комнате, но в состоянии шока не всегда включается логика. Положила руку на грудь, пытаясь унять сердцебиение и восстановить дыхание, что, конечно, никак не было связано, но привычка есть привычка. И подскочила, как ужаленная, с лавки, когда вошел Яр.

— Не бойся, — маг остановился в дверях, протянув в мою сторону руку и демонстрируя открытую ладонь. — Не делай так больше и ничего не случится. Я уже в норме. Ужин?

Кивнула, сглотнув то ли от голода, о котором уже и думать забыла, то ли от так и не отступившего страха. Вселяло надежду лишь то, что глаза моего гостеприимного хозяина и в самом деле вновь стали нормальными. И все же я еще простояла некоторое время, готовая, если что, сразу рвануть на выход, но вроде обошлось. Яр молча ел то, что я приготовила и честно положила в его тарелку почти не горелое, оставив самую вредную часть себе. Потом, когда еда закончилась, опять же, не говоря ни слова, сходил за водой, которую пил уже спокойно, усевшись обратно за стол.

— Сегодня уже не буду ничего выяснять, но завтра нам предстоит серьезный разговор. Тогда и решу, что нам делать с тобой дальше.

— А мы еще не решили? — уселась на самый краешек скамьи и с грустью посмотрев на все-таки остывший ужин.

— Нет.

Уже ненавижу это слово, особенно в исполнении белобрысого. Надоело, в самом деле!

— Не хочешь брать учеников вообще или меня в частности?

— Гостей из другого мира, — удивил своим ответом маг и поднялся, чтобы уйти. — Благодарю за еду и старания, но родись ты здесь, руки уже оторвали бы за такое. И ты не из благородного семейства, в которых не уделяют особого внимания навыкам девочек готовить, хотя за телом и волосами ухаживаешь не хуже обеспеченных дам. Ну а о том, что не знаешь очевидных вещей, даже говорить не приходится. Как видишь, правда лежит на поверхности. Но если утром тебя не будет в моем доме, я не расстроюсь. Спи без снов, Ди.

Ошарашил, обидел и ушел, еще и намекнув на то, что могу отправиться, куда глаза глядят, не попрощавшись. Не дождется! Пусть страшно, но я все-таки в другом мире, здесь многое способно напугать, а вот убить пока не сподобилось. Но спать я действительно после сегодняшнего предпочту без снов, насмотрелась уже.