Пирамида (СИ) - Карисума Рина - Страница 16

Если пристально не рассматривать одежду, лица и прически, то можно легко перепутать акварианцев с землянами, когда те устраивали семейные посиделки.

Меня пугала эта схожесть. Я будто нашла свой второй дом, ведь так тепло и душевно я чувствовала себя только в нашей семейной квартире. Не такой большой и красивой, как жилое пространство Дома Ура, но все родной сердцу. За нахлынувшими воспоминаниями я не заметила, что незнакомая пара рассматривала меня с головы до пят.

— Элия Арве, позволь познакомить тебя с моим отцом. — Иннику указала раскрытой ладонью на сидящего мужчину. — И с моей второй мамой. — Ее ладонь переместилась в сторону женщины, что теперь сидела рядом с мужчиной. Их зовут Идрис и Эрта.

«Никаких вторых имен».

Я привстала и поклонилась, не зная как еще смогу выразить уважение к семье новой подруги.

Рю поперхнулся, а Эрта распахнула глаза и ахнула.

Мне же оставалось замереть испуганно, стараясь слиться с обстановкой.

— Моя кой поприветствовала вас, как землянка. Это знак расположения, дорогие дарители жизни.

Эрта смущенно зарумянилась, и я поняла, что Кай пошел больше в нее, нежели чем в сурового отца.

— Простите нас, сай. Мы незнакомы с земным этикетом. И ваш поклон для акварианца значит великое уважение. Этого достойны лишь избранные, и вряд ли вы действительно отнесли нас к этому числу.

Эрта дружелюбно улыбнулась, показывая, что нисколько не задета двусмысленностью, что я создала по незнанию. Мне еще предстояло освоить «вводный» этикет, но для себя я сделала вывод, что с земными жестами пока стоит повременить.

— И вы меня простите, я еще осваиваюсь в вашем мире.

— Тогда предлагаю продолжить знакомство с каранум. За воссоединение! — Иннику подняла высокий бокал с вином, предлагая всем последовать ее примеру. Кай поднял пузатый стакан со светлым напитком, который больше напоминал сок. Мы звонко стукнулись прозрачными стенками и выпили вкусный напиток.

Дальше беседа потекла в семейном русле. Родители Иннику обсуждали будущее торжество, рассказали, как присматривали за Каплей Дома Ура, поделились последними новостями, из которых мне стала понятнее внутрення иерархия акварианцев и их проблемы с водой.

Капли каждого Дома питали закрепленный за ним домен, который в свою очередь делился на сектора. Самый удаленный являлся самым большим сектором, но получал воду в таком же количестве. Вернее, по закону алулима должен был получать такой объем, но Эрта обмолвилась, что после наказания сыновей Ура, они «вернулись к основной поддержке». Значит, получается до этого Ура обходили закон, давая больше воды своему домену.

Рю внимательно слушал, отвечал уверенно и рационально. Погрустнел, когда узнал, что вверенные ему акварианцы пострадали в «пыльные волны», но ни в одном жесте я не углядела страха. Впервые я посмотрела на него, как на правителя своего небольшого сектора. Настоящего герцога со своими акрами земли, как в старых земных романах. Рю, будто древний рыцарь с рунами на лице, защищал свою территорию.

«Так, Элия, тебя понесло в романтические дебри», — мысленно одернула себя.

Вскоре гости плавно переместились на террасу, где с закатом двойной звезды появилась и приятная прохлада.

— Эль, ты устала? — тихо спросил меня мой Обскур, когда я замерла около выхода на террассу. Все гости уже расселись по мягким диванам около бассейна, Кай уже задремал в большом подвесном кресле, Иннику шепталась с Фаем, который не выпускал ее руки из своих. Они выглядели такими влюбленными и такими счастливыми. Я чувствовала, что наша встреча изменила не только наши жизни с Рю, но за улучшения в личной жизни этих акварианцев мне было не стыдно.

— Честно говоря, зверски, — шепнула я в ответ.

— Зверски? — переспросил Рю, пытаясь все-таки понять незнакомое слово.

— Зверь — это огромное животное. Хищное и опасное. У вас нет зверей? — удивленно спросила я.

— Только пустынные скаты. Остальное погибло после Третьей волны.

Рю повел меня по ступеням наверх, попутно рассказывая про фауну Сехрума. Я обернулась на открытую дверь, в проеме которого показалась спина Фая, и замедлилась. Уйти, не сказав ни слова…

— Не переживай. Акварианцы ценят уединение и прощаться с гостями не нужно, — будто прочитав мои мысли, ответил Рю, а потом добавил: — У тебя все на лице написано, Эль. Ты как прозрачная вода.

Я засмущалась и решила вернуть разговор к природе Сехрума.

— Третья волна — это катаклизм?

— Скорее ошибка алулима. Все волны — это наши ошибки. Сехрум стал пустыней по нашей вине.

Удивления у меня новая информация не вызвала.

— В этом мы очень похожи, — усмехнулась я. — Земля сейчас выглядит лучше, чем сто лет назад, но баланс мы сохраняем с трудом. Знаешь, у нас до сих пор живет миф о том, что пришельцы намного разумнее нас, сильнее и… только не смейся… добрее. Нам хочется верить, что Вселенная наполнена… — я замолчала, подбирая слова, и Рю повернулся ко мне, ожидая окончания моего монолога. Его глаза слегка мерцали, алый контур то вспыхивал, то становился матовым. Я не касалась его руки, но все равно чувствовала жар, что исходил от его тела.

— Любовь… — прошептала я. — Вселенная наполнена любовью.

Рю наклонился ко мне и сказал так же тихо:

— Я тоже верю, что она наполнена любовью.

Наши губы соприкоснулись. Невесомо, нежно. Я чувствовала теплое дыхание и пряный аромат вина. Сухую, обветренную кожу губ Рю, его теплую ладонь на моей руке. И внутренний контроль, который сдерживал его.

— Прости меня, Эль. — Он отстранился плавно. — Твои глаза настолько прекрасны, что сложно себя контролировать.

Я улыбнулась от смущения. Надо же, такая избитая мужская фраза, но произнесенная Рю, наполнила меня трепетом, который я не ощущала никогда. Внутри что-то переключилось, раскрывая чувственность, о которой не подозревала до сегодняшнего дня. До наступившего момента. Я чувствовала неизвестную мне силу, что тонкими нитями разрасталась, словно цветок, по телу. Окутывала бережным теплом и пульсировала, заставляя желать чего-то большего. Чего-то запретного.

Того, что читалось в глазах моего Обскура. Что темной водой плескалось в расширившихся зрачках.

Это не было похоже на привычный сексуальный голод. Тело ожило, «расцвело» алым и горячим пламенем и тонко настроилось на другое тело — мужское и желанное. Только Рю не был человеком, хотя во много раз превосходил всех «мужчин» моей патрульной группы.

Наверное, именно в этот момент я поняла, что смогла бы полюбить только Рю Тхана, акварианца из Дома Ура.

— А если я попрошу тебя снять контроль?

Рю замер, а потом молниеносно прижал к себе и поцеловал без нежного смешивания дыхания, просто проник в мой рот с жадным напором. Я хваталась за его плечи, как утопающий, и не позволяла хоть немного отодвинуться от меня. Воздух в легких заканчивался, голова кружилась, но я ни за что бы не разжала объятия. Это волевое решение принял за нас двоих Рю и нехотя отпустил меня. Ласково провел пальцами по скуле, коснулся губ и грустно улыбнулся.

— Эль, больше никогда не проси этого. Вода со временем остынет, ее цвет станет привычным и эмоции утихнут. — Опустил глаза. — Нам нельзя. — Последние слова он договаривал еле-еле выдавливая из себя.

Конечно, я не верила им, потому что только слепой не понял бы как жестоко Рю сейчас контролировал себя. Но как бы я ни хотела прижать пальцы к его губам, заставляя замолчать, я не могла этого сделать — правды в них было достаточно, чтобы и мне взять себя в руки.

«Нам нельзя».

Именно так, Элия Арве. Ты заложница, как бы хорошо к тебе ни относились.

Не забывай.

Комната, которую выделил мне Рю, покорила меня с первого взгляда. Теплые цвета коричневых оттенков, прохладные голубые и целая стена из невероятных лепестков растения цвета настоящего молока. Цветы смело можно было назвать «инопланетными» — флора облюбовала одну из стен комнаты и расползлась по ней живым ковром.

— Это каспум, очень полезный симбиот, — пояснил Рю, увидев какое пристальное внимание я оказываю растению. На ощупь листочки оказались бархатистыми и очень приятными, а аромат, что исходил от них, успокаивал.