Не та профессия. Тетрология (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 187

Хорошо, что случилась такая оказия, как поход сюда: ещё их деды были родными братьями, причём от одних матери и отца (а не от разных жён).

Родственник, являющийся братом по крови в каком‑то колене, был искренне рад увидеть представителя единой когда‑то семьи, пришедшего с той стороны гор. К сожалению, торговлю закрыть он не мог (кормить семью надо, плюс лавка на паях с кое‑кем, не он один хозяин), но этого и не требовалось.

Много ли надо пуштуну из горного клана? Кусок горячей лепёшки, пиала свежезаваренного чая. И долгая беседа, неспешная, как шаг караванного верблюда по пескам Регистана.

Случилось так, что некоторые события военного характера разбросали ещё их дедов по разные стороны перевалов, и связь между коленьями семьи поддерживалась исключительно через посредников.

Хоть так; хорошо, что не прервалась.

Файсал поначалу опасался, не придётся ли он не ко двору со своими изъявлениями родственных чувств; тем более что лично он брата никогда и не видел (как и его родителей, только издалека вёл счёт всем потомкам этой ветви родни, вести о которой дед старательно собирал и хранил).

Действительность убрала опасения в первый же момент. После того, как он назвал своего отца и деда, брат вскочил, обнялся по обычаю и вообще повёл себя так, как будто они никогда не расставались.

Уже через четверть часа Файсал сидел у родственника в лавке, прихлёбывал чай с лепёшкой и рассказывая, как оказался тут.

Вопреки намерениям, обмен новостями о семейных делах не занял и пяти минут: эти живы, этих схоронили. Эти здоровы, эти не очень. Эта замужем, этот женат третий раз.

– Слушай, а как у вас там вообще хозяйство ведётся? – задал‑таки вертевшийся на языке вопрос брат. – У нас говорят, что у вас там чуть не голод через год последнее время?

– Было и такое, – кивнул Файсал, расплескав часть чая из пиалы на лепёшку.

Которую, впрочем, тут же отправил себе в рот.

– До последнего времени, – продолжил он. – У нас же ещё часть земель на равнинах отдали пришлым туркан, ты знал?

– Слыхали, но не подробно, – подтвердил родственник. – И что, стало меньше еды?

– Поначалу и такое было, – не стал отрицать Файсал. – Но совсем недавно старейшины сговорились с туркан, теперь у нас с ними есть совместные дела. Я в Совет Города не вхож, но голода не опасаемся.

– Что придумали? – живо заинтересовался родственник.

– Во‑первых, рыбу ловим. Что ни говори, еда.

– В голодный год и не такое съешь, вдобавок не харам, – согласно кивнул брат.

– Во‑вторых, овощи какие‑то растить затеяли. Урожая пока не было, но нашим старикам что‑то такое показывали в Орде. Сам Актар говорит, что главное полгода прожить. А там… – солидно поводил подбородком Файсал. – Ну и у туркан оказались бараны в излишке…

– Как такое может быть?! – неверяще перебил брат. – Когда это баранов бывает излишек?!

– А вот не скажи. У них они чуть другой породы, они с собой их привели… Пастбища нужны побольше, чем нашим. А часть их мужчин, весьма значительную, Султан отправил куда‑то в поход. И с концами.

– Пасти некому? – догадался городской родственник, ещё не до конца утративший сметку прошлых поколений.

– Угу. Так туркан с нашими белуджи сговорились, а те частично нас подрядили. В общем, до той весны поголовье дотянем. Так что, голода пока не боимся, – содержанный оптимизм Файсала не укрылся от родственника.

– Не понятно только, что вам с тех баранов, которые в собственности туркан, – заметил хозяин лавки. – Или они что, с вами поделятся?

– У них сейчас дочь Хана правит. Она многое делает не так, как их старики до того, да и наши тоже… Но пока все, кто с ней, сыты и здоровы, – осторожно подбирая слова, поведал Файсал. – Не скажу, что у нас прямо хозяйство с ними совместное, но городская стража наполовину из них состоит, наполовину из нас. И знаешь, город доволен. Рыбу, кстати, тоже они нам показали, как ловить. А что до дочери Хана, чуть не забыл…

Файсал, оглянувшись по сторонам, вытащил из пояса один золотой и пустил его по полу лавки в сторону брата:

– Это тебе. Дед сказал часть платы вам оставить.

– Что за плата? – брат растерянно поднял монету, убрал её в кошель и изобразил полнейшее непонимание.

– Вот за этот поход. Вдобавок, Нурулла же в страже сейчас служит, им жалование платят.

– Нурулла – это старший твой брат? А сколько платят у вас в страже?

– Угу, старший. – Затем Файсал наклонился и прошептал что‑то на ухо родственнику.

– Да ну?! – не поверил тот. – Вот просто за работу стражником?!

– Зачем мне тебя обманывать? – обиделся Файсал. – Дед именно потому и сказал отдать монету вам здесь. Нам там пока хватает…

– Спасибо, – ошарашенно протянул родственник, качая головой.

В поле его зрения попало что‑то необычное, потому что в следующий момент он вытянул руку и удивлённо пробормотал:

– Ты только погляди!

В дальнем углу площади какой‑то богато разряженный туркан двинул кулаком по затылку девчонку, которую тут же подхватили на руки подскочившие люди.

– Вот паук, тварь, да будь он проклят, – забормотал родственник. – Это наш наместник, опять кого‑то к себе поволок! И ведь не боится греха, пёс… – Лавочник повернулся к брату и его следующие слова застряли в горле.

Файсал, широко раскрыв рот, пробормотал:

– Это она! Это и есть дочь Хана туркан! Это я с ней сюда пришёл! Да как же так… Где у вас стража?!

– Тс‑с‑с, сядь, – неожиданно жёстко приказал родственник. – Сядь и слушай. Наместник из туркан, из их Столицы. Не знаю, известно ли это у вас, но у нас из‑за этого почти вся стража сейчас – тоже из тех же туркан. Насколько я знаю, с вашими они далеко не всегда ладили… Есть тонкость. По их давней традиции, они всегда и всюду тянут за собой родню. Стоит хоть кому‑то из них дослужиться до десятника, особенно в базарной страже, здесь денег больше… как через три месяца весь десяток – его родичи, и уже со всем десятком надо общаться на туркане, потому что нашего языка могут даже не понимать.

Файсал быстро схватывал. Возможно, в силу сложившейся ситуации.

– Получается, на базарную стражу надеяться нельзя?

– Вообще на городскую, – подтвердил родственник. – Наших среди них нет, а в дела между ветвями туркан нам встревать никто не позволит. И ты прослушал. Вон тот в лазоревом халате – наместник. Кто из стражи, ещё и туркан, – пренебрежительно выплюнул последние слова родственник, – осмелится ему перечить? Что до женщин, то он постоянно …

_________

Ещё через минуту Файсал уже вовсю нёсся в направлении дома, в котором остановился Актар. Старик предусмотрительно показал всем своим, где его искать, и отправился отдохнуть после дороги (давшейся именно ему тяжелее прочих, из‑за почтенного возраста).

Глава 22

Стражник, имевший чин полусотника (и бывший дальней роднёй самой первой жене Наместника), мысленно вознёс хвалу Всевышнему.

Жаркий день, а рутинная служба на сегодня почти окончена…

И кому это надо ежедневно? Всем мало‑мальски осведомлённым ясно: Наместнику в своём городе опасаться нечего. И некого, поскольку магом он является неслабым.

Кстати, полусотнику текущий чин достался исключительно благодаря тому, что в своё время он учился с Наместником в одном учебном заведении, в Столице Метрополии (тоже маг, тоже «огонь», хотя и не такой сильный).