Голос во тьме (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 12

— Одиннадцать.

Эх, с упавшим сердцем усмехнулся Редгар: женского кокетства или вообще каких бы то ни было привлекающих мужчин умений в ней ни на грош. Прямая как палка — и в облике, и в душе.

— Я так и не спросил у Сеораса твой статус, — заметил Редгар и хрустнул хлебцом. — Ты боевой маг?

— Чародейка, — поправила Данан.

Редгар поглядел с интересом: это больше того, на что он надеялся, принимая Данан в рекруты. В отличии от обычных боевых магов, к которым причисляют абсолютно всех колдунов, освоивших полезные в бою умения, чародей владеет более сложными заклятиями, имеет не в пример большую колдовскую выносливость и, как правило, посвящает себя углубленному изучению какого-то одного вида магии.

Уточнять школу, или, как колдуны сами называли это, Дом магии Редгар не стал: если первый в ней пробудился огонь, то и так все ясно.

— Клейв был твоим надзирателем с самого начала или подхватил уже позже?

Данан посмеялась.

— У детей в Цитадели не бывает личных надзирателей. Но Клейв в ту пору был начинающим Стражем, и его определили в число наших надсмотрщиков. Момент слома объема чародейской энергии и запаса сил у всех наступает в разное время. Мой случился в двенадцать. Тогда рыцарь-командор Хаген приставил Клейва ко мне. Ну а когда появился шанс выбирать…

— Маг может выбрать надзирателя? — Редгар выглядел изумленным. Данан показалось странным, что лорд-командор Смотрителей Пустоты не осведомлен о подобных вещах.

— Маг — нет, но… словом, однажды я поняла, что готова доверить Клейву и голову, и душу — пусть рубит или вытряхивает, когда сочтет нужным.

— Так просто?

Данан пожала плечами:

— Он хороший страж. Делает то, что велит его орден.

Редгар обернулся к Данан всем телом:

— Но этого мало, чтобы доверить жизнь чужому человеку. Большинство магов наоборот стараются всеми силами уменьшить влияние стражей на свою судьбу, — убедительно отчеканил Редгар.

— Большинство магов любят ныть, — отрезала Данан. — Если маг в состоянии совладать с собственными возможностями и проходит испытания — его ждут в любой армейской части или крепости, он может стать наймитом или отправиться изучать новые веяния у каких-нибудь гномов или темных эльфов, если те не заколют его на подходе. Их никто не держит, — закончила Данан, и Редгар услышал в её голосе едва прикрытое недовольство, даже злость. С чего бы это?

— А потом, как думаете, лорд-командор, все ли маги задумываются, что случится, настигни кто-то с их собственными возможностями края, где эти маги выросли? Что было бы, используй кто магию не по назначению в отношении их родных и близких? — Редгар не отводил от Данан глаз. Пользуясь его раздумчивостью, Данан ответила сама. — Думаю, нет. Иначе было бы очевидно, что Цитадели остро необходимы.

Брови у Редгара поползли на лоб: она и в самом деле разделяла убеждения Аогнуса! Святая Митриас, даже бубнила на этот счет почти, как он!

— Странно слышать подобные рассуждения от женщины, поруганной в браке, куда её откровенно продали.

Данан отвела заметно погрустневшие глаза:

— Глава рода радеет о положении дома Таламрин, как велит ему долг.

— А отец?

Такие вопросы ставили Данан в тупик: она и сама хотела бы найти на них ответы. Не дождавшись никакой вразумительной реакции, Редгар, распаленный беседой, спросил ещё:

— Что, в таком случае, долг велит тебе?

Ответ ошеломил:

— Биться с исчадиями Пустоты, я полагаю.

Редгар ощупал Данан мягким, но придирчивым взглядом, с головы до ног, будто нарочно выискивая какой-нибудь изъян, который указал бы, что женщина лукавит, намеренно говорит ему, что он хотел бы слышать в такой беседе. Но Данан сидела ровно, похрустывая остатками хлебца и пялясь в огонь.

— Подежуришь первой? — Данан отметила, что он спросил.

— Как прикажете, лорд-командор.

Редгар также отметил, что она не поддержала доверительное настроение.

— Через четыре часа.

А вот это указание, усмехнулась про себя чародейка.

— Да.

Проклятый Клейв! — подумал Редгар в десятый раз за вечер. Очень сложно разговаривать с человеком, которому всего дороже в диалоге — односложный ответ.

— Спасибо за одежду, — Смотритель качнул головой в благодарном жесте. Быстро закинул в рот разом оставшиеся полхлебца и улегся на расстеленный путевой мешок.

— Создатель Вечен, — невпопад отозвалась Данан, но это Редгар комментировать уже не стал. Надо и впрямь поскорее уснуть, поскорее проснуться и выдвигаться дальше. Ни парталанцы, ни исчадия Пустоты не будут ждать, пока он наболтается с подопечным рекрутом.

Глава 3

Четырех часов не прошло, когда Редгар проснулся: он вскочил, в полусне хватаясь за кинжал, который клал у щеки. Огляделся бешеными глазами. На секунду Данан показалось, что он не узнает её.

— Командор? — позвала она опасливо.

Блуждающий взгляд командора кое-как выцепил фигуру перед собой, остановился на ней.

— Сколько времени? — прохрипел мужчина. Данан ответила.

— Вам нужно еще поспать, — добавила она в конце. Командор пристально уставился ей в лицо, потом мотнул на соседнее с собой место на лежаке.

— Ложись, — приказал командор и встал. Данан растеряно поднялась на затекшие ноги, размяла их.

— Но вы еще не отдохнули.

— Он не даст мне заснуть сейчас, — проговорил командор, присаживаясь к костру. Данан не стала спрашивать, кто «он»: внутренний голос подсказывал, что она узнает это раньше, чем надеется, и без всякого на то желания.

Снялись с места, когда солнце взошло уже на пол-ладони: Данан слишком беспокойно металась во сне и под утро совсем не могла нормально проснуться: шипела на Редгара, что-то бормотала. Сам измученный кошмарами, Редгар счел возможным дать девчонке отоспаться и сам прикорнул.

После откровений минувшим вечером, на разговоры не тянуло ни одного. Покончив с обедом, они вернулись на большак. Местность вокруг была дикая, ободранные клочки рощ перемежались с пустошами и степями. Любоваться, кроме ясного погожего дня и чистого неба было ровным счетом нечем, но это и хорошо: Редгар весь день казался излишне мрачным — сказывались бессонная ночь и какие-то тяготы, которые пока Данан были недоступны. Сама женщина большую часть времени (пока лошади шли шагом) украдкой поглядывала на Редгара, раздумывая: он ведь спас её тогда в замке, верно? Взять её с собой его, как пить дать, подговорили магистр и страж-коммандер. А вчера? Что это было? Его, Редгара, и впрямь озадачило её появление в исподнем? И чем озадачило: опасается командор, что она будет щеголять перед остальными смотрителями Пустоты, практически в чем её произвели на свет, и, тем самым, разрушит не только свою жизнь, но и дисциплину в ордене? Или он больше опасается своего к ней отношения? Он ведь уже видел её обнаженной, он видел, что с ней делали…

Дальше додумать не вышло — комок тошноты подступил Данан к горлу, в глазах поплыло, и она насилу удержалась в седле.

Вечером по устоявшейся привычке Данан спросила за ночлег, когда солнце полностью скрылось за линией горизонта. Однако, если в предыдущие дни этот вопрос всегда встречал отклик со стороны командора, сегодня Редгар велел двигаться дальше. Данан не стала встревать с вопросами, но когда полночь заметно приблизилась, всерьез захотелось прикрикнуть на командора. Что он там себе думает? Это он — бывалый воин, командор Смотрителей, Редгар Тысячи Битв и попросту мужчина! Ему, может, и по силам и по привычкам такое странствие, но не ей! И в конце концов: если они никак не улягутся от того, что горе-командор боится заснуть — пусть сидит на страже, а ей давно пора отдыхать. Переутомление сказывается на магах сильнее, чем на воинах — это понимал даже Хаген, а ведь он, между прочим, никогда не питал к подопечным особой симпа…

— Наконец-то, — раздался мужской голос. Данан опомнилась. У обочины, подбрасывая то прутики, то мелкие камешки в небольшой костер, сидел молодой мужчина. Он оглянулся на путников.