Тени Архонта (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 60

— Что?

— Архонт.

Клейв сообразил слету:

— Ты видела его?

— Да.

Клейв сглотнул. Его лицо приобрело растерянное выражение. Мужчина явно не знал, как реагировать. Все знают, что Смотрители Пустоты слышат голос Темного архонта, но увидеть его, причем так, чтобы он не был последним, что вообще удалось увидеть в жизни…

— Ты не говорила в письме, но… — Мысли ворвались в голову Клейва вихрем. — Как я сразу не сообразил! — Он мягко словил Данан за плечи. — Дом Преобразования?!

— Я уверена. — Данан не дрогнула.

Клейв свел брови:

— Я могу помочь тебе еще чем-нибудь?

«Да» — прочел страж в изумрудных глазах друга. Поэтому она здесь, она знала, что ей не откажут в Цитадели при любой опале.

— Он ищет что-то в Лейфенделе, какой-то артефакт. Что-то, что придаст ему сил, или что когда-то принадлежало ему. Попытайтесь узнать о великих артефактах озерников. Но, Клейв! — Данан вдруг сама вцепилась в плечи друга. — Ни в коем случае не поручайте это магам и выпускайте их из Цитадели. Магам нельзя приближаться к архонту. — Заглянула в темно-голубые глаза, надеясь, что он поймет.

Клейв уловил её недосказанность. Сократил расстояние между ними в оставшиеся полшага, взял лицо Данан в руки и, чуть приподняв, спросил:

— Данан?

— Пока нормально. На всякий случай у меня осталась из Талнаха ордовирная колодка. Но… но если потребуется, потом… если я пойму, что меня уже не хватает на борьбу с архонтом… если ты поймешь… увидишь, — она почему-то ходила вокруг да около, набираясь смелости сказать, как есть. — Ты ведь…

Клейв сказал одновременно с женщиной:

— Я помню свои клятвы, чародейка, — сказал он строго, как истый страж. — Что-то еще?

«Самое важное».

— Сеорас и Хаген должны знать: в колоде Брайса Молдвинна есть заклинатель душ.

Клейв, обалдев, замер.

— Ты серьезно? — вскинулась Кианнон, отвлекаясь от безуспешных попыток создать долговременные защитные чары.

— Абсолютно, — ввязался вдруг Диармайд. — Данан нас не представила, и это не важно. Важно, что я тоже когда-то был в Стражах Вечного.

Пока Клейв приходил в себя, Кианнон сообщила о бесплодности потуг:

— Ни черта у меня не выходит, Данан. Только вот на этом клыкастике, — она указала большим пальцем на Жала чуть в стороне, — почему-то осела пара узоров, и все.

Данан встретилась глазами с эльфом, и тот беззвучно, одними губами вывел: «Амниритом прижгло».

— Ладно уж, — обронила чародейка, думая, что, если когда-нибудь ей еще удастся встретить Фирина, она непременно его спросит, как тот смог

— Это серьезное преступление, — припечатал Клейв, темнея всем обликом и возвращая тему разговора в русло заклинателей душ. — Мы сообщим в церковь святой Митриас. Зло одинаково зло, творит его ребенок или старец, мужчина или женщина, нищий или король, — воспроизвел он один из постулатов Света. — И всякого настигает кара, назначенная Создателем.

Данан глубоко вдохнула, не отрывая взгляда от мужчины, и так же глубоко выдохнула:

— Ты помнишь свои клятвы, страж.

Почти минуту Данан и Клейв молча смотрели друг на друга, прежде чем мужчина сказал:

— Увидимся.

Данан отвернулась: если прощаться слишком долго, она вообще от них не оторвется. Прошлое уже пахло домом, нельзя задерживаться дольше, чем по делу.

— Идем, — позвала остальных, не оглядываясь. — Большего нам в Даэрдине не получить, — говорила Данан. С этим никто спорить не стал: следовало убираться как можно скорее и на сей раз — по-настоящему, до тех пор, пока Молдвинны не освободят дворец.

Клейв и Кианнон смотрели им вслед несколько мгновений прежде, чем страж попросил чародейку создать Укрывающий Покров. Цитадель ждет.

Потревоженные атакой Молдвинна, парталанцы дернулись с насиженного места в ту сторону, откуда их пока никто не прижимал — на восток. Новость о пробуждении темной силы разошлась со скоростью пожара, и парталанцы тоже вздрогнули на позициях, так и не воспользовавшись преимуществом убитого короля. Захватив весь дол до укреплений, они встретили отпор у даэрдинских крепостей. И замерли, ожидая подкреплений с родины. Пока местные дезориентированы гибелью вождя, они не нападут, сообщал собственному государю командир парталанцев, и есть шанс дождаться подхода основных сил. «Берег наш», «Время есть», «Ждем»…

А потом появились исчадия, и командир растерялся. Часть их лагеря просто исчезла, поглощенная остервенелыми бездумными монстрами, включая одного из шаманов огня. Пришлось усилить стражу, увеличить количество дозорных. На берегу стало неспокойно.

О том, чтобы отдать землю хозяевам, речи не шло: они затеяли захват земель — в идеале плодородных долов и пойм, которыми небогаты их собственные острова — не для того, чтобы, потеряв людей, вернуться назад ни с чем. Награбленное спасало их всю зиму, как и морской промысел, но теперь держаться на чужой земле становилось тяжелее.

Тем не менее, приказа поворачивать назад не было, и во имя фуража, командир парталанцев велел двигаться на восток. Там леса и долы, и можно добыть пропитание для войск. Они уже сделали два коротких набега на рубежи, не рискуя соваться дальше всем телом расквартированного войска. Но нынче, выслав вперед лазутчиков и узнав, что местный лорд отбыл куда-то, командир дал сигнал выдвигаться большей части парталанцев.

В отсутствии в военном лагере Айонаса Ллейд встретил первый удар вторженцев во главе скромных сдвоенных сил домов Диенар и Таламрин, уже этим обескуражив островитян. Но отступить их это не вынудило. Поэтому первое, что приказал лидер парталанцев, увидев построение врага во главе с не бог весть каким вожаком, — проложить путь по северной дуге даэрдинцам в спину. По северной, ибо там было можно пройти по гребню холма, укрываясь за склоном, а оттуда спуститься по контрфорсу в дол и ввинтиться железным крюком даэрдинцам во фланг.

Ллейд начал свой воинский путь еще при правлении короля Двирта, в шестнадцать лет, и имел неплохой опыт. Поэтому простыми трюками вроде клешней или фланговых ударов его было не испугать. Он позволил основной части его бойцов ввязаться в контактный бой, словно бы повелся на очевидный ход врага, а сам выслал, сколько было, всадников вперед, в объезд по северной подкове, чтобы смести вражеских бойцов в холмах. Забить копытами, задавить, расколотить булавами.

Однако стоило всадникам устремиться в нужном направлении, шаманы огня и ветра дали первый магический залп. От первого огненного вихря часть даэрдинцев дрогнула: кто-то из них был в последних боях короля Драммонда и великой удачей спасся из рубки, где не стало владыки. Эти «счастливцы» хорошо помнили сокрушительную мощь пламенных крыльев парталанского воинства. Лидер отряда собрался с духом и выехал вперед:

— Вперед! Мы сможем, братья и сестры! — И первым помчал на врага, маневрируя, как мог, между всполохами, надеясь добраться до шаманов.

Стена парталанцев-пехотинцев, вооруженных топорами, его бы точно не пропустила. Они вышли впереди шаманов, оставляя промеж рядов интервалы для огненных атак. Хорошо проработанное построение, знакомое всем, кто был в битве за Буйный Берег. Пламенные вихри пугали лошадей, те дергались в разные стороны, вставали на дыбы, и всадники с трудом удерживались верхом. Пользуясь замешательством даэрдинцев, вторженцы вгрызались в тело дарэдинской кавалерии, жаля, рубя.

Ллейд вздрогнул. Отдав несколько кратких указаний товарищам рядом с ним, он рванулся к тем, кто бился на ребре, сам в душе не понимая, что мог бы сделать, чтобы помочь.

— Отступайте! — призвал Ллейд, увидев разор кавалерии на месте. Нужно перегруппироваться, и срочно, пока их не раздавили, взяв каждого всадника в окружение из двух-трех человек и пламени. — Отступайте, мы вернемся!

Всадники, не разбирая, кто из них подданный дома Таламрин, а кто — Диенар, нехотя, оглядываясь, уходили в тыл, спускаясь обратно в дол и утрачивая так и не завоеванное преимущество высоты. Ллейд смотрел на это, скрепя сердце, но против пламени им сейчас нечего поставить. Таламрин обернулся, чтобы убедиться, что все услышали сигнал, когда один из всадников крикнул: «Мило-о-орд!».