Тени Архонта (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 65

То, что она сделала там, на холме, уже не путь Кошмара в чистом виде. Это даже уже не путь рыцаря-чародея. Это что-то запретное, что-то вроде управления материей, её трансформации по собственной прихоти, без всякого дозволения хоть с какой-нибудь стороны.

Что-то опасное.

Что-то, очень напоминающее Дом Преобразования.

Когда все ушли на отдых, Дей остался с Данан. Посмотрел, смущенно улыбаясь.

— Спасибо за помощь, — выдохнула Данан. «В самом деле, спасибо!» — захотелось сказать ей, но, когда чародейка подняла глаза, Дей прочел в них, как она устала.

Дей подсел ближе и выдохнул:

— Он чудовище.

— Да, — согласилась Данан, уловив, что речь об эльфе.

— Но он нам нужен, — шепнул Диармайд, сам себе не веря.

— Понял теперь? — усмехнулась Данан горько.

Дей ответил не сразу:

— Да, за него понял. Что насчет тебя?

Данан вздрогнула и отвернулась. Нет у неё ответов. Дей поглядел и понял, насколько она устала. Не стоило сейчас давить. Не стоило вообще говорить про Жала. Он, Дей, тут явно не за этим.

— Я посижу просто? — сказал Диармайд, отбрасывая острое желание поговорить о чем-то хорошем. Светлом. Отбрасывая желание повторить тот чудесный миг, когда Данан, кажется, поняла его.

— Да, — она мелко закивала. Дей, довольный, улыбнулся. Он дурень, сказал Стенн? Хорошо, дурень. Он не может принять её колдовство? Он не Борво Молчун, он может! Да только он и сможет принять её магию, потому что худо-бедно осознаёт её природу и величину. Он ведь был стражем Вечного! Он помнит свои клятвы, он ей обещал, что будет помнить их… Дей потянул руку, намереваясь обхватить ладонь Данан.

Та одернулась — не сразу, замешкавшись. Тело будто не понимало, почему нужно отстраняться от Диармайда: он ведь много раз прикасался к ней, ничего такого!

«В этом не было ничего такого» — поправил внутренний голос. И когда пальцы Данан, обжигая, выскользнули у Диармайда из рук, он напряженно вскинулся.

— Данан?

Ей не хотелось ничего объяснять. Она пытается просто не сойти с ума от голоса в голове.

— Это архонт, да?

Данан облизнулась.

— Я же вижу, — Дей настоял и все-таки поймал женскую ладонь.

— Да, — выдохнула она наконец, понимая, что не лжет — просто не договаривает всей правды. «Это архонт и я. Ну, как тебе новость?». Тень сарказма скользнула по её лицу, и Дей открыл рот:

— Слушай. Давай на чистоту.

«Ой, нет. Только не на чистоту. Пожалуйста».

— Когда ты слышишь его, как он звучит? — спросила прежде, чем успела прикусить язык.

— Как шелест. Вроде того, какой мы слышали, когда… встретили его. Но только тихий и не такой угрожающий.

— Можешь разобрать, что он говорит?

Дей качнул головой.

— Честно говоря, я вообще не думаю, что это слова. А у тебя иначе, ведь так? Что происходит, Данан? Я повидал магов, немного, но повидал: щиты, печати, узоры, посохи. То, что делаешь ты… Или, правильнее, то, что он делает тобой? — Диармайд с ужасом посмотрел на чародейку, испугавшись собственного прозрения. Он ждал ответа, и Данан облизала пересохшие от тревоги губы.

— Это делаю я, совершенно точно я одна. Но о том, что я могу это делать, говорит мне он, всегда. И еще…

— Да?

— Иногда он говорит, что я должна это делать.

— Должна делать что?

Данан сидела не шевелясь, и Диармайду захотелось убедить её, что сейчас он готов отбросить все вопросы, что уже неважно, насколько страшен её дар, что она всегда ему будет также дорога, и никакой архонт этого не изменит.

— Данан, пожалуйста, верь мне, — попросил Диармайд со слезами в голосе. «У меня никого нет ближе тебя, и, когда все закончится… если все закончится…»

— Сиятельная леди Таламрин! — раздался из-за полога низкий женский голос.

— Не сейчас! — рявкнул Диармайд, но женщина за пологом его проигнорировала.

— Меня прислал ваш брат. Милорд напоминает, что целитель велел вам отдыхать в полную силу, если вы намерены выехать на рассвете. Ваше состояние нестабильно! — оттараторила незнакомка, заучив. — Так что, прошу прощения, — продолжала она из-за полога, — господин смотритель, вы должны выйти. Для вас лорд Таламрин приказал приготовить другой шатер.

Дей и Данан переглянулись. Движением головы она указала в сторону выхода: иди. Но прежде, чем Дей встал, полог одернулся, и незнакомка вошла внутрь.

— Лорд Таламрин также велел мне остаться с вами для охраны.

Рослая, с черной копной, собранной в конский хвост, в ламелляре, она стояла выпрямившись, как копье, обхватив левой ладонью рукоять меча. Вся ее поза говорила: «Я жду, смотритель. Давай, убирайся вон». Глядя на её лицо, Данан смутно подозревала, что родовое имя Диармайда Ллейд ей не открыл. Ну в самом деле, кто видел в лицо королевского кузена при правлении Драммонда, если тот все время воспитывался затворником, лишь бы до трона не добрался?

Дей, смирившись, взвился на ноги и размашисто зашагал прочь, плечом задев воительницу. Дождавшись, когда останется с Данан наедине, она обратилась:

— Сиятельный лорд также приказал передать вам это, миледи, — сказала она приближаясь. Со второй попытки выцепила из-под наручей на правой руке маленький сверток и отдала Данан. Недоумевая, чародейка переводила взгляд с молодой женщины на сложенный листок в руках. Потом опомнилась и развернула послание:

«Гессим рассказал о ваших планах, — начиналось сообщение. — Даже не знаю, кого из нас троих ты переоценила больше, но удачи тебе. В конце концов, если ты справишься, и нам будет, ради чего постараться. А если нет — то не так уж важно.

P/S: это Эдорта. Я отправил её с тобой. То есть совсем с тобой. Она хорошая мечница, верный соратник, и имеет боевой опыт, если тебе нужна рекомендация. И она вообще не мечница, если тебе нужна правда. Во всяком случае, Эдорта — большее, чем я могу помочь тебе сейчас. И я думаю, её хватит, чтобы держать на цепи опасного эйтианца и отгонять похотливого… короля? О, Вечный, ужасно неудобно звать его королём!

P/P/S: Данан, я надеюсь, ты понимаешь, что если мы справимся, и Дей, как ты хочешь, наденет корону… — дальше было начато какое-то слово, но Ллейд рьяно его зачеркал и для надежности даже накапал чернил пятнами. — Ты понимаешь», — утвердил он в конце.

— Э… Эдорта? — только и смогла спросить Данан, убирая листок в сторону. Да, она понимает.

— Да, миледи! — отрапортовала та. — Служила под началом вашего брата с его первого похода девять лет назад. Готова служить и вам, сиятельная леди. Это честь для меня!

Тараторит. Так тараторят зеленые юнцы в первой войне, мечтающие выслужиться. А если за плечами девять лет службы, то она точно не просто «хорошая мечница». Братец, удружил!

— Добудь себе какой лежак и устраивайся. Мне нужно отдохнуть перед выходом.

— Да, сиятельная леди.

Она что, каждый раз будет это выговаривать?

— Данан, — предложила чародейка.

— Как скажете, сияте… э-э-э… Я поняла. А, да, мне точно можно остаться? Просто там стоит ваш товарищ, эльф, и ждет, когда я выйду.

Жал?

Данан тряхнула головой:

— Иди поищи лежак. А его позови.

Жал вошел и сразу прошел к ложу. Сел рядом, где прежде сидел Дей. Без всяких объяснений взял за руку — угадал безошибочно! — раскрыл ладонь и провел большим пальцем по шраму, который остался у Данан со дня посвящения в орден Смотрителей Пустоты. Поднял взгляд на чародейку и сказал без тени ехидства:

— Я боюсь того, что ты делаешь.

Данан поразилась, насколько он прям, и только теперь сообразила, что даже не дернулась от его прикосновения. О, Вечный, да какой смысл?! — одернула Данан сама себя. Он ведь касался её там, где вообще никто и никогда бы не смог!

— Я тоже, — так же честно ответила женщина.

— Еще больше я боюсь того, что мы можем сделать вдвоем.

Данан качнула головой в жесте невесомой усмешки, сожалея, что слова эльфа не несут пошловатой двусмысленности. Уж лучше бы это.