Тени Архонта (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 87

— Он что-то рассказывал?

— Разумеется. Что если я не потороплюсь, то одними плетьми дело не кончится.

Альфстанна отвернулась, потянув на себя один из рукавов. Айонас без труда распознал смущение, и в душе у него дрогнуло: она горделива, но довольно скромна.

— Спасибо, — шепнула Альфстанна.

Диенар присел на кровать, облокотился на колени широко расставленных ног. Чуть качнул головой, наблюдая, как девушка подходит к туалетному столу и опирается в него ладонями так, что задираются плечи. Она больше ничего не добавляла, и Айонас спросил сам:

— Я все же жду твоего «но»?

— «Но»?

— Ты не скажешь, что мне не следовало приезжать, и ты бы справилась сама?

Стабальт быстро оглянулась на Айонаса, и в её взгляде мелькнуло неопределимое для Айонаса чувство. Что-то, похожее на злость и презрение одновременно: мол, вы настолько низкого мнения обо всех вокруг, милорд? Но наверняка Айонас бы не сказал. Девушка отвернулась, уставившись в небольшое зеркало на столе, и ответила:

— По-моему очевидно, что я бы не справилась.

Айонас кивнул, колеблясь, продолжать допрос или нет.

— И даже не возьмешься извиняться за поцелуй? Не потребуешь извинений с меня?

На этот раз Альфстанна обернулась рывком:

— Вам нравится все портить? Или пытаетесь уколоть меня тем, что я сказала вам в прошлый раз, будто и женщины на что-то годны, а теперь выясняется, что нет?

Айонас выгнул брови и рот одинаковыми перевернутыми подковами:

— Нет, и в мыслях не…

— Думайте, что хотите. — Альфстанна взяла себя в руки и подошла к окну, обхватив себя за плечи. Айонас тоже встал. Он понял, что перегнул палку, и поторопился вернуть их настрой взаимного расположения.

— Я думаю, что ты самая удивительная женщина, которую я знал.

Альфстанна словно не слышала и, закрыв глаза, рассуждала тоном гораздо более спокойным, чем сама от себя ожидала.

— Нам всем вовсе не нужно нравиться друг другу.

«Ошибаешься», — подумал мужчина, приближаясь.

— Достаточно того, чтобы наше содружество принесло успех, и эта курица слезла с трона, который для неё слишком велик. Вы уже посылали за Вектимаром? — спросила Альфстанна. И все-таки нервы у неё от напряжения звенели так, что, казалось, весь дворец слышит. Ей надо поспать.

— Да. Но он отказался даже принять гонца. Мы ничего не добились.

— И не добьетесь, — сообщила Стабальт. — Его сын здесь.

Айонас остановился сбоку от девушки и замер.

— Аберт? — переспросил он.

— Да, — кивнула Альфстанна. — В одной из камер самого правого коридора в темницах.

— Как ты уз… — Диенар замолчал, ответив себе сам. — Альфстанна, — позвал мужчина. — Они сделали еще что-нибудь, там, в темницах? Что угодно, о чем ты не сказала даже Толгримму?

Девушка качнула головой, ответив: «Нет» таким тоном, что Айонас так и не смог определить, говорит она правду или лжет.

— Раз уж вы здесь, надо придумать, как вывезти отсюда Аберта Вектимара. И сразу, сразу мчитесь к его отцу! — Августа вскинула на Диенара пронзительно-голубые глаза. — Благодарность его будет велика, как и лютая ненависть к Молдвиннам. Обе его неудачи связаны с ними, дадим ему шанс смыть кровью все пятна, какие захочет. Тогда он, вы и я точно будем на передовой. Ллейд, если даже попадет под опалу отца, найдет способ прислать хотя бы Гессима. В этом случае единственной спорной задачей является прежде Хеледд объяснить происходящее моему отцу, — говорила Стабальт, — потому что иначе он может разозлиться настолько сильно, что примчится сюда лично, задать мне трепку.

— И с тобой будет то же, как с Вектимаром? — понял Айонас.

— Именно. Отца захватят в плен, чтобы с легкостью шантажировать меня. Надо лишить её контроля над отдельными членами совета.

— А Лаудан? Он может встать на сторону Хеледд?

Альфстанна повела плечом:

— Может, но вряд ли. Он, как и Эйнсел, выбирает сторону победителя. Хотя, кто б его знал. — Она отвела взгляд. Тяжелая продольная черта промеж бровей перечеркнула девичий лоб. Альфстанна потерла его кулаком — со стороны соединения большого и указательного пальцев. Потом приложила руку к губам.

Айонас, наблюдая, осторожно коснулся женского плеча, ближе к локтю. Стабальт одернулась, едва не потеряв равновесие. Диенар приблизился еще, и девушка предупреждающе мотнула головой: не смей.

— Закрой глаза, — попросил Айонас.

— Август, — неопределенно попросила девушка, глотая привкус собственного сердцебиения.

— Закрой глаза, — попросил он еще мягче.

— Зачем это?

— Не доверяешь мне? Мы ведь союзники, разве у нас не одна цель?

— То есть вас сейчас… в том, что вы затеяли, вас ведет цель? Стремление свергнуть Молдвиннов?

Айонас засмеялся. Потом облизнулся и сказал:

— Альфстанна, я примчался сюда по первому донесению Толгримма. Что еще тебе нужно, чтобы самой ответить на свой вопрос? — Он смотрел в глаза Стабальт прямо, не позволяя и тени кривизны просочиться в его слова.

— Правда, — не дрогнула Альфстанна. — Мне нужна правда. Когда мы расстались в прошлый раз, вы все еще не ставили меня ни в грош и были о женщинах самого низкого мнения. А тут сорвались и примчались. Скажите честно, август, дело в новостях, которые вы привезли. Парталанцы обезглавлены, и имело место просто удачное совпадение?

Айонас вздохнул: придется заходить в обход. Девственницы, будь они неладны, вечно каменные и холодные, как мраморные статуи. Но в этом тоже есть свой азарт, разве нет?

— Мы рассчитывали сообщить о победе чуть позже и чуть иначе. Но твой телохранитель сказал, что тебе срочно нужна помощь, и мы с Ллейдом были единодушны. Разве ты думала, мы бросим союзника?

Складка на лбу Альфстанны так и не разгладилась. Девушка оглядела Диенара снизу-вверх с долей усталости.

— Вы шутите надо мной, август. — Она отвернулась в намерении уйти от окна, но Диенар поймал за плечи жестче и попросил снова — настойчивее.

— Закрой глаза.

«Не отвяжется ведь», подумала девушка. Внутренний голос, однако, тут же напомнил о случившемся в тронном зале, спросив: «Разве в его руках было хуже, чем у извергов Хеледд?». Стабальт повела головой, выдыхая нервозность, и подчинилась. В конце концов, если не лукавить: позволить ему сделать то, что он там затеял на правах якобы супруга куда более волнующе и интересно, чем томиться в ожидании, пока снова явятся стервы королевы.

Айонас встал вплотную, и девичий выдох сорвался от мужского тепла, теша его самодовольство.

Альфстанна закусила губу и бессознательно поджала все пальцы, когда Айонас коснулся большими пальцами её висков. Мягкими движениями немного шершавых пальцев он растирал их одновременно с тем, как другими перстами путался в светлых волосах.

Ох, Вечный! Альфстанна немного откинул голову, а сама при этом подалась вперед, следуя наслаждению.

Это было слишком интимно, слишком нежно. Она не удержалась и снова повела головой, поощряя Айонаса. Выдохнула через рот так, что опала высокая грудь, и теплый воздух ожег её приоткрытые губы и подбородок Айонаса. Тот, пока девчонка не видит, запрокинул голову. Она не глупая, она не может не понимать, что его тянет к ней!

Альфстанна Стабальт имела на него определенно нездоровое влияние. Кто бы мог подумать? А уж он-то как мог — подумать такое?! Но думать не очень-то и хотелось.

Айонас продолжал поглаживать девушке виски. Слишком заботливо для всего, что Альфстанна могла от него ожидать. Она нехотя подняла руку и коснулась мужской ладони. Диенар с грустью замер: сейчас все закончится. С грусть — потому что, доставляя расслабляющее удовольствие ей, Айонас испытал наслаждение и сам.

Альфстанна открыла глаза и на сей раз больше не пряталась:

— Спасибо, август.

Диенар, улучив мгновение, чуть развернул руку, чтобы пальцами поймать пальцы девушки.

— Я ведь сказал, чтобы в любой опасности ты отбросила смущение и дала мне знать, — укорил он.

Альфстанна отстранилась, не найдясь с ответом. Колеблясь, вернулась за туалетный стол, ощущая, как с каждым сделанным прочь шагом тепло Айонаса сменяется холодом пустоты вокруг.