Отец моего ребенка (СИ) - Кутукова Елена - Страница 27

— Похоже, наши блины подоспели, — сказал Павел, направившись коридор.

Мелкая хвостиком бросилась за ним, ну и я следом — ожидаемо, Павел заказал доставку. Вот только я не догадывалась, что это за доставка. Он открыл дверь, и на пороге показалась Виктория. Как всегда при полном параде. Макияж, который я бы все назвала вечерним, высокие каблуки, платье максимально короткой допустимой длины, сверху жакет. Только в этот раз черные, как смола, волосы распущены. Единственное, что выбивалось из образа, это контейнер в ее руках.

— Доброе утро, Павел Викторович, — улыбнулась девушка, обводя нас всех взглядом. — У вас очаровательная дочь. Здравствуй, Катя.

Катюшка поздоровалась в ответ.

— Здравствуйте, Ольга Дмитриевна, — теперь очередь дошла и до меня, и я почувствовала, как Виктория задержала на мне взгляд, явно оценивая, но через пару мгновений вернулась к Павлу.

— Лично испекла, — сказала, протягивая контейнер. — Увы, свежих с доставкой найти не удалось.

Павел правда, это не слишком оценил.

— Надеюсь, вы больше не перепутаете график моего личного повара и оставите меня без завтрака? — голос Волкова прозвучал сурово.

— Да, Павел Викторович, подобное больше не повторится, — тихо сказала Виктория.

У меня паранойя, или на самом деле это была не ошибка, а хитро продуманный план подкатить к своему шефу?! Если да, я бы настоятельно советовала Виктории менять тактику — Павел не любит, когда бегают за ним, предпочитает делать это сам. Или она просто идеальная помощница? Так, Оля, личная жизнь Павла — не твое дело, даже после того, что было.

— Будут еще на сегодня поручения? — поинтересовалась девушка.

— Думаю, одно, максимум два. Все в телефонном режиме.

Почему-то кажется, что последняя фраза произнесена для того, чтобы я ничего не узнала.

Виктория развернулась на каблуках и покинула квартиру. А мы вернулись в кухню. Павел открыл контейнер — блинчики еще дымились. Прямо с пылу с жару. Виктория живет где-то рядом?

— Так, Оль, ты можешь пояснить, что случилось? Что сделал Антон?

На секунду замерла. Отвечать или не отвечать? Павел настырный, и просто так не отстанет.

— Оль, он тебя обидел?

— Какое тебе дело? Это к тебе никак не относится.

— Возможно, я хочу врезать ему исключительно из родственных соображений, — ответил бывший.

Глубоко вздохнула — похоже, донести до Волкова ценную мысль, что я не обязана ему отвечать, будет тяжело. Не горела желанием сообщать, что вновь свободна. Боялась, после этих слов его сложно будет остановить. Хотя Павел не дурак, сам об этом догадается. Быть может, меня останавливает то, что Волков может сделать с Антоном? Дракой здесь точно не обойдется. Вот только бывшего жениха мне сейчас совсем не жаль. Как четыре года назад ему не было жаль меня, когда он взялся за заказ. Он ведь должен был понимать, к чему это приведет. Антон мог мне рассказать позднее, но не стал. Вместо этого он предпочитал рассказывать мне, что Павел явно неадекватный ревнивец, и мне повезло, что я вовремя от него ушла. Интересно, можно ли после этого любить? Можно ли хотя бы сочувствовать после такого человеку, который был с тобой год? Лично я не могу.

— Антон подделал фотографии четыре года назад, это был заказ, — мой голос звучал ровно, во мне нет вчерашней бури эмоций. Мой бывший жених для меня теперь навсегда в прошлом.

А вот Павел точно подобного не ожидал, у него даже челюсть слегка отвисла от изумления. На пару мгновений он утратил дар речи. Наверное, тоже не ожидал, что мир настолько тесен. Я вчера тоже удивлялась.

Секунды текли мучительно медленно, пока я ждала, что Волков хоть что-то скажет. Надеюсь, это не будет фраза «мне жаль». Не хотелось бы ее сейчас услышать. Банально, фальшиво, и то, что я не люблю больше всего. Ненавижу, когда меня жалеют.

— Ты не знаешь, кто дал ему этот заказ?

Пожала плечами. Вчера было не до этого. Но с моим везением я уже даже поверю в версию, что это была моя лучшая подруга или еще кто-то близкий.

— Я со всем разберусь.

Такая знакомая фраза Волкова. Когда-то я могла доверить ему свои проблемы, слышала эту фразу и знала, что он поможет, поддержит и всегда будет рядом. Сколько же прошло с тех пор?

— Сегодня у нас еще один семейный выходной, — Павел решил перевести тему.

Семейный выходной? Но мы не семья. Что-то мне кажется, что Волков за одно утро дважды оговаривается не просто так. Я его не поправляю только из-за дочери. Но все-таки не стоит позволять ему заходить слишком далеко, хватит того, что я вчера расслабилась.

— И какие планы? Опять сюрприз? — спросила без всякого сарказма.

Павел может быть ужасным человеком, самовлюбленным индюком, который привык все за всех решать, но одного у него не отнять — он действительно умеет удивлять.

— Аквапарк.

— Разве Кате не рано?

— Думаю, нам всем понравится. Да и я давно хотел.

У меня такое ощущение, что Волков список развлечений составлял исходя из собственных желаний, все-таки мужчины — большие дети. А ребенок для него лишь прикрытие. Зашли с мелкой в спальню.

Я невольно наткнулась взглядом на телефон. Нехотя взяла его в руки. Куча сообщений от Антона. Уже без просьб о прощении. Все о моем моральном облике, который, по его мнению, как у представительницы древней профессии. Сколько, оказывается, можно узнать о себе нового, расставшись с человеком. Когда меня бросил Павел, я тоже строчила ему сообщения в бешеном темпе, потому что хотела до него достучаться. Но, несмотря на бредовые обвинения, я не старалась вылить на него ведро грязи. Впрочем, как и сам Павел. Теперь я понимаю, что мы могли расстаться гораздо хуже.

Павел сказал взять с собой только купальники. Но у нас и на этом скромном пункте возникла проблема. Точнее, у меня. Пришлось ехать в магазин. Впрочем, Волкова задержка не расстроила. Наоборот, он настроился помогать мне в выборе лично. За что был послан… следить за нашим ребенком.

Мой выбор пал на красное мини-бикини. Свою покупку сразу после кассы я спрятала в сумку.

Доехали до аквапарка быстро. Катюшка ёрзала от нетерпения — отец своему чаду вновь угодил. Зашли внутрь. Аквапарк, как я и предполагала, оказался необычным.

Горки, аттракционы, куча бассейнов — все это привычно, но еще были спа-салоны с манящими вывесками, кукольный театр и даже небольшой контактный зоопарк и, как ни странно, бильярдная и боулинг. Похоже, в такие места приходят на весь день. Как пояснил Павел, этот парк развлечений построил его друг, хотел, чтобы в выходной вся семья могла отдохнуть в одном месте. Волков предложил мне посетить СПА, дабы я насладилась расслабляющим массажем и порадовала себя какой-нибудь процедурой, пока он посидит с нашим ребенком. Предложение звучало слишком по-семейному, забота со стороны Павла мне не нужна, хватит и того, что он знает, что у меня не все гладко. Во-вторых, я еще не готова настолько доверить бывшему ребенка, и это более важный аргумент.

Отправились в раздевалку с дочкой. Переоделись. Малышка рвалась обратно, еле удалось ее уговорить дать маме минутку подкраситься. В кой-то веки мне пригодится профессиональная водостойкая косметика, купленная для одной из фотосессий.

— А мне? — протянула руку дочь. Как так — у мамы есть косметика, а у нее нет?!

— А ты и так красивая, — сказала я, наклонившись и чмокнув малышку в щечку.

— И ты красивая, — сказала дочь, прижавшись ко мне.

Мое сокровище. Самый родной человек, ради которого я со всем справлюсь. Перед выходом бросила на себя взгляд в зеркало. Улыбнулась. Вышли из раздевалки, и сразу наткнулись на Павла. Поймала на себе заинтересованный взгляд бывшего. Волосы распущены, полупрозрачная ткань парэо не столько скрывает купальник, сколько будоражит воображение.

Поймала себя на том, что и сама рассматривала Волкова. Я могу сказать многое о его поведении, но все же не могу отрицать одну простую вещь — он красивый мужчина, не только лицом, но и телом. Сейчас, когда он в плавках, а не в привычном деловом костюме, я видела его накачанный пресс с четко очерченными кубиками, его крепкие сильные руки. Я могла понять Викторию — очень сложно устоять перед таким шефом, нам свойственно подсознательно искать именно сильных мужчин — простая биология. А добавить к этому, что Павел весьма состоятелен, обаятелен, да еще и не женат… В общем, определенно — понять ее можно. Если, конечно, не знать Павла…