Мать Сумерек (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 43

— А зачем? — искренне изумился Змей. — Знаете, ваше высочество, я ведь из Храма Даг. Там очень быстро учишься знать цену малому составу и максимально эффективно им пользоваться. А что до ласбарнцев под стенами Аттара — ну право, Алаю достаточно знать, что аданийцы их разбили на голову, — Гор оскалился совсем чудовищно — во многом из-за шрамов, морщин и хитрости. — Хорошие бойцы, натасканные мной лично или теми, кто натаскан мной лично, пригодятся и мне, и, будем честны, вам. В известный момент, — Гор подмигнул.

— Но разве ты не говорил, что эти ребята идут за тобой из ненависти к Орсу, потому что понимают, как важно объединиться с Адани или что ты там еще им наплел? — было видно, что Таммуз немного запутался. Царевич растерянно поглядела на собеседника.

— Конечно. Но, когда стало ясно, что Адани — лишняя трата времени, разве не логичнее сразу, коль уж есть такая возможность, устроиться тайно в Орсе? Ничто так не рушит страну, как её население.

Особенно, если оно враждебно властям. А все мои бойцы уже давно истово убеждены, что объединение с Адани якобы ради укрепления щита против Орса было обычной уловкой, маневром, призванным обратить внимание царя Алая и усыпить его бдительность.

— Мол, ласбарнцы и аданийцы активно заняты друг другом, можно не опасаться одних и дожать других?

— Точно, — улыбнулся Гор.

— И так думает мой отец? — не отставал царевич.

— Ваш отец думает, что по-прежнему живет в собственном дворце.

Таммуз перевел дух.

— Полагаю, мне вы это говорите, потому что не боитесь, — без тени вопроса обронил царевич. Один взгляд этого человека нагонял на Таммуза жуть. Как бы он ни был решителен в том, что делал, общение со Змеем давалось ему не без труда.

— Что вы сдадите меня Алаю? — Гор расхохотался. — Я вас умоляю. Я столько дельных идей ему подал и сам же осуществил, что, поверьте, сумею выставить врагом даже вас при желании. Но, мне казалось, сейчас у нас одна цель — установить вашу власть в Шамши-Аддаде.

Таммуз как-то особо заинтересованно и по-новому взглянул на Гора.

— А тебе-то они что сделали, что ты так их давишь?

— Мне? — казалось, от самой постановки вопроса Гор серьезно растерялся. Будто никогда прежде даже не думал о причинах, почему делает то, что считает выгодным. — Ну, не знаю, — пожал плечами. — Я орсовец, все-таки. У меня в крови ненавидеть аданийцев за какое-то там древнее предательство или еще чего.

Таммуза это не убедило, особенно беззаботный тон собеседника, но спрашивать подробнее не имело смысла: Змей явно не планировал откровенничать.

— Ладно, — вздохнул царевич, — если ты придумал, что делать с ласбарнцами в Орсе — удачи. Мне надо подумать теперь о собственной участи.

Гор с пониманием усмехнулся:

— Сарват тоже явно не одобрит, что именно вы стали освободителем Красной Башни.

Таммуз в подтверждение поджал губы и выкатил глаза: что и говорить тут.

— Другое дело, если бы вы могли вообще не зависеть от одобрения царя Сарвата, — почти по-змеиному прошелестел Гор.

Таммузу не надо было объяснять дважды. Он качнул головой:

— Слишком уж много Салинов передохло в последнее время. И всем нравится спихивать подозрения на меня, — отвёл глаза. — Понимаю, что на моем пути иначе никак, но сейчас стоит хотя бы сделать видимость, что я на их стороне.

Гор прицокнул языком, тоже качнув головой.

— Э, нет, не стоит. Сарват женится, наплодит всяких царских удальцов, и плакала всякая ваша надежда на успех.

— Что вы предлагаете? — раздраженно бросил Таммуз. Гор, однако, самообладания ничуть не терял.

— Сделать так, чтобы вас, ваше высочество, и рядом со столицей не было, когда царь Салинов отбросит копыта.

— Вы что, Змей, готовы сами…? — Таммуз выглядел поистине обескураженным.

— Ну, — протянул он, — мне все равно в ту сторону. Могу по дороге в Орс заглянуть к вашему шурину. На огонек, так сказать.

Таммуз поперхнулся воздухом.

— Вы серьезно, что ли?

— А что такого? — Гор развел руками. — Я, все-таки, первый номер Храма Даг. Лучше нас наемников во всем Этане не сыскать. Поверьте. Я везде бывал, от Ургатской степи до Мирассийской державы.

— То есть, Храм Даг?

— Это совершенно наилучший вариант, если надо избавиться от человека, — подтвердил Гор, а потом, не удержавшись, со смешком добавил, — если, конечно, нет возможности без свидетелей огреть его куском статуи по голове.

Таммуз не стал уточнять, что кусок статуи ему не поднять, но вот приложиться здоровенным мраморным сколом он вполне мог. А статую, в конечно счете, сделал крайней.

— И ты, как боец этого храма, Змей …

— Э, не совсем, — Гор тут же перебил. — Давайте уточню, — он поднял руку в жесте, соединив кольцом большой и указательный пальцы и выпростав остальные прямо. — Первый номер сто шестого поколения Храма Даг и его самый легендарный его боец за всю историю — Тиглат Тяжелый Меч, не Змей. Поэтому, именно Тиглат Тяжелый Меч — беспримерный в Этане наемник и убийца. Так что, и заказ для Храма Даг примет только Тиглат.

Таммуз, окинув собеседника почти восхищенно, спросил:

— И сколько Тиглат возьмет с меня за свои услуги?

Гор ответил — Таммуз побелел. Гор повел бровью:

— Ну, мне надо кормить и прятать прорву ласбарнцев среди орсовских земель и стен. Как минимум, пока они не найдут укрытие за какой-нибудь непримечательной работой.

Таммуз быстро прикинул ситуацию:

— А если я найму в Храме другого убийцу.

Гор зажегся, как звезда, блеснув ледниками глаз:

— Но я — лучший.

— И это слишком большая честь для Сарвата.

Гор улыбнулся:

— Он все-таки царь и брат вашей супруги, — деликатно напомнил Змей.

Таммуз прикидывал в уме и так, и эдак, но никаких других решений в голову не приходило. И не могло прийти: похоже, Гор всегда предлагает принять решение, но на деле оно давно принято им самим, и никакого выбора Змей не оставляет, сколь бы ни улыбался.

— Я попробую найти деньги так быстро, как смогу.

Гор расцвел: при обеспечении он сможет поддерживать ребят и вербовать потихонечку новых прямо под носом у Стального царя.

— Ну что вы, — Гор великодушно махнул рукой, — можно рассчитываться со временем. Месяц за месяцем или пару раз в год, — щедро предложил он.

Таммуз даже в мыслях не стал представлять, что будет, если попытаться обмануть этого мрачного угрюмого наемника.

— Там, глядишь, царевич Салман станет царем, самый неуправляемый элемент на вашем пути к власти в Шамши-Аддаде исчезнет, людская злоба иссякнет, печаль умножится. А тут — вы, ваше высочество, тот, кто в самое тревожное время — первое конфликтное столкновение с внешним врагом после смерти царя Тидана — подал людям надежду. Эх! — Гор почти с завистью вообразил размах столичного празднества и радости.

— В таком случае, — торжественно пообещал Таммуз, — я нанимаю тебя, первый номер Храма Даг, Тиглат Тяжелый Меч, для убийства царя Сарвата.

Гор в ответ оскалился почти безобразно.

— А что так тихо-то? — сдерживая раздражение, спросил Гор. — Вы бы еще погромче об этом заявили. У стен ушей больше, чем у человека, царевич. Но, в любом случае, — Гор предпочел не задерживаться на скабрезностях, дабы не стать свидетелем какой-нибудь молодецкой истерики, — я берусь.

Таммуз воспрял. Обговорив ещё несколько деталей, они уже почти простились, как вдруг, напоследок, Таммуз задал еще один вопрос.

— Интересно, а на ваше имя храм когда-нибудь принимал заказы? Ведь, если подумать, вас тоже можно ненавидеть и желать убить.

— Я лучший из ныне живущих бойцов, — напомнил Гор.

— Но это ведь не уменьшает количества ваших врагов? Если представить, что вы бы не были таким, если допустить, что есть человек, способный одолеть вас в честной схватке, как думаете, он бы взялся?

Гор ответил сухо:

— Если это не какой-нибудь однозначный пень, определенно нет. Видите ли, в Храме Даг полно внутренних законов. Потому что без них все бы принимали нас за разбойников и головорезов, вроде беглых ласбарнских рабов. И среди прочих установок, есть довольно строгое о том, что все старейшины Храма Даг, то есть бойцы с рангами от третьего и выше, являются для Багровой обители предметом гордости, а, значит, навсегда для всех заказчиков храма остаются неприкосновенны.