Любовь на коротком поводке (СИ) - Горышина Ольга - Страница 59

       Не надо, Олег, не надо обещать того, что ты не в силах исполнить. Отношения со мной — это миф, это сказка, это просто твоя усталость от дур на шпильках, неспособных нассать в стакан, чтобы достать маслинку.

       Но этого всего я не скажу — ты это без моих слов знаешь, ты просто не хочешь об этом думать — ты вдруг столкнулся с забавной собакой и заметил ту, что держала ее за поводок. Но первой ты заметил собаку: Агата — объект твоих воздыханий. Я же случайно попала в поле твоего зрения, и дурацкое заточение приковало меня к тебе, точно на поводке, но дальше поводка есть жизнь — другая, в которой мы бы никогда не пересеклись.

       — Я думал, что Сашка — то, что мне нужно. Ты явно считала, что твой рассольник ценят. Ты не можешь предугадать заранее, где треснет и треснет ли вообще… Ну если я тебе нравлюсь, то зачем ты меня гонишь? Зачем? Ну прогони меня через неделю, месяц, год, но какого хрена не давать мне шанса? Ты же не маленькая девочка. Ну возьми еще одного мужика к себе в копилку? Скажи, что именно тебя останавливает? Брат? Что я его сосед? Не молчи, Мила, потому что я не вижу других препятствий, но если они есть — назови их… Огласи весь список, пожалуйста, — сказал Олег уже голосом алкоголика из знаменитого советского фильма, хотя был трезв, как стекло.

       Сколько глотков вина он выпил? Явно все они вышли через напряженные костяшки пальцев во время знакомства его кулака с лицом Гошкиного брата.

       — Никакие. Поехали домой, — я даже рукой махнула, будто гнала Олега от себя, а не соглашалась на ночь с ним.

       — Через булочную? — улыбнулся он. — Хочешь тортик к чаю? Мы же не можем пойти спать без чая. Не можем, — ответил он за меня и за себя и вообще непонятно за что…

       За что мне зацепиться в этом безвоздушном пространстве, когда его руки, вместо руля, сжали мне талию — и та сравнялась с размером кольца. Подвесить бы меня на кольцо… на веревочку и покрутить, как крутила мама в далекой юности, ища в доме угол со здоровой энергией. В салоне Теслы ее явно не было — меня трясло, меня колотило, меня подташнивало… Но есть ли для меня место в доме Олега?

       Я еще никогда не чувствовала себя так погано. ПМС — да не то слово…

       — Что с тобой? — он снова держал мою голову в объятиях.

       Я действительно перестала чувствовать остальное тело — осталась моя голова, горячая и ничего не соображающая.

       — Ничего… Так, женское… Если мы доверяем друг другу, то можешь даже не предохраняться.

       Секунда замешательства.

       — Я тебе доверяю, — проговорил он. — И потом… Мне только что сказали, что я хорош с детьми…

       — А я плоха, — с трудом подмигнула я, чтобы обозначить шутку. — Так что можешь мне доверять на все сто…

       — И ты мне, если что…

       Если чего, не будет… У меня хоть что-то в жизни как часы…

       — Какой тортик купить?

       Олег вел машину сам. Правда, по Гуглу. Ни в какую не соглашался довериться Яндексу.

       — Я доверяю твоему выбору. Только без клубнички.

       — Хорошо, — его лицо расплылось в улыбке. — Куплю с клубникой. Тоже терпеть не могу уменьшительно-ласкательных суффиксов. Только настоящая жизнь. Только хардкор. Агата, — он толкнул собачью морду обратно в машину, когда запарковался возле магазина. — Тебе сладкое нельзя. Но я куплю тебе ржаные крекеры, если их здесь продают.

       Наглая морда полезла с поцелуями, но ее все равно отправили восвояси на заднее сиденье.

       — Кому вершки, а кому корешки — запомни. Жизнь совершенно несправедливая штука.

       И Олег захлопнул дверь, точно поставил восклицательный знак в своей речи. В команде «сидеть и не рыпаться». Но рыпнулся мой телефон. Не Лола, хотя странно — не звонила уже так долго. Мать. Ну что Инге надо?

       — У тебя все хорошо? — спросила она тихо.

       — Мама, я тебе обязательно позвоню, когда мне будет плохо. Кому, как не тебе?

       Надеюсь все же, что плохо мне будет не скоро. И не по плохому поводу.

       Глава 50 "Романтическая клубничка"

       — Ну все, отдыхай… — Олег похлопал машинку по заднему крылу, из которого торчал теперь шнур зарядки: точно ведь как игрушка, но по цене двух самолетов.

       Невероятно, но у них там за пятьдесят штук можно и легкий самолетик купить, и обыкновенный катер. Да, верно говорят: у вещей нет цены, за них каждый дает столько, сколько может…

       — Ну сколько можно лизаться?! — это он сказал Агате, которая лезла ему на грудь почти что всеми четырьмя лапами. — Чего ты боишься?

       — Гаража. Она здесь никогда не была.

       Они посмотрели на меня оба, и я поспешила отвернуться, пряча у груди коробку с тортом. Пока целым. Коробка бумажная, а жаль — через пластик можно было б увидеть клубничку, если она все же украшает торт. Наверное, она есть там, в темноте, ведь Олег сдерживает все обещания. Еще пообещал завтра подмазать машинку. Говорит, затирал так вмятину на материнской машине: любо-дорого смотреть. Что ж — в магазин запчастей можно и на битой поехать, не засмеют.

       — Тогда пошли скорее в кухню. Агата, бегом!

       И они побежали. Я же пошла тихо — не мне дали команду — и чуть не получила по лбу захлопывающейся дверью. Вот так — поухаживать за двумя дамами сразу ему слабо! Рук не хватает!

       — Да подожди ты, я налью тебе воды…

       Агата стояла лапами на краю раковины. Что с ней случилось? Мясо для шашлыка вымачивали в вине, что ли? Или… Мы не подумали попросить для нее миску с водой. Да, хозяева… от слова худо. Хотя двойка все же мне одной — причем, жирненькая такая, как была ресторанная баранина.

       Собака пила аж захлебывалась, а потом в отместку закапала мне ноги — к счастью, босые. К счастью, я не напялила в босоножки колготки. А некоторые да… Я же все по низам смотрела — сумасшедшие не смотрят в глаза незнакомым людям. А Агата аж глазелки вылупила на Олега. Предательница — так к Максу и не пойдет совсем. Или облает сперва-наперво, как незнакомого. А так и будет. Берешь собаку из приюта, оставайся с ней двадцать четыре часа, чтобы она приняла тебя как хозяина, а то получится у нас, точно от нее снова отказались… И я исчезну, и Олег, по которому Агата, кажется, будет скучать куда больше, чем по своему ситтеру.

       — Ну ты чего стоишь? — бросил Олег уже мне, и я бухнула коробку на стол. — Чай делай.

       Да как бы и без команд разберусь — раскомандовался тут! Головой я понимала, что злюсь не по делу: человек позаботился о романтическом продолжении вечера, а мог бы после всех ананасов и просекко просто скомандовать — в койку!