Красный Наполеон (СИ) - Гиббонс Флойд - Страница 31

Мои переживания за годы работы военным корреспондентом были достаточно разнообразны и значительны, чтобы мои нервы не притупились, и я не научился быть равнодушным свидетелем смерти, но ничто меня не потрясла так, как смерть моего любимого племянника Джимми Бернса, павшего в 1934 году. Он принадлежал к первому миллиону американцев, выставленных против наступающих орд Карахана и павших на развалинах Такомы, Ситтля, Олимпии.

Десятки моих ровесников и друзей пали в зарослях Техуантепека, тщетно пытаясь противостоять неприятелю, надвигавшемуся с Мексиканского залива. В течении целого года меня томила мысль о прекрасной молодой англичанке, находившейся по ту сторону океана в руках врагов, и о двух юношах, готовых принести себя в жертву, чтобы спасти ее жизнь.

И я, и лейтенант авиации Спид Бинней, и морской офицер Уайт Додж не переставали бояться за участь Марго Дениссон, оказавшейся спутницей жены Карахана и разделившей с ней плен.

Уайт проклинал оборонительную политику командования, загнавшую наш флот в Мексиканский залив. Спид негодовал по адресу тех, благодаря которым Соединенные Штаты оказались безоружными в воздухе. Это бессилие на воде и в воздухе, в сочетании с недостаточной подготовленностью наших сил на суше, облегчило наступление событий, к изложению которых я теперь перехожу.

Карахан под прикрытием своих авиационных отрядов приступил к высадке войск на канадском побережье, избрав для десанта территорию Нового Брауншвейга и залив ов. Лаврентия.

После двухдневных боев красным удалось овладеть дорогой, ведшей из Новой Шотландии в Квебек, – в руки красных перешли все порты и промышленные центры от Пикту до Кембельтона.

Остатки разбитой канадской армии. в сопровождении объятого ужасом гражданского населения бросились на юг.

Гидропланы красных воздушными бомбардировками разрушили подъездные пути и расстроили железнодорожное движение. В то время как инженеры работали над восстановлением путей, переброска американских войск на север приостановилась, и тысячи беженцев продолжали стремиться на юг, заполонив шоссейные дороги автомобилями, повозками и телегами.

На третий день красная флотилия, предшествуемая цепью траллеров, смело проникла в устье реки св. Лаврентия и высадила новые десанты на побережье.

Теперь войска Карахана располагали целым побережьем длиной в сто тридцать километров; высадившиеся отряды состояли главным образом из сибиряков и монголов. Они овладели железнодорожной линией, шедшей вдоль южного берега реки, и, продолжали высаживать на берег несчетные количества снаряжения, полевая орудия и танки. Американцы принуждены были лишь ограничиться единичными налетами и партизанскими вылазками, которым особых результатов достигнуть не удалось. Частичного успеха достигли американские подводные лодки, которым удалось потопить четыре неприятельских транспорта.

Успехи Карахана на северном фронте американские военные обозреватели объясняли:

1) Перевесом воздушных сил;

2) отсутствием береговых укреплений на канадском побережье, которое должно было охраняться британским флотом;

3) слабостью канадских территориальных войск, главные силы которых были сосредоточены на фронте Британской Колумбии;

4) успешными действии красного воздушного флота, подорвавшего правильное действие железных дорог, и запоздалым прибытием на фронт американских воздушных сил;

5) перевесом Карахана на воде, имевшим возможность беспрепятственно поддерживать сообщение с Ливерпулем, Кинстоуном, Гамбургом, Шербургом, Булонью и Лиссабоном.

На основании личных наблюдений, сделанных мной за время путешествия по фронту с лейтенантом Биннеем и за время отступления с канадской армией, я могу утверждать, что все вышеперечисленные пять причин сводились к одной причине, а именно к организационному и стратегическому гению желтого полководца, сумевшего использовать все обстоятельства.

Карахан умел использовать даже природные условия театра военных действий. Он не видел препятствий в непроходимой чаще северного побережья реки св. Лаврентия. Его речная флотилия прикрывала левый фланг его отрядов, упиравшихся правым флангом в горный кряж.

Обезопасив фланги, Карахан бросил свои колонны в наступление на протяжении фронта в пятьдесят километров, и теперь его войска победоносно продвигались к Квебеку.

Оборонительные средства города, находящегося в очень выгодном стратегическом расположении, устарели и не могли противостоять современной военной технике, имевшейся в распоряжении Карахана.

В течение столетия канадские колонисты целиком полагали на то, что британский флот гарантирует им полнейшую безопасность. От озера Онтарио до океанского побережья не было ни одного хоть сколько-нибудь соответствовавшего современным требованиям укрепления.

А теперь, когда Британского флота более не существовало, широкое устье реки св. Лаврентия превратилось в просторную, ничем не защищенную дорогу, ведшую прямо к сердцу Канады.

Слева от реки высился горный и лесистый берег, принадлежавший штату Мэн и Карахан сумел использовать даже эти девственные непроходимые леса, в которых не ступала нога человека и в которых не было еще дорог.

Сеть маленьких озер превратилась в водные базы для его гидропланов.

Круглые сутки большие грузовые аэропланы подвозили в базы снаряды и горючие вещества. О том, чтобы захватить эти базы с суши, не приходилось и мечтать – они были совершенно неприступны, а река находилась в распоряжении Карахана. Отсюда полководец мог властвовать над районом в триста километров радиусом.

Я говорил с американцем, который был доволен тем, что нападение Карахана поставило перед нами ряд столь тяжелых задач.

Полковник Виллоуби Уаткинс, в прошлом ведавший береговыми оборонительными сооружениями Соединенных Штатов, улыбаясь, заметил:

– Почему Карахан вместо того, чтобы непосредственно направиться в Соединенные Штаты, предпочитает пробиваться сквозь эти дебри, теряет столько времени на оккупацию страны, в которой ничего нет кроме ферм, лесов и рыбачьих поселков? Неужели вы воображаете, что он придает столько значения восьми миллионам канадцев?

Его удар направлен против дяди Сэма. Почему он не направился непосредственно в Массачусетс, Делавэр или Норфолк? Почему он не пошел тем же путем, каким в свое время пошли англичане, когда они высадись на Бермудских островах и сожгли Вашингтон? Как, по вашему, почему он не избрал этого пути?

– А черт его знает почему, – ответил Бинней.

– Да потому, что наши береговые оборонительные сооружения – это единственное, что хоть в какой-нибудь степени соответствует своему назначению, – ответил полковник. – Наше побережье защищено самим тщательным образом, – нет ни одного клочка земли вдоль всего побережья, на котором не было бы возведено фортов или батарей. На всех стратегических дорогах и шоссе в нашем распоряжении имеются бронепоезда и автомобили, снабженные зенитными орудиями. Если бы он вздумал высадиться на нашем побережье, то мы бы задали ему перцу, и поэтому он пытается пробиться сквозь Канаду.

Квебек пал 15 июня, и Карахан перенес туда свой штаб; на флагштоке замка Фантенак взвился его штандарт – знамя уничтожения рас.

Это знамя, изготовленное по его проекту, изображало многоцветный солнечный диск, от которого во все стороны исходили радужные лучи, – символизировавшие полное смешение существовавших на земле рас и зарождение одной новой и единой расы, единственной признаваемой красным диктатором.

Французы, проживавшие в Квебеке, осмелились пожаловаться полководцу на то, что в домах, в которых проживали белые женщины, были расквартированы цветные части Карахана. На это последовало официальное указание, что во время мировой войны, французы точно так же расквартировывали в прирейнских деревушках своих сенегальцев. И вся Америка, внимала по радио этому ответу.

Спид Бинней и я, направляясь в автомобиле из Квебека в штат Мэн, захватили с собой спасавшихся бегством белых женщин и детей.