Враг моего жениха (СИ) - Вишневская Виктория - Страница 17

Всё так, как и в нашу первую встречу. С которой она меня не помнит.

От этих мыслей на губах невольно расплывается хищная улыбка. Хочу ещё. Мне понравилось играть с ней. И останавливаться не собирался. Потому что я привык брать то, что хочу.

А хотел я её. Голову срывало по щелчку. Особенно, когда она совершенно голая, обнажённая душой и телом. И готовая принять её. А её стоны… Отдельный вид искусства.

Я любил звуки, но большинство из них раздражали. А её слушал бы час за часом.

— Эй, — Аня приводит меня в чувства, отчего улыбка снова сползает с лица. Обращаю всё внимание на жену и вопросительно выгибаю бровь. — Не вздумай. Она хорошенькая, мне понравилась. Или ты уже успел?

Лукаво улыбаюсь, не собираясь отчитываться.

— Ну, ты и гад! — Аня резко встаёт, направляясь на кухню. — Вечно всё успеваешь!

— Прости, — отвечаю насмешливо. — Но Гордеева важная пешка в нашем плане. Поэтому без этого никак.

Жена останавливается, поворачивается ко мне и сверкает глазами. Знал, что эта фраза подействует на неё хорошо. И она сразу закроет на всё глаза.

— Да и вряд ли тебе повезло бы, она любит исключительно члены, — продолжаю, стараясь остудить пыл Ани. Нет, своими девочками делиться не намерен. Хотя Кристина хорошо стонала и с пальцами внутри… Не-ет, всё равно нет.

— Тогда ладно. Делай, что считаешь правильным, — её разрешения мне было и не нужно. Потому что я уже делал.

Глава 22

Почему так холодно? И глаза не открываются. Сознанием проснулась, но дальше не могу.

Постойте-ка, а почему я сплю? Я ведь шла по парковке, зазвонил телефон. Полезла за ним в сумочку, а потом…

Шевелю пальцами, чувствуя кожей твёрдую и холодную поверхность. Пытаюсь открыть глаза, но с первого раза не получается. Не сдаюсь и снова делаю попытку. Веки с трудом разлепляются, но чёткой картинки не вижу. Перед глазами немного мутно, и я не сразу понимаю, что находится перед моим лицом.

Асфальт.

Точно… Меня чем-то усыпили. Неужели, ограбление? Хотя… Странно, вижу очертания закрытой сумки, но не уверена.

Зрение становится чуть чётче, и, наконец, могу разглядеть всё. Не ошиблась. Лёжа на холодном камне, вдыхала в лёгкие пыль. Нужно вставать, иначе меня может кто-то заметить, если ещё не сделал это.

Ставлю ладони на поверхность и потихоньку встаю. Мир перед глазами немного кружится, но не сдаюсь и сажусь, пытаясь прийти в себя.

Сколько я пролежала в отключке? Почему никто не заметил? И есть ли тут камера? Потому что спускать это с рук была не намерена.

Сажусь и осматриваюсь, пытаясь найти свою сумку. Она сразу же попалась на глаза, поэтому без раздумий взяла её, хватаясь за бегунок.

Сразу же вижу нетронутый кошелёк, из которого вылезала крупная купюра, которую я убрала абы как. Значит, не ограбление.

Беру смартфон в руки и смотрю на время. Я провалялась на холодной поверхности около часа. Неужели, никто из прохожих не увидел? И камеры наблюдения… Наверняка, кто-то сидел в будке охраны и ничего не заметил? Бред…

Взгляд невольно падает на белый лист, который сразу не заметила. Потянулась к нему, схватила пальцами и развернула бумагу, всматриваясь в чёрные печатные буквы.

Хмурюсь, не сразу понимая смысл строк.

«Берегись своего жениха.»

Какого?…

И для этого нужно было оставлять меня валяться на асфальте? Мог бы и сказать мне это в лицо, а не сбегать, как последний трус, при этом усыпив меня. И для чего? Ради одной записки?…

Хватаюсь за колонну, чтобы не упасть, и стараюсь подняться. Состояние было не из лучших. Будто я до сих пор спала и готова была упасть в любой момент.

Выпрямившись, поправила съехавшую с руки сумку и перевела дыхание. Осталось только дойти до машины. Или позвонить кому-нибудь прямо сейчас? Хотя, надо ли? Со мной всё в порядке и я, вроде бы, не пострадала. Тем более…

Я не могла позволить себе, чтобы это просочилось в новости, а это было возможно, если узнает кто-то ещё. Потому что не хотела, чтобы это увидел отец. А если об этом узнают лишние уши, такое может случиться.

Поэтому, решив никому не звонить, потихоньку пошла к машине, надеясь, что на сегодня все неприятности закончились.

***

Зря я рассказала Карине, что со мной случилось.

Обдумав всё на свежую голову, пришла к решению, что в полицию не пойду. Несмотря на то, что мне хотелось наказать человека сделавшего это и задать один вопрос: «Зачем?», осознала, что лучше не стоит. Но подруга настояла, поэтому мне пришлось поехать в участок. С сомнением, но всё же.

Там, написав заявление, подруга отвезла меня домой, где мы на пару выпили две бутылки вина. Все мои уговоры самой себя больше не пить покатились в бездну…

Мы не напились, но расслабились. Немец Карины недавно устроил ей взбучку, и она тоже была не в настроении.

Когда подруга ушла, я села на диван и откинула голову на спинку. Прикрыла глаза и прокрутила ещё раз сегодняшний день в голове. Казалось, всё происходящее было каким-то сном, от которого я ещё не проснулась.

Всё дерьмо, навалившееся на меня, давило, и я не знала, что делать.

Мало того, что на душе из-за Ворона неспокойно, ещё Маликов решил потрепать мне нервы. А потом эта записка… Кто-то явно хочет настроить меня против Ромы. Может, это Кирилл? На данный момент это единственный подозреваемый.

Его слова набатом били в голове, заставляя покручивать их снова и снова.

«Потому что у тебя нет выбора, Крис. Ты влипла. Я не оставлю тебя в покое, а ты так просто не избавишься от меня. Ты провинилась. Не пришла. Я не люблю непослушания. Поэтому ты будешь наказана.»

Его слова мне не понравились. Точнее, наоборот. Заманивали в свои сети, заставляя думать о них. И мне хотелось. Сознание невольно вырисовывало картинки, КАК Кирилл мог наказать меня. Я не любила унижения, но он… Будто переворачивал мою жизнь наизнанку. С ним мне хотелось попробовать всё, даже…

Хлопок двери вырывает меня из фантазий, и я вздрагиваю, когда понимаю, что Рома пришёл с работы.

И как вести себя рядом с ним? Как ни в чём не бывало? Стоило ли ему говорить о записке? И что вообще значили эти слова?

— Привет, — слышится за моей спиной голос жениха, и я оборачиваюсь, ответно здороваясь. Со всей этой суматохой я так вымоталась, что скандалить сил уже не осталось. Но эту тему начать всё-таки стоило.

Смотрю на выключенный телевизор и слышу, как в ушах отзывается звук стрелок настенных часов.

Я не собиралась разводить скандал, но мне нужно было знать: что за игру затеял Рома? И его ответ будет влиять на то, могу ли я дальше ему доверять…

Глава 23

— Ты знал, что Илья отказался работать с нами, — говорю спокойно, потому что сил не было. Алкоголь расслабил, да и никакого настроения скандалить не осталось. — И не сказал мне.

— Знал, — не отрицает, отчего всё тело охватывает злость. Несильная, слегка ощутимая. И если Березников скажет что-то ещё неправильное, то я обязательно взорвусь. — Не сказал. Ты была не в настроении. Но теперь, да, говорю — тебе нужно встретиться с Ильёй и обо всём договориться. Со мной он разговаривать не хочет.

— А мы уже поговорили, — недовольно произношу, вспоминая нашу «беседу». — Не задалось. Сказал, что ему нужен секс.

— И что? — настораживается, вызывая во мне одно недоумение.

— В смысле «и что»? — поворачиваюсь в его сторону, пересаживаясь в другую позу. — Я не буду спать с мужчиной, чтобы потом получить свои материалы. Ты сам себя слышишь?

Рома подходит к дивану и упирается ладонями в его спинку. Отводит взгляд и бегает им по мебели, не решаясь что-то произнести. Сейчас я не хотела бы знать, что у него было в голове. Потому что представляю, как моя рука становится смолянисто-чёрной, стоит дотронуться до его мыслей. Таких же грязных и тёмных.