Знак снежного бога (СИ) - Элевская Лина - Страница 22

Остальные пусть пока забавляются в городе. Их племя уже стало одним из богатейших. У них свой бог, который приведет их к еще большим успехам — и своя могущественная жрица, пользующаяся благосклонностью сразу двух богов. Что с того, что одному она платит духом, другому — телом?

В их мире это было нормой. Каждому свое.

Глава 7

Ланеж устремился в город с потаенным восторгом — первая просьба его наликаэ, обращенная лично к нему! Первая! И он был намерен исполнить ее желание как можно более добросовестно.

Восторг этот омрачался лишь тревогой за нее — и из-за ситуации в целом… Люди жили, как им нравится… но здесь не должно было быть войн. Ощущение неправильности, раз появившись, уже не покидало снежного бога.

Вокруг города творилось невесть что… вполне характерное для человеческих войн.

К городу захватчики подкрались незамеченными, не тронув близлежащих селений — а значит, им что-то было нужно именно здесь.

Он сделает все, чтобы они этого «чего-то» не получили… если успеет.

Пройдя сквозь внешнюю стену в город, Ланеж коротко кивнул Жнецу, богу насильственной смерти, разминувшись с ним на широкой улочке, где тот равнодушно срезал серпом нити душ погибших под обломками разрушенного дома, чтобы они могли отправиться к Танатосу. Так же спокойно кивнул духу огня, одному из свиты Тайи…

Нахмурился.

Внешний город пылал. Не весь, но огонь быстро распространялся. До внутреннего захватчики пока не добрались.

Духу не было особого дела до жизней и до смертей, его интересовало лишь пламя и жар… С ним можно договориться. Ланеж ведь обещал, что позаботится о тех, кто в городе…

Через минуту все пожары погасли, как по волшебству, занесенные снегом. Ланеж протянул руку к небу, и, повинуясь его воле, снег повалил втрое гуще. Мокрый и быстро оседающий крупными каплями на всех поверхностях.

В непогоде очередная атака на внутреннюю стену захлебнулась. Отсыревали и веревки, и тетивы… Да и самим воевать, когда снег слепит глаза, приятного мало.

Ланеж чуть заметно кивнул, довольный своей изобретательностью. Дух огня по его предложению перекочевал в ближайшее осушенное болото. Людей там среди зимы нет — и не будет, нечего вмешиваться в естественные природные процессы. А духу раздолье…

Затем, невидимый для всех, подошел к внутренней стене, сосредоточился, и она покрылась толстой и прочной ледяной коркой. По такому даже самый проворный и ловкий воин не заберется.

Поставил знак стыни.

Не растает и не сломается.

Последнее.

Бог снега уверенно двинулся в ту часть города, где ее аура ощущалась сильнее всего. Он не помнил, где именно находился ее дом, но найти его будет несложно.

Она же просила позаботиться о ее близких. Он это сделает.

Лишь один раз он замешкался, поняв, что идет не туда — когда вышел к ее старой школе. Здесь он даже смог сориентироваться, хотя обычно не запоминал, что и где в человеческих городах находится. Но отсюда ему доводилось провожать Рэлико домой…

Нужна вон та узкая улочка.

И там он увидел Радужку.

Поперхнулся удивлением, но ни единым движением не выдал его.

Что она делает здесь среди зимы, в его время, когда радуг в небе быть не может?

Ответ обнаружился в снегу под стеной пустого дома. Похоже, жильцы покинули его, предпочтя укрыться за второй стеной…

Там умирала девушка.

Из ее груди торчала стрела. Кашель, хриплое дыхание, редкие стоны. Начиналась агония. Обычно он бы пожалел девушку и призвал Жнеца, чтобы тот забрал жизнь, а с ней и боль… но ресницы смертной были присыпаны радужной пылью.

— Радужка? — полувопросительно произнес бог.

Она обернулась — и Ланеж увидел, что лицо богини залито слезами.

— Ланеж, помоги! — с отчаянием взмолилась она. — Заморозь рану, чтобы сохранить ее жизнь! Арати моя наликаэ, я отнесла бы ее в храм, но если тронуть девушку сейчас, боюсь, она просто умрет. Но ей рано умирать! Я обещала ей долгую жизнь, Сулу дал знак! Я не знаю, что вдруг изменилось и почему, но… Ланеж, помоги!..

Всегда звонкий голос Радужки был искажен рыданием.

Он теперь знал, каково это — тревожиться за наликаэ. И не мог не ответить на эту отчаянную просьбу.

Ланеж вдумчиво склонился над девушкой.

В ней много тепла, холод еще не взял свое.

Поднял взгляд.

Стоявший поодаль Жнец пожал плечами и ушел.

Значит, еще есть время.

Снежный бог дунул льдом на ладонь и коротко прижал ее к груди чужой наликаэ. Обледеневшая стрела легко выскользнула из горячей крови, не оставив наконечник в плоти, как чаще всего случалось.

Теперь нужно закрыть рану… надежно, герметично, как он укрывал фрукты. Тогда она сможет дышать…

Едва заметный пар над раной исчез, и она покрылась тонким слоем инея. Все процессы в теле смертной замедлились благодаря холоду его прикосновения, давая главное — шанс выжить. Радужка легко подхватила девушку на руки, прижала голову к своему плечу, словно мать, беспокоящаяся за ребенка.

Ланеж наконец узнал ее. Та, что была с его наликаэ, одна из ее подруг. Он, сам того не зная, исполнил еще одну просьбу своей огненной девушки…

В груди разлилось приятное тепло.

Радужка непременно спасет эту смертную.

— Спасибо, Ланеж! Спасибо тебе! За мной долг! — крикнула богиня напоследок и скрылась за поворотом, торопясь добраться до храма Анестеи, богини целительства.

А он целеустремленно двинулся к дому родных Рэлико.

К счастью, там его вмешательство не потребовалось. Дом был в полном порядке, его жители — тоже, и кочевников рядом не было. Он на всякий случай оставил на стене свой символ — как сигнальный маячок. Если что-то случится, он узнает сразу и, если повезет, успеет вмешаться… Но Ланеж надеялся, что до этого не дойдет.

Снежный бог легко взлетел, обозревая город. Затем раскинул руки в стороны и простер их к небесам. Мокрый снегопад, осыпавший город крупными хлопьями, стих.

Поднялась жгучая, колючая вьюга. Жестокая, беспощадная, непримиримая.

Наступление окончательно захлебнулось. Началась паника.

Эти люди явно были родом с севера… но такое оказалось в новинку даже для них.

Ледяные кристаллы, падавшие с неба, легко вспарывали кожу.

Из-за внешней стены послышался призывный сигнал.

Правильно, воевать в такую погоду слишком хлопотно и страшно. Смелостью кочевники никогда не отличались — и теперь поспешно бежали из города кто куда, прикрывая глаза.

Местные жители попрятались по домам. Большинство отделались легкими царапинами. Потом здесь будут говорить, что их спас сам снег, и через несколько лет в городе появится первый храм снежного бога…

Обвалившиеся части внешней стены занесло снегом, и едва проломы закрылись, ее тоже сковало льдом. Затем Ланеж мысленно попросил прощения у мира и и, прижав ладонь к земле, проморозил ее на добрых пятнадцать метров в глубину. Этого хватит на пару недель. Такой слой не продолбить тем, кто может попытаться проникнуть в город через подземный ход.

Если даже захватчики вернутся…

Неожиданной атаки уже не получится.

Здесь он сделал все, что мог.

И Ланеж заторопился обратно к той, кого оставил в лесу под защитой снега.

Из сугроба ее, сонную и растрепанную, вытащила все та же тяжелая, холодная рука. В первый момент Рэлико растерянно воззрилась на незнакомца, удивилась, затем испугалась, а после все вспомнила и…

— Ты не пострадал? Что с городом? — сразу же спросила она.

Тот покачал головой.

— Стены покрыты снегом и скованы льдом, который еще долго не растает. Либо за это время твои люди научатся сражаться и защищать свой дом, либо через две недели их будет ждать та же участь, что многих до них.

Она снова вздрогнула, услышав этот пугающий голос.

— А… как же мои родители и…

В бесстрастных белых глазах ей померещилась искорка сочувствия.

— Твои родители? В эту ночь в твоем доме не было Жнеца. Никто не погиб и не пострадал. Можешь не тревожиться.